131
1
Дон Кихот в Мариинском театре 16+
В Мариинском театре шёл балет «Дон Кихот». Сначала на сцене были живые конь и осёл. Но однажды конь заболел, и вместо него взяли кобылу из спортсекции.
Во время спектакля осёл, учуяв кобылу, взбесился, сбросил Санчо и начал прямо на сцене её… скажем так, активно осваивать. Дон Кихот кубарем слетел с седла, Санчо тянет осла за хвост, пожарные ползут со шлангами, оркестр хохочет, дирижёр болеет за осла. Занавес закрыли через две минуты.
С тех пор Дон Кихот и Санчо ходят пешком. А Андроников потом сказал: «Соболезнования цирку — их лучшее представление прошло в Мариинке».
Период «до» характеризовался тем, что Дон Кихот и Санчо Панса разъезжали по сцене соответственно на коне и на осле. И конь, и осёл были живыми, настоящими, тёплыми.
Период «после» характеризуется тем, что герои шляются по сцене пешком. Не славные идальго, а какие-то пилигримы. Куда подевались конь и осёл? Сдохли? Сожраны хищниками?
Версии таинственного исчезновения четвероногих плодились, как грибы после дождя. Я же получил сведения о происшедшем от своего родственника, который работал осветителем в Мариинском театре. Он утверждает, что всё было именно так. Не знаю. За что купил, за то и продаю.
Итак, душераздирающий случай, поделивший историю спектакля на «до» и «после», произошёл, кажется, в олимпийском 1980 году. До того дня на каждое представление «Дон Кихота» из цирка выписывались хорошо выдрессированные, привыкшие к публике конь и осёл. Но в тот злосчастный день конь заболел. И администрация театра, совершенно не подумав о последствиях, арендовала коня из какой-то конно-спортивной секции. Тоже хорошо вышколенное животное. Мда. Если бы только не одно «но» – зверюга оказалась кобылой. Это обнаружилось лишь тогда, когда уже звучала увертюра. Что-либо менять было поздно.
Вы когда-нибудь пробовали в чём-либо убедить возжелавшего женской ласки осла? Легче научить таракана танцевать еврейские танцы.
В первом же совместном появлении на сцене Дон Кихота и Санчо Пансы осёл, почуяв свеженькую кобылку, безумно возбудился. Издав истошный рев, он встал на дыбы, сбросив с себя Санчо. После этого из его подбрюшья начало вылезать нечто неимоверное по размерам и крайне непристойное по виду. Осёл начал забираться сзади на кобылу, которая явно не возражала против того, чтобы произвести на свет мула. Дон Кихот, почуяв атаку с тыла, проявил чудеса джигитовки и каким-то диким прыжком слетел с седла. Санчо, спинным мозгом осознав, что сейчас произойдёт, начал тянуть осла за хвост. Но проклятый ишак не сдавался. К этому моменту он уже находился в нужном отверстии на теле кобылы и работал с интенсивностью отбойного молотка.
Откуда-то из зала раздался истошный женский визг. Кто-то проорал: «Закройте занавес!» Дирижёр механически продолжал размахивать руками, не отрывая глаз от творящегося на сцене безумия. Оркестранты развернули головы на 180 градусов и беззастенчиво пялились на сцену. Музыка издала пару предсмертных тактов и тихо сдохла, сменившись полоумным гоготом из оркестровой ямы. Пожарные начали раскатывать по сцене рукава с целью образумить распоясавшегося осла с помощью воды.
В общем, занавес закрыли только минуты через две. В течение этих двух минут на сцене прославленного Академического театра имени Кирова наблюдалось следующее:
Ишак с победным рёвом дотрахивает томно прикрывшую глаза кобылу. Санчо Панса тянет ишака за хвост – вся сцена смахивает на перетягивание каната. В углу сцены, схватившись за голову и раскачиваясь, сидит на полу совершенно обезумевший Дон Кихот. Пожарные, изнемогая от хохота, раскатывают шланги, а из-за кулис доносится вопль режиссёра: «Скорее, суки!!! Скорее!!!! Убью всех на хер!!!» Из оркестровой ямы слышен уже даже не смех, а бульканье. Дирижёр, поддавшись всеобщему буйству, приплясывает на своей подставке и откровенно болеет за осла.
Наконец занавес закрывается. Половина зала возмущается, треть (в основном старые девы) лежат в обмороке, остальные требуют открыть занавес, поскольку они, мол, заплатили деньги и имеют право всё это досмотреть.
Всё. На этом всё и закончилось. На следующем представлении Дон Кихот и Санчо вышли пешком. Сколько голов полетело после того злосчастного дня – неизвестно, да и неважно.
Как говорил Ираклий Андроников: «Можно посылать соболезнования цирку – их лучшее представление прошло в Мариинском театре».