Счастье и несчастье

Нужно очень много самолюбия для того, чтобы не слишком его выказывать.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Счастье — это когда прошлое не напрягает, настоящее не бесит, а будущее не волнует.

Скромность — худшая форма тщеславия.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю кошек.

Люди всегда по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Люди не хотят создавать собственное счастье, они хотят только уменьшить несчастье.

Не забывай, что с каждым днём возможностей идти своим путём становится всё меньше и меньше.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Ничто так не способствует развитию скромности, как сознание собственной значимости.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сияют ярче любых достоинств.

Эта кошка пришла из ниоткуда и стала для меня всем.

Мой дом был бы чище без моей кошки, но моё сердце было бы грустным и пустым!

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других.

Самолюбие — это наполненный ветром воздушный шар, из которого вырвется буря, стоит его только проколоть.

Тщеславие делает человека болтливым.

Любовь и кошка — это всё, что вам нужно, чтобы оставаться счастливым.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Тщеславие — соль жизни.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Βoпpoc, кoтopый cтaвит мeня в тупик: cумacшeдший я или вce вoкpуг мeня?

Добродетель не достигала бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Иной раз довольно не примириться с высокомерием и чванством, чтобы обратить их в ничто; порой их достаточно не заметить, чтобы они стали безвредны.

Скромность — это способ услышать от других всё то хорошее, что мы думаем о себе.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Почему нас раздражает чужое самолюбование? Довольно очевидно.

Все люди приносят счастье. Одни своим присутствием, другие – отсутствием.

Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие; оно ярчайшая примета посредственности.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Настоящее счастье — это когда на фразу «вот вам делать нечего» ты отвечаешь «вообще-то это моя работа».

Чем больше человек любит себя, тем сильнее он зависит от мнения окружающих.

Самолюбие это настолько ранимая вещь, что нанести ему укол можно десятком тысяч самых разных способов.

Тонко чувствующий человек не в силах удержаться от глубокой грусти по поводу неотвратимых трагедий жизни. И радость, и грусть – неизбежные переживания чувствительного, полного жизни человека.

Самолюбие не так заслуживает осуждения, как недостаток самоуважения.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Человек без самолюбия ничтожен. Самолюбие — архимедов рычаг, которым землю с места можно сдвинуть.

Тщеславие — страшная сила, действующая внутри нас и против нас же самих.

По тому, насколько самолюбивы женщины пожилые, которые уже никому не нравятся, можно судить, каково было их самолюбие в молодые годы.

Мы не в силах пренебречь презрением окружающих: у нас слишком мало самолюбия.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Вы не можете и желать большего, если ваш лучший друг — кошка.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Ни один льстец не льстит так искусно, как самолюбие.

Кошки невинны. Они никогда не осуждают Вас. Всё, что им нужно, — это ваша безусловная любовь.

Главная страсть цивилизованного человечества — высокомерие.

Полюбить — это не значит сделать выбор. Выбирают, оставаться ли в любви.

Наша первая и последняя любовь — это наше самолюбие.

Наверное, это и есть счастье — когда в твоей жизни есть большой и маленький...

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Легко обижается тот, кто не слишком собой доволен.

Часть вашей души так навсегда и останется спящей, если вы не любили кошек.

Самолюбие скорее заносчиво, чем слепо: оно не скрывает от нас наши просчёты, однако убеждает нас в том, что просчёты эти со стороны незаметны.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Свободным я считаю того, кто ни на что не надеется и ничего не боится.

Ваше сердце, вероятно, очень большое, если вы любили много кошек.

Человеку легче казаться достойным той должности, которую он не занимает, нежели той, в которой он состоит.

Скромность — это прекрасное подспорье для болванов; она заставляет человека говорить про себя, что он такой же болван, как и другие.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

Чем меньше у человека самолюбия, тем большего он стоит.

Самые самолюбивые люди — это люди, не любящие себя.

Наше самолюбие протиснется в любую щель.

Кто никогда не меняет своего мнения, любит себя больше, чем истину.

Те, что ищут счастья в тщеславии и развлечении, походят на людей, предпочитающих свет свечки сиянию солнца.

Есть люди с таким болезненным самолюбием, что считают унижением для себя даже то, что их обошла эпидемия.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.

Тщеславие вызывает отвращение у всех по той простой причине, что оно всем без исключения свойственно, а два тщеславия не сойдутся никогда.