Воспользовался беспомощностью

Гонит осень к югу
Журавлей косяк
Я кота поглажу
И налью коньяк
Сыром со слезинкою
Закушу и вдаль
Паутинкой тонкою
Улетит печаль....

Где-то в Питере.
— Дорогой, наш сын стал часто употреблять слово «отнюдь». Где он мог его подцепить?
— На улице!

У дачника в руках пакет с викторией и у жителя Питера в руках пакет с Викторией. Но есть нюансы.

Сидят москвич с петербуржцем в баре, пьют.
Петербуржец смотрит на часы и тяжко вздыхает.
— Что такое? – спрашивает москвич.
— Да вот, пойдём мы с тобой по домам поздно и пьяные. Тебя твоя жена дома за это пилить будет и меня моя пилить будет. Но есть нюанс...

Попрощалась со мною потенция
Зубы, волосы, пламенный пыл
Хорошо, что осталась деменция
Обоссался и тут же забыл!

Александр Блок в компании весело щебечущих девушек прогуливается по Невскому.
Девушки кокетничают:
— Александр, ведь вы – поэт?
— Конечно, поэт!
— Сашенька, а сможете прямо сейчас экспромтом для нас стихотворение сочинить?
— Конечно, смогу!
*Озирается, видит в луже спящего пьяного*
Лежит безжизненное тело
На нашем жизненном пути...
Тело внезапно поднимает голову:
Ну, а тебе какое дело?
Идёшь с бл*дями — и иди!
Александр Блок:
— Девочки, пойдёмте, это Есенин...

Санкт-Петербург – настолько культурный город, что птицы, пролетая над ним, не гадят.

Слышал одно интересное мнение, что в Санкт-Петербурге безжалостно высылают из города всех тех, кто пьёт эКспрессо на эКскалаторе.

В Питере арестованы подростки, ранившие таксиста своим отношением к творчеству позднего Гумилёва.

В парадной на стене каллиграфическим почерком написано: «Татьяна— весьма ветреная женщина!».

Под питерским свинцовым небом
Среди парадных, как протест
Жил смелый и принципиальный
Подъезд!

И во дворе через дорогу
Роняя в лужи пьяных дур
Среди поребриков таился
Бордюр

А в середине переулка
Ларёк, и сразу за стеклом,
Под ценником со словом «Булка»,
Батон.

Нож-финка или, как говорят
петербуржцы — подребрик

Власти Конго выслали из страны половину российского дипломата.

Есть мнение, что мосты в Санкт-Петербурге разводят лишь с одной целью — чтобы бомжи с разных районов не враждовали между собой.

Питер. Жара. В открытое окно высовывается мужик и кричит:
— Ёб твою мать, у кого, бл*дь, так воняет?!!!!
Из соседнего окна:
— Это у нас, мы готовим фондю...
Мужик:
— Пардон! Бон аппетит!

Стоит панк и мочится на угол Русского музея.
Подходит к нему прохожий и спрашивает:
— Извините, как пройти к Эрмитажу?
— Зачем тебе к Эрмитажу? – удивляется панк. — Ссы здесь!

— Чем ты сейчас занимаешься?
— Да я здесь по работе..
— А что ты делаешь?
— Кофе пью.

Возле одного пузыря собрались Пушкин, Лермонтов и Маяковский и решили отметить праздник. Посовещавшись, решили, что каждый, про сколько сочинит, столько и выпьет.
Пушкин:
— Рыбки плавают по дну, выпью рюмочку одну! – выпивает рюмку.
Лермонтов:
— Рыбки плавают на дне, выпью рюмочки я две! – гордо опрокидывает две.
Маяковский:
— Вы ребята молодцы, остальное выпью я!

"Хр-р-рысь" – слышен звук на опушке лесной.
Ловко орудует мальчик пилой.
Папа ему не купил чебурашку –
Труп безголовый отыщут в овражке.

— Куда обожают ходить питерские красотки?
— В солярий.

— Место рождения?
— Город Ленинград.
— Место проживания?
— Город Санкт-Петербург.
— Причина переезда?
— Развал страны.

И тут из открытого окна донеслось: «Да завали наконец своё е▮ало! Дай послушать Рахманинова!»

Настоящий петербуржец никогда не скажет «Ё6 твою мать!» он скажет «Я вам в отцы гожусь».

На одной из набережных Санкт-Петербурга:
— Какая чудовищная бездуховность, как можно выбрасывать в реку труп целиком!
— Наверняка, приезжий, из Москвы какой-нибудь.

Как-то раз две молоденькие девушки задумали призвать дух Александра Сергеевича Пушкина. Когда услышали голос поэта, то попросили его сочинить для них стихотворение. На что великий им ответил: "не мечу овёс для кур, не пишу стихов для дур".

Жена, читающая книгу, вдруг говорит мужу:
– Наде же! Какой позор! Максик, ты только представь себе – какой-то Пушкин опубликовал в своей книге стихи, которые ты посвятил мне, когда мы познакомились!