Это так не работает
— Андрей, прости меня пожалуйста.
— Миша, ты же еврей и ходишь в синагогу, ты серьезно?
— Что?
— Прощёное воскресенье?
— Нет, я просто случайно форматнул твой жёсткий диск...
Измождённый и оголодавший араб плетётся по пустыне. Вдруг он видит неподалёку еврея, сидящего за столиком, на котором разложены галстуки.
— Я умираю от жажды. Дайте воды!
— У меня нет воды. А галстук не хотите? Недорого уступлю. Вот этот, например, просто идеально вам подойдёт…
— Зачем мне твои галстуки?! Я хочу пить!
— Ну, что ж: нет, так нет. Но я вам дам совет. Километрах в трёх отсюда есть замечательный ресторанчик. Вон за тем холмом. Там сколько угодно воды.
Араб направился по направлению, указанному евреем, и вскоре его одинокая фигура исчезла за барханами. Через несколько часов он вернулся, едва стоя на ногах, и повалился на песок.
— Неужели не нашли? — поинтересовался еврей.
— Нашёл, — прохрипел араб. — Твой брат не впускает без галстука!
Каждый раз, когда я на видеозаписи слышу свой родной голос, мне хочется попросить прощение у всех, с кем я когда-либо разговаривала.
Пенсионер идёт мимо школы и видит, что рядом с нею стоит экскаватор – явно с целью сноса старого здания, и на него тут же нахлынули воспоминания.
Подходит он к молодому экскаваторщику и говорит:
— Сынок, постой, не сноси, я ведь когда-то в этой школе учился. Столько лет прошло, а до сих пор не могу забыть. Ты даже не представляешь, какие воспоминания у меня с нею связаны...
— Дед, это, конечно, всё очень трогательно, но мне надо работать.
— Подожди. Не откажи старику в одной просьбе. У меня ведь есть одна мечта, связанная с этой школой.
— Ну и?
— Дай и мне по ней пару раз шандарахнуть!
В Чечне у троих пациентов был выявлен коронавирус. Все четверо уже публично извинились.
— Доброе утро, дети, сегодня к нашему дружному и сплочённому классу присоединился новый ученик! Мальчика зовут Вася. Ну, что же вы так растерялись? Давайте бейте его!
Клоуны в Чечне запоминают всех, кто над ними смеётся.
— Я знаю пароль к вашей жизни.
— Ну и какой же он?
— «Юмор».
Умирает старый еврей, у кровати умирающего стоят его родственники, которых он всегда ненавидел.
Поднимается еврей с подушки и слабым голосом говорит:
— Дети, когда я умру, возьмите тот кактус с окна и засуньте мне глубоко-глубоко в задницу.
Родственники ошарашено:
— Ну, что вы папа, как так можно...
— Засуньте, я сказал! Это моя последняя просьба...
И после этих слов — умирает.
Родственники с большим трудом засовывают кактус в задницу умершего еврея.
Тут открывается дверь, в квартиру входят сотрудники правоохранительных органов и сразу с порога:
— Нам информация тут поступила, что здесь над трупом бедного еврея издеваются!
Мой язык любви — это приколы, буллинг, сарказм, пранк, а если я с вами нормально общаюсь, то мне с вами некомфортно и неинтересно.
Услуга «Брат на полчаса». Мужчина криминальной внешности придёт в школу и заступится на перемене за клиента.
Скоро ты узнаешь меня поближе. Заранее прости.
Мы не учимся на ошибках. Вот, казалось бы, всем известно, как погиб Пушкин, но в школах продолжают учить стихи, а стрелять по-прежнему не учат.
Мудрая жена всегда простит мужу все её ошибки.
А вам тоже бывает обидно, когда придумал остроумный ответ на издевательства школьного хулигана, а он уже умер в тюрьме от туберкулёза?
Бывает, наберу телефонный номер одного знакомого астматика, и как начну легко дышать в трубку... да, именно в этот момент, я ощущаю себя настоящей мразью...
Любая женщина простит рога супругу.
Красная полоска обнаруженная на головке полового члена и ошибочно принятая за онкологическое заболевание, на деле оказалась следом от губной помады, коллектив 345 гор больницы приносит свои искренние извинения за проведённую ампутацию.
— Прости меня, пожалуйста, за то, что наорала на тебя и затеяла очередной скандал, просто ты меня очень сильно вывел из себя, в то время, как я была во всём права!
Киллер в бюро ритуальных услуг заказывает венок другу.
Его спрашивают:
— Что написать?
— Напишите «Пете от Севы». Хотя нет, это слишком банально. Напишите лучше «Извини, братан, обознался!».
Диалог в МФЦ:
— Я понимаю, что это не ваша ошибка.
— Тогда что вы от меня хотите?
— Могли бы вы просто извиниться и всё
— А почему Я должен извиняться за ЧУЖИЕ ошибки?
— Вам что, сложно?
— Ужасно одевается современная молодёжь. Вот, посмотреть хотя бы на ту девушку...
— Это мой сын.
— Простите, я не знал, что вы его отец.
— Я мать.
Старый русский коммунист лежит на смертном одре. Его друзья и родственники собрались вокруг него, все стоят задумчивые и мрачные.
Старик поворачивается к одному из них и говорит:
— Вася, помнишь, в 1921 году тебя чуть не казнили? Ты должен знать, что я сдал тебя в ЧК. Надеюсь, ты простишь меня.
— О, не беспокойся, приятель. Я не держу на тебя зла.— Говорит Вася.
Затем коммунист обращается к другому своему другу:
— Петя, помнишь, как тебя в 1937 году приговорили к 25 годам ГУЛАГа? Ну, это я донёс на тебя в НКВД. Пожалуйста, прости меня.
— Без обид, друг мой. Ты прощён. — Говорит Петя.
— Коля, должен тебе признаться, что в сорок втором году я отправил тебя в штрафбат. Я ужасно сожалею о том дне.
— Пожалуйста, друг мой, мы все тебя прощаем. Можешь идти с миром. — Говорит Коля.
— Большое спасибо, ребята, что были со мной все эти годы. — Говорит старый коммунист со слезами на глазах. — Я не знаю, где бы я был если бы не вы. Я никогда не знал, что вы так сильно меня любите, несмотря на то, сколько горя и страданий я вам принёс.
Его друзья были сильно тронуты этими словами. Наконец, старик собирается с последними силами и говорит:
— И в честь нашей глубокой дружбы я хочу, чтобы вы исполнили мою последнюю волю. Видите эту большую люстру, что висит под потолком? Как только я умру, я хочу, чтобы вы взяли и подвесили меня за неё вверх ногами.
Как только его друзья собирались что-то возразить, старый коммунист испустил последний вздох и умер.
Петя берёт верёвку, обматывает её вокруг тела покойного, и они вдвоем с Василием подвешивают умершего дедушку прямо за люстру, вверх ногами. Внезапно, все присутствующие в квартире граждане, слышат громкий стук в дверь, за которым следует громкий и довольно грубый мужской голос:
— Откройте, это милиция! Мы информацию получили, что тут старого большевика до смерти замучили и теперь издеваются над телом умершего!
Так, за всю старую фигню извинился. Можно начинать творить новую.
Очень боюсь, что умру при каких-нибудь загадочных обстоятельствах, и моя смерть станет темой выпуска «Битвы экстрасенсов». И потомственная гадалка на ссаных тряпках будет от моего лица говорить, что я всех прощаю.
Никого я б***ь не прощаю.
— Мне перед тобой очень стыдно и я хочу принести тебе извинения...
— Да пошла ты.
— ... и бутылку виски.
— Иди ко мне, я тебя обниму.
— Извините, боюсь показаться навязчивым и немного бестактным, но по-другому у меня не получается прохожих грабить.
Сара Абраму:
— Немедленно извинись перед Шнеерзонами!
Абрам Саре:
— Не буду я извиняться!
— Нет. Ты извинишься!
— Ну, ладно.
Абрам набирает номер Шнеерзонов:
— Это квартира Ивановых? — Нет! — Извините, пожалуйста!
Коротко о себе: я тот ребёнок, который стоял в углу до последнего, и не извинялся.
Тяжелобольной мужчина лежит в постели и, умирая, подзывает к себе всех своих родных и близких:
— Брат, ты помнишь, как тебя с работы уволили?
— Да, помню.
— Это я написал на тебя донос… Сестра! Помнишь, как тебя в КГБ вызывали?
— Помню…
— Это я анонимку накатал. А ты, жена, помнишь, как тебя посадить хотели?
— Да.
— Это тоже я «постарался». Простите, если можете. А теперь моё последнее желание — подвесьте меня ногами к люстре.
После этих слов мужчина умер. Ну, родственники постояли-помялись, но последнее желание, есть последнее желание, взяли его за ноги и начали подвешивать к люстре. Вдруг в дверь раздаётся настойчивый звонок.
Открывают, а там стоят сотрудники полиции:
— К нам тут заявление поступило, что здесь над покойником издеваются!
Извини, мы не можем быть вместе, потому что я хочу красивого ребёнка.
Типичный разговор с начальством:
— Извините, но я уже полгода не получаю премию...
— Извинения приняты. Можете идти.
— Как называется троллинг со стороны подъездных бабок?
— ???
— Бабуллинг.
— Прикинь, у меня дома мышь над кошкой издевается!
— Как это?
— Да сыр в мышеловке валерьянкой мажет.
— Мишенька, дорогой, прости, что я вчера назвала тебя чокнутым. Ведь ты же не со зла…
— А что у тебя там за шум? Ты в метро?
— Нет, я у себя на кухне. Кукуху в блендере перемалываю.
Абрам, абсолютно случайно, оказался в гостях на грузинской свадьбе.
Спустя некоторое время, он толкает в бок соседа по столу и говорит:
— Ой вей! Сколько раз гулял на свадьбах, и не разу не видел такой страшной невесты!
Разъяренный грузин:
— Э, зачем так говоришь? Это мой дочь! Если ты не возьмёшь свои слова обратно я тебя зарэжу!
Абрам сильно перепугавшись:
— ОЙ! Ради Бога простите меня, я и не знал, шо Вы отец этой чудной красавицы!
Грузин:
— Ну всэ, капэц тэбэ! Я его мать!
Каждый раз, когда мой кот шкодит, я не ругаю его... Я просто отношу его своим племяшкам, которым 4 и 3 года.
После хорошего обеда можно простить кого угодно, даже своих родственников.
— Ты что, обиделась на меня? Ну ладно, ладно, извини меня за то, что я назвал тебя страшной. Просто я думал, что ты в курсе...
Женщины не прощают нам наших ошибок – и даже своих собственных.
— А вы принимаете извинения?
— Нет, только наличные.
Нет толка от волка рощёного и от вора прощёного.
Бог скорее простит удавившегося, чем погибшего ради тщеславия.
Сын приходит домой из школы, весь заплаканный и сильно расстроенный, и обнимает свою мать. Та интересуется:
— Что случилось?
Он отвечает:
— Я больше не хочу возвращаться в эту школу и у меня имеются на то веские причины.
— Хорошо, какие это причины?
— Все дети не любят меня и постоянно смеются, а учителя и вовсе презирают и ненавидят.
— Но ты же прекрасно понимаешь, что у тебя имеются веские причины и для того, чтобы завтра вернуться в школу?
— Какие, например?
— Сынок, ты директор этой школы.
Мы не идеальны. Я не идеальна. Мы совершаем ошибки, мы все это делаем. Но потому что мы прощаем, мы двигаемся дальше.
Идеальных отношений нет. Есть женская мудрость — не замечать мужских глупостей. Есть мужская сила — прощать женские слабости.
Знаете это чувство, когда через несколько лет после выпуска, стоишь перед дверями родной школы, и так и тянет вернуться, хоть на время снова окунуться в школьные годы? Так вот, у меня его нет.
1 сентября, начало учебного года. Школу я закончил 20 лет назад. До сих пор вспоминаю школьные годы со слезами на глазах. Это слёзы радости, что мне больше не придется видеть отморозков одноклассников и учителей истеричек.
Глупость трудно понять, но можно простить. Подлость можно понять, но прощать всё же глупо.
В магазине пожилая еврейка говорит продавщице:
— Девочка, дайка мне, пожалуйста, двадцать граммов сыра.
— Вы что, издеваетесь?
— Боже упаси! Если бы я издевалась, я бы тебя еще попросила нарезать.