Техас. 1873 год. Обветшалый салун. Тапер бренчит на пианино. Пожилой ковбой в углу потягивает виски.
В помещение врывается крутой такой ковбой, шпоры звенят, в руке здоровенный «Кольт», и начинает палить по бару как заведённый. Вдребезги разлетаются бутылки и стаканы на барной стойке. Всё в осколках. Выстрелом выбита сигара изо рта у пожилого ковбоя, но он всё так же невозмутимо наблюдает за молодым. Молодой с криком: «Всем запомнить — меня зовут Боб!» сделал последний меткий выстрел, отстрелив фитилёк у свечи.
Пожилой ковбой медленно поднялся и так вразвалочку, еле передвигая ноги, подошёл к нему… Видно, что каждый шаг даётся ему с большими усилиями.
Он взял из рук молодого ковбоя пистолет и внимательно осмотрел его:
— М–да… Спили мушку, сынок. У твоего Кольта слишком большая мушка, лучше спили её… Когда–то, давным–давно, я был таким же, как ты, — шустрым и метким. Так же, как ты, я ворвался в один салун, где сидели пожилые ковбои, и перестрелял все бутылки. У меня был вот точно такой же Кольт 9-го калибра с большой мушкой, сынок. И стрелял я тоже метко, не хуже тебя. Но когда у меня кончились патроны, ко мне подошли три ковбоя, засунули мой здоровенный «Кольт» мне в задницу и несколько раз его там провернули. Так вот, сынок, послушай моего совета, спили мушку! Спили мушку, сынок!..
💬Добавить комментарий▼