Иди по жизни

Остроумие есть отшлифованное высокомерие.

Чрезмерная скромность есть не что иное, как скрытая гордость.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Хорошее воспитание — это умение скрыть, что вы очень высокого мнения о себе и очень невысокого о своем собеседнике.

Тщеславие — это гордость других людей.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Скромность украшает гордость, как вода гасит пламя. Она подобна кольцу, которое вдевают в нос медведю.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Главная страсть цивилизованного человечества — высокомерие.

Нет ничего более высокомерного, чем бессилие, которое чувствует, что его поддерживают.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

В тот момент, когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять; скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Скромность — это тот вид гордости, который менее всего раздражает окружающих.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Ничто так не способствует развитию скромности, как сознание собственной значимости.

Надменность — это карикатура на гордость.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, — основной повод для её разглашения.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Все люди о себе высокого мнения — и тем больше мнят, чем меньше стоят.

Когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Иной раз довольно не примириться с высокомерием и чванством, чтобы обратить их в ничто; порой их достаточно не заметить, чтобы они стали безвредны.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Если вы сбили кого-то с ног в Испании, сделайте вид, будто за вами гонится стадо быков.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я ещё никогда не встречал.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять: скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Лесть, вино и чувство собственного превосходства могут развязать язык любому!

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Средние люди — это не значит скромные. Напротив, они гордятся тем, что они средние.

Чувство собственного достоинства равняется успеху, поделённому на притязания.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Если тебя стало одолевать высокомерие, не смотри вниз, смотри вверх. Там витают более достойные птицы.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Собираясь в путешествие, выложите всю свою одежду и все деньги. Затем возьмите половину одежды и в два раза больше денег.