Гордыня и самолюбие

Глупо испытывать гордость там, где можно получить удовольствие.

Кто никогда не меняет своего мнения, любит себя больше, чем истину.

Легче отказаться от радости, чем от гордыни.

Чем больше человек любит себя, тем сильнее он зависит от мнения окружающих.

Тщеславие заставляет нас поступать противно нашим вкусам гораздо чаще, чем требование разума.

Я имею репутацию скромного. Моя скромность есть не что иное, как скрытое, но большое, очень большое самолюбие.

Непростительная гордость — не хотеть быть обязанным любимому человеку своим счастьем.

Гордецы ненавидят гордость в других людях.

Чрезмерная скромность есть не что иное, как скрытая гордость.

Сумей сделать людей гордыми — и гордость их сделает глупыми. И тогда ты возьмёшь их.

Если ты должен банку сотню фунтов, у тебя проблемы. Но если ты должен миллион, проблемы уже у банка.

Гордец редко бывает благородным человеком: он всегда убеждён, что получает меньше, чем заслуживает.

Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.

Больше всего гордись тем, что меньше всего тебе обязано.

Благотворительность и гордость преследуют разные цели, но бедных они кормят в равной степени.

Гордость не следует ни подавлять, ни даже ослаблять; её нужно лишь направлять на достойные цели.

Ни один льстец не льстит так искусно, как самолюбие.

Наша первая и последняя любовь — это наше самолюбие.

Гордость редко имеет золотую середину; она либо чрезмерна, либо недостаточна.

Тщеславие — эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.

Гордость происходит от незнания самого себя. Со знанием же является скромность.

Самый дешёвый сорт гордости — это национальная гордость. Всякий жалкий простофиля, не имеющий ничего в мире, чем он мог бы гордиться, хватается за последний ресурс гордости — за нацию, к которой он принадлежит.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

Ложной может быть скромность, но не гордость.

Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

По тому, насколько самолюбивы женщины пожилые, которые уже никому не нравятся, можно судить, каково было их самолюбие в молодые годы.

Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.

Скромный человек усваивает даже чужие пороки, гордый обладает только собственными.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.

Гордость лишена лучшего качества пороков — она не способна скрываться.

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Гордость — это своего рода презрение ко всем другим, кроме самого себя.

У растений всё, как у людей: деревья гордятся своими плодами, а пни своими корнями.

Средние люди — это не значит скромные. Напротив, они гордятся тем, что они средние.

В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

В тот момент, когда твоя гордость никому не заметна, она называется скромностью.

Следует твёрдо знать, что не бывает людей, совершенно незначительных и не заслуживающих внимания. Время от времени нужно разрешать им быть полезными вам, чего они, безусловно, не станут делать, если хоть раз выказать им своё пренебрежение. Ошибки часто прощают, пренебрежение — никогда. Людская гордыня навсегда запоминает подобное.

Господь привил человеку гордость для того, чтобы тот не так остро чувствовал свою никчёмность.

В любви гордость более опасна для женщин, чем для мужчин. Если нужно спасти положение, мужчина забывает о своей гордости легче и быстрее.

Больше всего мы гордимся тем, чего у нас нет.

Нужно очень много самолюбия для того, чтобы не слишком его выказывать.

Самые самолюбивые люди — это люди, не любящие себя.

Кто доволен самим собою, тот не может прославиться. Кто хвастается, тот не может иметь заслуги. Кто горд, тот не может возвыситься.

Быть скромным — это тот вид гордости, который меньше всего раздражает окружающих.

Мы не в силах пренебречь презрением окружающих: у нас слишком мало самолюбия.

Погибели предшествует гордость, а падению — надменность.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять; скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Люди всегда по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Скромность украшает гордость, как вода гасит пламя. Она подобна кольцу, которое вдевают в нос медведю.

Надменность — это карикатура на гордость.

Наше самолюбие протиснется в любую щель.

Скромность порой проистекает из преувеличенной гордости.

Скромный человек может добиться всего, горделивый — всё потерять: скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.

Гордость людей низких состоит в том, чтобы постоянно говорить о самом себе, людей же высших — чтобы вовсе о себе не говорить.

Гордость от сознания того, что тебе доверяют тайну, — основной повод для её разглашения.

Все мужчины гордятся своими детьми. А эгоизм некоторых мужчин столь велик, что они гордятся даже своими жёнами.

Самолюбие — это наполненный ветром воздушный шар, из которого вырвется буря, стоит его только проколоть.

Если кричит гордость, значит, любовь молчит.

Гордость — отсюда самолюбие, отсюда — пристрастность, неспособность самооценки, — отсюда глупость. Каждый гордец глуп в своих оценках, хотя бы от природы имел гениальный разум. И обратно, смиренный мудр, хотя бы был и «не умён»; сущность мудрости — чувство Истины и смирение перед ней — доступна ему.

Человеку легче казаться достойным той должности, которую он не занимает, нежели той, в которой он состоит.

Самолюбие это настолько ранимая вещь, что нанести ему укол можно десятком тысяч самых разных способов.

Унижать других — гораздо худший вид гордости, чем превозносить себя не по заслугам.

Добродетель не достигала бы таких высот, если бы ей в пути не помогало тщеславие.

Чем меньше у человека самолюбия, тем большего он стоит.

Человек без самолюбия ничтожен. Самолюбие — архимедов рычаг, которым землю с места можно сдвинуть.

Бесконечно маленькие люди имеют бесконечно великую гордость.

Смирись, гордый человек, — и ты станешь свободным.

Если гордость от презрения к другим поднимется до презрения к самой себе, она станет философией.

Скромность — это тот вид гордости, который менее всего раздражает окружающих.

Почему нас раздражает чужое самолюбование? Довольно очевидно.

Гордый требует от себя больше, чем от других; надменный — ставит себя выше других.

Иные недостатки, если ими умело пользоваться, сияют ярче любых достоинств.

Гордость — благородная страсть: она не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

Размеры нашей гордости определяются масштабами наших несчастий.

Самолюбие скорее заносчиво, чем слепо: оно не скрывает от нас наши просчёты, однако убеждает нас в том, что просчёты эти со стороны незаметны.

Неподдельная, искренняя гордость, или самоуважение, если только она хорошо скрыта и в то же время действительно обоснована, безусловно должна быть характерна для человека чести.

Быть щедрым — значит давать больше, чем ты можешь; быть гордым — значит брать меньше, чем тебе нужно.

Скромность увеличивает достоинство и извиняет посредственность.