Гордость и её обличья

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Тщеславие — это гордость других людей.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Мир — это не более чем тщеславие, принимающее разные обличья.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сияют ярче любых достоинств.

Чрезмерная скромность есть не что иное, как скрытая гордость.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

В тот момент, когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я ещё никогда не встречал.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Ни один льстец не льстит так искусно, как самолюбие.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему самолюбию.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Человеку легче казаться достойным той должности, которую он не занимает, нежели той, в которой он состоит.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Скромность — это тот вид гордости, который менее всего раздражает окружающих.

Когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Даже разум глупца мирится с истиной.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять; скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, — основной повод для её разглашения.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Надменность — это карикатура на гордость.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять: скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Добродетель не достигала бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Скромность — худшая форма тщеславия.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Гордые идут на дно, надув щёки.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Ложной может быть скромность, но не гордость.

Скромность украшает гордость, как вода гасит пламя. Она подобна кольцу, которое вдевают в нос медведю.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.