Чрезмерная скромность

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Сила добродетели в её скромности.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Скромность — середина между бесстыдством и стеснительностью.

Скромник для меня более невыносим, чем хвастун. Хвастун признаёт за каждым его достоинство, излишне же скромный человек, по-видимому, презирает того, перед кем скромничает.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, — основной повод для её разглашения.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Скромность украшает, порой, до такой степени, что сливаешься с интерьером.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

Если скромность составляет характерную особенность исследования, то это скорее признак боязни истины, чем боязни лжи.

Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.

Надменность должна стать щитом скромности.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Нужно остерегаться доведения скромности до степени унижения.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Доброта и скромность — вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.

Молчаливость и скромность — качества, очень пригодные для разговора.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Скромность — самый верный путь к забвению.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

В погоне за похвалой лучшая приманка — скромность.

Скромность — это способ услышать от других всё то хорошее, что мы думаем о себе.

Всякая застенчивость основана на желании человека выделиться.

Твоя скромность должна бросаться всем в глаза, иначе от неё тебе не будет никакого проку.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Женщины превозносят мужскую скромность, но не любят скромных мужчин.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Скромность украшает человека, но зачем мужчине украшения?

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других.

В чрезмерной скромности присутствует свой эгоизм.

Недостаток скромности есть недостаток ума.

Скромность так же нужна достоинствам, как фигурам на картине нужен фон: она придаёт им силу и рельефность.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Бывает так, что человек и порядочный, и скромный, а вот не умеет этого показать.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Скромность — самый надёжный способ удовлетворения нашего тщеславия.

Недостаточно быть скромным, надо ещё, чтобы все про это узнали.

Чем кто умнее, тем он скромнее.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Талант может позволить себе быть скромным, посредственность — никогда.

Будь скромным — и тебе простят, что ты существуешь.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

У меня хватает скромности признавать, что нескромность — один из моих недостатков.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Щедрость у богатого часто есть лишь особого рода застенчивость.

Скромность — это не только орнамент, но и страж добродетели.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Надменность — это карикатура на гордость.

Мир — это не более чем тщеславие, принимающее разные обличья.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Не будь так скромен: ты ещё не настолько велик.

Скромные люди, будучи только свидетелями не приличного поступка, испытывают ощущения, похожие на ощущения стыда.

Ложная скромность — самая утонченная уловка тщеславия.

Часто скромность принимается за слабость и нерешительность, но когда опыт докажет людям, что они ошиблись, то скромность придаст новую прелесть, силу и уважение характеру.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.