Скромность и гордость

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Часто скромность принимается за слабость и нерешительность, но когда опыт докажет людям, что они ошиблись, то скромность придаст новую прелесть, силу и уважение характеру.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Тщеславие склонно умалять достоинства других и преувеличивать собственные.

Скромность — самый верный путь к забвению.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Скромность умерла, когда родилась одежда.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Скромность украшает человека, но зачем мужчине украшения?

Надменность — это карикатура на гордость.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Скромность — это прекрасное подспорье для болванов; она заставляет человека говорить про себя, что он такой же болван, как и другие.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Если скромность составляет характерную особенность исследования, то это скорее признак боязни истины, чем боязни лжи.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Чем кто умнее, тем он скромнее.

Ничего нет внутри у людей, вечно выставляющих всё наружу.

Женщины превозносят мужскую скромность, но не любят скромных мужчин.

Щедрость у богатого часто есть лишь особого рода застенчивость.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Сила добродетели в её скромности.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Тщеславие — это гордость других людей.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нём его лучший друг.

Чванливые люди своим преувеличенным самоуважением освобождают других от необходимости уважать их.

Любовь к славе есть лишь желание нравиться себе подобным.

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других.

Скромник для меня более невыносим, чем хвастун. Хвастун признаёт за каждым его достоинство, излишне же скромный человек, по-видимому, презирает того, перед кем скромничает.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Скромность — это не только орнамент, но и страж добродетели.

Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я ещё никогда не встречал.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придаёт им силу и рельефность.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Скромность — добродетель, стыдливость — порок.

Скромность — это способ услышать от других всё то хорошее, что мы думаем о себе.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Скромность — самый надёжный способ удовлетворения нашего тщеславия.

Нужно остерегаться доведения скромности до степени унижения.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Ничто так не способствует развитию скромности, как сознание собственной значимости.

Надменность должна стать щитом скромности.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Скромность — худшая форма тщеславия.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие; оно ярчайшая примета посредственности.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Доброта и скромность — вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Недостаток скромности есть недостаток ума.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Скромность украшает, порой, до такой степени, что сливаешься с интерьером.