Скромность, как вид гордости

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Трудно быть скромным, когда ты — лучший.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

В погоне за похвалой лучшая приманка — скромность.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нём его лучший друг.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Талант может позволить себе быть скромным, посредственность — никогда.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Щедрость у богатого часто есть лишь особого рода застенчивость.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Гордость мешает жить.

Скромность умерла, когда родилась одежда.

Скромные люди, будучи только свидетелями не приличного поступка, испытывают ощущения, похожие на ощущения стыда.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Женщины превозносят мужскую скромность, но не любят скромных мужчин.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

В чрезмерной скромности присутствует свой эгоизм.

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Нескромный человек часто опасней, чем злой, ибо последний нападает только на своих врагов, тогда как первый причиняет вред и своим врагам, и своим друзьям.

Надменность — это карикатура на гордость.

Ничто так не способствует развитию скромности, как сознание собственной значимости.

Тщеславие — соль жизни.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие; оно ярчайшая примета посредственности.

Скромность — самый надёжный способ удовлетворения нашего тщеславия.

Будь скромным — и тебе простят, что ты существуешь.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Нужно остерегаться доведения скромности до степени унижения.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Мы не в силах пренебречь презрением окружающих: у нас слишком мало самолюбия.

Почему нас раздражает чужое самолюбование? Довольно очевидно.

Надменность должна стать щитом скромности.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Мистер Эттли очень скромный человек; и у него есть для этого все основания.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Бывает так, что человек и порядочный, и скромный, а вот не умеет этого показать.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Ничего нет внутри у людей, вечно выставляющих всё наружу.

Тщеславие — это гордость других людей.

У меня хватает скромности признавать, что нескромность — один из моих недостатков.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Мир — это не более чем тщеславие, принимающее разные обличья.

Скромность — это способ услышать от других всё то хорошее, что мы думаем о себе.

Всякая застенчивость основана на желании человека выделиться.

Скромность — это прекрасное подспорье для болванов; она заставляет человека говорить про себя, что он такой же болван, как и другие.

Любовь к славе есть лишь желание нравиться себе подобным.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.