Гордость

Надменность — это карикатура на гордость.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Человеку легче казаться достойным той должности, которую он не занимает, нежели той, в которой он состоит.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Добродетель не достигала бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Все люди приносят счастье. Одни своим присутствием, другие – отсутствием.

Скромность — худшая форма тщеславия.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять; скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сияют ярче любых достоинств.

Есть три разряда людей: высокомерные, гордые и другие. Других я ещё никогда не встречал.

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Все остальные пороки противоположны достоинствам, одна лишь гордость соприкасается с ними.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Ни один льстец не льстит так искусно, как самолюбие.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Гордость не хочет быть в долгу, а самолюбие не желает расплачиваться.

Ложной может быть скромность, но не гордость.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Скромность — это тот вид гордости, который менее всего раздражает окружающих.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Уверенность в себе составляет основу нашей уверенности в других.

Тщеславие — это гордость других людей.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Никогда гордость не лицемерит так искусно, как скрываясь под личиной смирения.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Гордость — скользкая штука. Когда гордиться есть чем, то не перед кем, а когда есть перед кем, то нет чем.

Гордые идут на дно, надув щёки.

Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю кошек.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Не доброта, а гордость обычно побуждает нас читать наставления людям, совершившим проступки.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему самолюбию.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

В тот момент, когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Гордыня не хочет быть должницей, а самолюбие не хочет платить.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в заражённом ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Я не освободитель. Освободителей не существуют. Люди сами освобождают себя.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

Чрезмерная скромность есть не что иное, как скрытая гордость.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять: скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Не должно гордиться случайными неудачами противника. Уверенность в себе следует питать тогда только, когда превзойдены планы его.

Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.

Когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, — основной повод для её разглашения.

Высокомерие — это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышание заявляющая о своём присутствии.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.