Быть скромным

Скромность украшает человека, но зачем мужчине украшения?

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять; скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придаёт им силу и рельефность.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Бывает так, что человек и порядочный, и скромный, а вот не умеет этого показать.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я ещё никогда не встречал.

Скромник для меня более невыносим, чем хвастун. Хвастун признаёт за каждым его достоинство, излишне же скромный человек, по-видимому, презирает того, перед кем скромничает.

Почему нас раздражает чужое самолюбование? Довольно очевидно.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Во всём надо соблюдать меру, даже в скромности.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Скромность — самый верный путь к забвению.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

В чрезмерной скромности присутствует свой эгоизм.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Скромность украшает, порой, до такой степени, что сливаешься с интерьером.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Нужно остерегаться доведения скромности до степени унижения.

Мы не в силах пренебречь презрением окружающих: у нас слишком мало самолюбия.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Доброта и скромность — вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Не будь так скромен: ты ещё не настолько велик.

Чем кто умнее, тем он скромнее.

Будь скромным — и тебе простят, что ты существуешь.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нём его лучший друг.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Если человек любит только какого-то одного человека и безразличен к остальным ближним, его любовь это не любовь, а симбиотическая зависимость или преувеличенный эгоизм.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Надменность — это карикатура на гордость.

Всякая застенчивость основана на желании человека выделиться.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Надменность должна стать щитом скромности.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Скромность — худшая форма тщеславия.

В тот момент, когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Тщеславие — это гордость других людей.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.