Скромность и гордость

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Скромность украшает человека, но зачем мужчине украшения?

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придаёт им силу и рельефность.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Скромность — добродетель, стыдливость — порок.

Щедрость у богатого часто есть лишь особого рода застенчивость.

Недостаток скромности есть недостаток ума.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Скромник для меня более невыносим, чем хвастун. Хвастун признаёт за каждым его достоинство, излишне же скромный человек, по-видимому, презирает того, перед кем скромничает.

Если скромность составляет характерную особенность исследования, то это скорее признак боязни истины, чем боязни лжи.

Всякая застенчивость основана на желании человека выделиться.

Скромность — самый надёжный способ удовлетворения нашего тщеславия.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Любовь к славе есть лишь желание нравиться себе подобным.

Чем кто умнее, тем он скромнее.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Скромные люди, будучи только свидетелями не приличного поступка, испытывают ощущения, похожие на ощущения стыда.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Прекрасно быть скромным, но не следует быть равнодушным.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Тщеславие склонно умалять достоинства других и преувеличивать собственные.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Женщины превозносят мужскую скромность, но не любят скромных мужчин.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Опущенные глазки и скромный вид являются приготовлением к бегству.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

В чрезмерной скромности присутствует свой эгоизм.

Часто скромность принимается за слабость и нерешительность, но когда опыт докажет людям, что они ошиблись, то скромность придаст новую прелесть, силу и уважение характеру.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Нужно остерегаться доведения скромности до степени унижения.

Скромность умерла, когда родилась одежда.

Мир — это не более чем тщеславие, принимающее разные обличья.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Надменность — это карикатура на гордость.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Сила добродетели в её скромности.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие; оно ярчайшая примета посредственности.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Надменность должна стать щитом скромности.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Скромность украшает, порой, до такой степени, что сливаешься с интерьером.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Скромность — середина между бесстыдством и стеснительностью.

Чванливые люди своим преувеличенным самоуважением освобождают других от необходимости уважать их.

Скромность — самый верный путь к забвению.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

В погоне за похвалой лучшая приманка — скромность.

Доброта и скромность — вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.

Даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нём его лучший друг.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Скромность — это способ услышать от других всё то хорошее, что мы думаем о себе.