Атака

В театре, как правило, тексты, которые можно читать, актёры не учат наизусть, а просто читают с листа. Не запомнил, какой это был спектакль, но суть в том, что по ходу на сцену вбегает гонец и передаёт королю письмо со словами:
— Ваше Величество, Вам письмо! Король разворачивает свиток и, … О, ужас, там нет текста. Но он был опытным артистом и, возвращая свиток гонцу, говорит:
— Читай, гонец!
Артист, исполняющий роль гонца, тоже был не лыком шит, возвращает письмо королю:
— Не грамотен, Ваше Величество!

«Вообщем, ложить ихнее кофе в колидоре — это нормально», – заявил главный филолог России.

Собрание в горном селении.
Выступает глава поселения:
— Наконец-то ми закончили строительство новой дороги. Все помнят старый дорога. Ями, ухаб и етот.. ви..
Из президиума подсказывают:
— Выбоины...
— Вот тут мне подсказывают, что некоторые даже были вы*баны на етот старый дарога!

В автобусе, полностью заполненном пассажирами, мать с маленькой дочкой лет пяти.
Объявление по громкой связи:
— «Просьба уступать сидячие места пассажирам с детьми, инвалидам и пожилым людям».
Маленькая девочка, немного подумав, спрашивает у матери:
— Мам! А кому это – ПОЛУЖИВЫМ?

Одесса. Школа. Девочка, опоздавшая на урок украинского языка, заходит в класс и, обращаясь к учительнице, говорит:
— Звиняйте, я опиздала!
Учительница:
— Не «опиздала», а ЗАПИЗНИЛАСЯ!
— Так и есть! Запиздилася, тому и опиздала!

Пришёл новый русский в ресторан перекусить. Накрыл стол, выпил, закусил — настроение поднялось. Оглядывает соседей по ресторану — видит: семья интеллигентов сидит, диетический супчик едят. Подзывает их маленького сына и говорит:
— Слышь, пацан! Садись, угощайся — вот икра, котлетки, мясо, салатик, сок наливай...
Тут мать мальчика поворачивается и говорит:
— Уважаемый, наш сын сыт!
Новый русский:
— Так я же и говорю: пусть не ссыт, садится и кушает!

Это случилось в одном из московских концертных залов, где блистал тогда Театр Сатиры. Легендарный конферансье Алексеев — мастер импровизации и острослов — объявлял публике любимца Москвы, артиста Владимира Хенкина.
Алексеев вышел на авансцену, привычно окинул зал улыбчивым взглядом и звучно произнёс:
— А сейчас, дорогие зрители, перед вами выступит артист Владимир Хренкин…
По залу пробежал сдержанный смешок. Алексеев спохватился, картинно приложил ладонь ко рту и поправился:
— Ой, простите, Херкин…
Зал уже откровенно захихикал. Конферансье смущённо замахал руками, изобразил полную растерянность и выпалил:
— Ой, простите… ну, вы же меня поняли!
И тут из-за кулис, как всегда сияя ослепительной улыбкой, выбежал сам Владимир Хенкин. Он подошёл к микрофону, дружески подмигнул залу и громко заявил:
— Дорогие друзья! Моя фамилия не Херкин и не Хренкин, а Хенкин!
Товарищ конфедераст ошибся!

Новый рабочий сцены удивлённо поворачивается к старому:
— Что у вас за место такое: чёрт перед выходом на сцену перекрестился?
Старый меланхолично отвечает:
— Позавчера на колосниках ангелочка вы***бали... ТЕ - АТР!

— Ураааа!
— Ты чего орёшь?
— В атаку пошёл.
— Какую атаку?
— В паническую.

Снимается кино. Готовится съёмка опасного эпизода. Актёр, исполняющий главную роль, подходит к шатающемуся подвесному мосту и, поворачиваясь к режиссёру, трясясь, дрожащим от стpaха голосом спрашивает:
— А он точно не оборвётся?
Режиссёр:
— А что, молодец, отличная идея!

Объявление на сайте фрилансеров:
«Быстро и качественно наебру текст абсолютно любой сложности».

Мать с маленьким ребёнком ходят по зоопарку, подходят к верблюду.
Ребёнок:
— Кайово!
— Нет, это верблюд. – пытается объяснить ребёнку мать.
— Ебут?! – произносит ребёнок.
— Нет-нет... Койова, кайово!

Интервью М. Ефремова:
— Михаил Олегович, а ваши преподаватели одобряют пьянство на сцене?
— Когда я учился, в учебнике Станиславского был параграф, в котором он ругается на актёра, пьяным играющим на сцене.
— И кто это был?
— Немирович-Данченко...

Из разговора театралов:
— Когда вы в последний раз были в театре?
— Когда Дездемона была ещё жива.

Сидят в провинциальном театре перед спектаклем два старых актёра — Николай Николаевич и Иван Иванович. Знают друг друга сто лет, дружат семьями, их дети давно переженились, сами они давно друг другу надоели. Накладывают грим.
Вдруг Иван Иванович говорит:
«Приснился мне, голубчик мой, нынче сон. Будто помер я, стою перед райскими воротами. Выходит апостол Пётр. Я ему:
— Пускайте меня, дражайший, в рай!
Он:
— Никак не могу, Иван Иванович, все актёры в ад попадают.
Я ему:
— Так вот же Николай Николаевич помер да и в рай попал!
А он мне:
— Помилуйте, ну какой же Николай Николаевич актёр? Он, батенька, — говно-с!..»

В Москве бабушка подходит к сотруднику полиции:
— Милок, как попасть в Третьяковскую галантерею?
— Да я, бабуля, сам не местный. Знаю только, что стою вот тут и сторожу Бородинскую пилораму.

Сидят два мужика — выпивают. Один говорит:
— Лёха, ты там квас допил?
Тот в ответ:
— Кто "квасдопил"? Я "квасдопил"!? Да ты сам "квасдопил"!

Чукотский театр поставил «Цезаря и Брута» в трёх актах.
1-й акт: выходит чукча, бьёт себя в грудь: «Я Цезарь!» — занавес.
2-й акт: двое. Один: «Я Цезарь!», второй: «Я Брут!» — занавес.
3-й акт: трое. Первый: «Я Цезарь!», второй: «Я Брут!», третий: «Я Брут!» Первый: «И ты, Брут?!» — занавес.

Весна. Депрессия.
Разговаривают два актёра:
— Хотелось бы сыграть Илью Ильича Обломова.
— Почему?
— Как почему? Всё первое действие можно играть, не вставая с дивана...
— Ясно... А я бы хотел сыграть Герасима...
— А это ещё почему?
— Чтобы слов не учить...

— Вчера в театре был такой мерзкий спектакль, что под конец я не выдержал и грязно выругался на весь зал. Какой же был скандал!
— Незачем было так долго терпеть, плюнул бы и ушёл в самом начале.
— Не мог. У меня была главная роль.

Подходит один актёр к другому в курилке в середине декабря и просит сыграть Деда Мороза для своих детей перед Новым годом.
Не вопрос: «А сам чего не хочешь?», тот ответил:
— Да я хотел... Но уж больно дорого беру.

Из театральной жизни ещё дореволюционной. В провинциальном театре ставят «Цезаря и Клеопатру», нужна массовка в виде легионеров. Пригласили местную пожарную команду, и режиссёр объясняет: «Цезарь выходит из шатра, и легионеры должны издать гул. Чтобы получился гул, каждый должен произносить: "Что говорить, если нечего говорить?"» Начался спектакль. Перед шатром – бравые легионеры, появляется Цезарь. Брандмайор громким шёпотом скомандовал, и легионеры в один голос: «Что говорить, когда нечего говорить?» Цезарь от хохота свалился в шатёр.

В магазине головных уборов девушка-консультант говорит покупателю:
— Может, Вам папаху дать?
— По п*зде себе дай, дура!

Урок биологии в классе.
Учительница:
— Дети, сегодня повторяем африканские растения. Маша, что за растение на картинке?
— Банан.
— Правильно, Маша. Петя, а это что за растение?
— Пальма, Марья Ивановна.
— Правильно, Коля, молодец. Вовочка, а это что?
— А это, Марья Ивановна, ебибаб.
— Вовочка, ну сколько можно?! Не ебибаб, а бабоё... то есть тьфу ты! Баобаб!

...не притрахивайся ко мне.

— Ты точно уверена в том, что хочешь стать ветераном?! — спросила меня учительница.
— Да.
— Точно?
— Конечно.
Это было в первом классе, учительница попросила нарисовать себя и подписать, кем мы хотим быть в будущем. Я написала — ВЕТЕРАНОМ.
А спустя несколько месяцев, перед Днём Победы, мы дружно рисовали открытки и подписывали их.
Я, будучи первоклассницей, свою открытку подписала так:
«Дорогие ВЕТЕРИНАРЫ!»
Тут-то мою учительницу и осенило.

— Здравия желаю, товарищ страпон!
— Старпом я! Старпом!!! Два страпона.... да бл*ть... два наряда вне очереди!

Пьяный конферансье выходит на сцену и объявляет:
— Сейчас выступит сионист Пидоров! Ой! Пианист Сидоров! Без ансамбля, сам бл*, один бл*, как м*дак бл*!
Ещё чеpез некотоpое вpемя опять выходит на сцену:
— Плесень в промежности, – всматриваясь в бумажку, — «Песня о нежности!». Композитор рак матки, ох, Марк Фрадкин. Из оперы ебловое побл*дище, бл*довое по*бище, а Ледовое побоище!

Молодой конферансье, вчерашний выпускник эстрадного училища, выходит на сцену перед разгорячённой толпой металлистов.
Он поправляет бабочку, бодро объявляет:
— А сейчас на сцене группа «Поющие трусы»!
Зал мгновенно взрывается негодованием:
— Фу-у-у! Чмо! М*дак! Пошёл на х*й!
Конферансье в панике отлетает за кулисы, чуть не плача. К нему подходит старый, седой массовик-затейник, который видел всякое.
Он спокойно затягивается папиросой и говорит:
— Учись, студент. Смотри, как надо.
Старый конферансье выходит на авансцену, даже не переодеваясь.
Прищуривается, хрипло бросает в толпу:
— Здорово, козлы!
Толпа в восторге:
— А-а-а! У-у-у! Здорово, старый!
— А ну-ка, угадайте слово из трёх букв. В нём есть «У» и «Х»?
Зал радостно орёт:
— Х*й! Х*й! Х*й!
Старый хитро улыбается:
— Неправильно! Это ухо. Которыми вы сейчас будете слушать замечательную группу «Поющие трусы»!
Зал ревёт, аплодирует, свистит.
Старый возвращается за кулисы, похлопывает молодого по плечу:
— Ну что, понял?
— Понял! – сияет юноша.
Наступает его черёд.
Он решительно вылетает на сцену, распахивает руки и орёт:
— Здорово, ублюдки!
Зал, уже настроенный благодушно, отвечает:
— А-а-а! У-у-у! Привет, молодой!
Конферансье, вдохновлённый успехом, кричит:
— Угадайте слово из трёх букв, есть «У» и «Х»?
Толпа, наученная старым, дружно выдаёт:
— Ухо! Ухо!
Молодой конферансье злорадно щурится, понижает голос до заговорщицкого шёпота в микрофон:
— Неправильно! Это х*й, которым я сейчас обоссу первый и второй ряды. А если третий и четвёртый пригнутся, то пятый и шестой увидят радугу! И-и-итак, встречайте — на сцене вокально-инструментальный ансамбль «Радуга»!

Диктор советского телевидения оговорился: "Поздравляю с Новым 1937 годом!".

Заходит в магазин покупатель и спрашивает у продавца:
— У вас запись «Дюны» есть?
Продавец:
— Точно не знаю, но на втором этаже продают пакемонов, может и записьдюны там же!

— Вчера в театре был представлен такой мерзкий спектакль, что под конец я просто не выдержал и выматерился на весь зал. Какой же был скандал!
— А зачем было так долго терпеть, плюнул бы, да и ушёл в самом начале.
— Не мог. У меня была главная роль.

Театр. Запись в книге отзывов и предложений:
– Наблюдая за постановкой «Анна Каренина» в вашем исполнении, я с удивлением для самого себя отметил, что ещё никогда не ждал поезда с таким нетерпением!

Море. Солнце. Пляж. Муж с женой лежат на берегу моря.
Жена (задумчиво):
— Импотентам хорошо!
Муж:
— С чего это вдруг импотентам хорошо?
Жена (через несколько секунд, указывая рукой):
— ИМ-ПОД-ТЕНТОМ-ХОРОШО, БЛИН!

— Иногда я предпочитаю просто токсично промолчать.
— Может тактично промолчать?
— Может...

В театре тексты, которые можно читать, актёры не учат наизусть, а читают с листа.
В одном из спектаклей на сцену вбегает гонец и передаёт королю письмо со словами:
— Ваше Величество, Вам письмо!
Король разворачивает свиток и, … О, ужас, там нет текста.
Но он был опытным артистом и, возвращая свиток гонцу, говорит:
— Читай, гонец!
Артист, исполняющий роль гонца, тоже был не лыком шит, возвращает письмо королю:
— Не грамотен, Ваше Величество!

— Ты покупал ребёнка?
— Родная, мы его вообще-то с тобой сами сделали.
— В ванной ты купал ребёнка? Идиот.

Театр, идёт пьеса. В зале темно и гробовая тишина, только актёры играют. И тут из первых рядов раздаётся мужской крик:
— Доктор, в зале есть доктор!!??
С бельэтажа отвечают:
— Да, я доктор!
Мужской голос:
— Коллега, что за х%йню нам показывают!

Режиссёр театра говорит актёрам:
— Ну сколько раз можно повторять, что не я – драчистый изумруд, а ядра – чистый изумруд!

Наш режиссёр рассказывал:
Спектакль по «Донским рассказам» Шолохова. Комиссар умирает, казаки прощаются с ним. «Братцы», – говорит комиссар, — «пить хочется!». И весёлые казаки подносят ему кружку, до краёв наполненную водкой. Опытный нюх актёра конечно же учуял розыгрыш, но! Не выходя из образа комиссар, не отрываясь, выпивает цельную кружку, откидывается на носилки.
На вопрос «Ну, как ты, комиссар?» после небольшой паузы отвечает: «Не напился я, братцы. Мне бы ещё кружечку!».

Пьяный ёжик подходит к норе и диким голосом начинает в неё орать:
— Х**НЯ!!! Х**НЯ!!!!
Из норки выглядывает маленький такой зверёк и говорит:
— Ёжик, я же тебе говорил, не Х**НЯ, а ВЫХУХОЛЬ!
— Вот ещё! – отвечает ёж, — Чтобы я ещё всякую Х**НЮ на ВЫ называл!

Партийная трибуна.
За трибуной, улыбаясь, выступает рабочий:
— Самым радостным событием в моей жизни было, когда родной завод и дорогая партийная организация послали меня на х..
Возникла неловкая пауза, докладчик смотрит то на листок, то на аудиторию.
Снова, уже менее радостно, начинает:
— Самым счастливым днём в моей жизни было, когда родной завод и дорогая партия послали меня на х…
Тут не выдерживает партийный работник, выбегает на трибуну, вырывает листок с речью и орёт на рабочего:
— Идиот, не на х.., а на XVII съезд партии!!

В советское время спектакль про детство Ленина.
Выходит маленький Володя Ульянов и говорит:
— Мама, а где брат мой Саша?
— Володя, Саша уехал в Ленинград.

Покупатель, обращаясь к продавцу, интересуется:
— А у Вас есть анус?
— Есть.
— Ой! В смысле вантуз.
— Вантуза нет.