Штирлиц и наводка

Штирлиц решил обменять валюту. Он подошёл к обменнику, снял фальшивые усы и сказал:
— Меняю доллары на рубли.
«Браво, майор!», – подумал кассир.

Мюллер говорит Борману:
— Мне кажется, что Штирлиц русский шпион. Проверить бы...
Борман:
— Надо натянуть поперёк коридора верёвку и выключить свет, Штирлиц споткнётся, и, если начнёт ругаться на русском значит шпион.
Так и сделали. Штирлиц запнулся и... «%б твою мать!!!».
Борман:
— Ну них%я себе!
Мюллер:
— Тише, тише товарищи.

Борман Мюллеру:
— Вчера на Штирлице новый детектор лжи проверяли. Я ему: «Ваша фамилия?» Он: «Исаев», а прибор молчит. Я: «Профессия?» Он: «Русский шпион», а прибор опять молчит.
Мюллер:
— Говорил я тебе, напиши рапорт... Вечно неисправную технику нам шлют!!!

«Совершенно секретно! Лично в руки! Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру! Рейхсфюрер!..» Штирлиц отложил ручку и задумался: «А может всё-таки написать по-немецки?»

— Сколько будет дважды два? – спросил Мюллер, не отрывая красных глаз от недосыпания...
Штирлиц знал сколько будет дважды два, но он не знал, знает ли об этом Мюллер.

Мюллер долго думал, как бы ему точно узнать, какой всё-таки Штирлиц национальности. И наконец придумал.
Он решил пригласить его в гости и понаблюдать, как тот будет уходить: если не попрощается, значит, англичанин; если выпьет всё спиртное, перебьёт всю посуду и соблазнит хозяйку — русский; если найдёт в доме всю картошку и съест — белорус.
Но когда Штирлиц вообще не ушёл, а постепенно перетаскал к Мюллеру все свои вещи и стал у него жить, группенфюрер наконец догадался, что Штирлиц — еврей.

Штирлиц шёл по туману к станции, пытаясь разобрать дорогу. На следующее утро Мюллеру сообщили, что было разобрано 6 километров шоссе.

Мюллер:
— Штирлиц, откуда ваши отпечатки пальцев на чемодане радистки? Только не мелите опять ерунду про то, как вы убили крокодила, а мастер сделал из него чемодан, не стерев отпечатки ваших пальцев!

Однажды дед вернулся с работы.
— Ты выпил, – заявила бабушка.
— Нисколько, – ответил спокойно дед, — Хочешь по половице пройду?
Ну и пошёл.
Утром бабушка просит его пройти по половице.
— Я чё, дурак по половице ходить?
— А вчера ходил.

Штирлиц шёл в темноте из Дрездена в Берлин, еле разбирая дороги. К утру железная дорога была разобрана полностью.

— Штирлиц, на ягодицах Евы Браун нашли отпечатки ваших пальцев. Как вы это объясните?
— Мюллер, я знаю, что сказать, а вот как вы объясните, как вы их там обнаружили?
— Очень жаль, Штирлиц, что вы работаете не у меня!

Мюллер вбегает в кабинет Бормана и кричит:
— Борман! Оказывается, Штирлиц — русский шпион!
— Вы лучше послушайте, какую я тут песню написал: «Лыжи у печки стоят, гаснет закат над тайгой...»

Штирлиц заходит в кабинет к Мюллеру и видит, что тот уже приготовил петлю.
— О нет, мой штандартенфюрер, вы не можете покончить жизнь самоубийством! Ваша жизнь нужна Рейхстагу!
— Перестаньте паясничать, Исаев!..

Мюллер торопился и гнал машину по шоссе с максимальной скоростью. Рядом бежал Штирлиц, делая вид, что беззаботно прогуливается.

Войдя в свой рабочий кабинет, Мюллер застал Штирлица, подозрительно стоявшего возле сейфа.
— Что вы здесь делаете, Штирлиц? – строго спросил он.
— Трамвай жду, – ответил Штирлиц.
Мюллер вышел и, идя по коридору, неожиданно подумал: "Какой, к чёрту, может быть трамвай в моём кабинете?".
Он обратно вбежал в свой кабинет. Штирлица но было. "Хм.. Должно быть уже уехал", – подумал Мюллер.

Мюллер выглянул из окна и увидел Штирлица.
"Куда это он идёт?", – подумал Мюллер.
"Не твоё собачье дело!", – подумал Штирлиц.

У секретного сейфа Мюллер обнаружил Штирлица. «Что вы тут делаете?» – поинтересовался Мюллер. «Трамвай жду», – ответил Штирлиц. Через полчаса Мюллер вернулся и не обнаружив ни Штирлица, ни сейфа. «Видимо, дождался» – подумал Мюллер.

Штирлиц в лесу увидел дупло с двумя красными глазами. «Дятел», – подумал Штирлиц. «Сам ты дятел», – подумал из дупла Мюллер.

Когда вырубили свет, Штирлиц понял: не видать ему новой серии «Санта-Барбары». Он позвонил Мюллеру и попросил, чтобы тот её записал. Запись он обнаружил у себя в кабинете на столе. Почерк у Мюллера был мелкий, неразборчивый, Штирлиц целый день читал и плакал.

Мюллер услышал шаги за окном и спросил:
— Кто идёт?
— Дождь, – ответил Штирлиц и забарабанил пальцами по стеклу.

Штирлиц был горд, что получал больше Мюллера, но он не мог похвастать этим, ведь он работал по совместительству.

Входит Штирлиц в кабинет Мюллера и видит: тот лежит на полу бездыханный.
— Отравился, – подумал Штирлиц и погладил рукоятку топора, торчащего из спины Мюллера.

Предательски хрустнули доски сортира... Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу.

Штирлиц увидел Мюллера с луже крови с топором в спине.
«Отравился, бедняга», – подумал Штирлиц.

Над Берлином раздавалось громогласное «Mutter». «Раммштайн выступают», – подумал Мюллер. «А вот и нет!», – подумал Штирлиц, это реалистка Кэт репетирует роды.

— Штирлиц, говорят, что вы голубой, – сказал Мюллер.
— Я? – покраснел Штирлиц. — А теперь?

Пришел Штирлиц к Мюллеру и говорит:
— Дай секретную документацию.
Тот не раздумывая даёт.
Уходя Штирлиц спрашивает:
— Мюллер, а у тебя скрепок нет?
Штирлиц знал, что из заговора запоминается последняя фраза и если Мюллера спросят зачем приходил Штирлиц, он ответит что за скрепками.

На выезде из Берлина Штирлица ждала засада... Он уложил всех очередью из автомата, вылез из машины, пнул сапогом труп молоденького обер-лейтенанта и сказал: «Вот и у меня такой же балбес растёт...».

Мюллер:
— Штирлиц! Ваши соседи жалуются, что у вас утром гимн Советского Союза гремит на всю округу!
— А что ещё может поднять с постели советского человека в шесть утра?

Штирлиц вытащил из сейфа записку Мюллера.
Мюллер жалобно визжал и отбивался ногами.

Штирлиц шёл по коридору. Навстречу ему нёсся Мюллер с выпученными глазами. Но пробежал мимо. «Пронесло», – подумал Штирлиц. «Тебя бы так пронесло», – подумал Мюллер.

«Представляете, Штирлиц», – в ужасе произнёс Мюллер: «Мне такой кошмар сейчас приснился: будто сейчас 2015 год, канцлер в Германии — баба в красном пиджаке, вместо факельных шествий — гей-парады, мы платим деньги евреям и выполняем команды негра из Америки!».

Мюллер знал, что русские, размешав сахар в кофе или чае, оставляют ложечку в чашке, и решил проследить за Штирлицем в кафе. Штирлиц размешал сахар, вытащил ложку, положил её на блюдце и показал язык Мюллеру.

Мальчик–бродяжка в дверь постучал:
«Дайте копеечку», – еле сказал.
«Просишь на водку, негодный малец!» –
бутылкой по лбу, и мальчонке конец...

— Штирлиц, я вас раскусил, – сказал Мюллер, — ваш аусвайс пахнет русской сивухой!
— Ничего подобного, это Борман, когда ставил печать, дыхнул на неё.

Мюллер сильно за полночь работал дома с документами и услышал за окном шорох.
— Кто там? – спросил Мюллер.
— Дождь. – ответил Штирлиц и забарабанил пальцами по стеклу.

Мюллер зашёл в свой кабинет и увидел Штирлица роющегося в его сейфе.
— Что вы здесь делаете?! – спросил Мюллер.
— Жду трамвая. – ответил Штирлиц.
Мюллер в недоумении закрыл дверь и задумался: "Какой может быть трамвай в моём кабинете?". Он снова заглянул в свой кабинет, но Штирлица там уже не было.
— Уехал. – подумал Мюллер.

Штирлиц открыл сейф и вытащил записку Мюллера. Мюллер орал и всячески пытался сопротивляться.

К концу войны положение Германии было столь плачевно, что даже в рейхсканцелярии приходилось стоять в очереди для того, чтобы купить колбасы. Однако Штирлиц, вопреки всем нормам поведения, всегда брал без очереди. Гестаповцы очень возмущались этим. Они ещё не знали, что Герои Советского Союза обслуживаются вне очереди.

Мюллер шёл по улицам Берлина, когда рядом упал кирпич.
— Вот тебе раз, – подумал Мюллер.
— Вот тебе два, – сказал Штирлиц, прицеливаясь вторым кирпичом.

Штирлиц шёл по безлюдной улице и вдруг ему на голову упал кирпич.
— Вот те раз! – подумал Штирлиц.
— Вот те два! – подумал Мюллер, кидая второй кирпич.

Штирлиц вкалывал в своём кабинете с утра до ночи. Однажды его застукал за этим делом Мюллер:
— Я смотрю, у вас дури на всех хватит!
С тех пор стал вкалывать весь отдел.

Штирлиц идёт по Берлину в будёновке. К нему подходит Мюллер.
— Штирлиц, вы бы хоть конспирацию соблюдали!
— И правда, – подумал Штирлиц и надел тёмные очки.

Мюллер запрыгну в машину к Штирлицу и крикнул:
— Гони!
На заднем сидении что-то забулькало и в автомобиле заструился запах свежего самогона.

Штирлиц брёл в тумане к станции, с трудом разбирая дорогу. На утро Мюллеру доложили, что дорога разобрана на протяжении двух километров.

Мюллер на совещании:
— Все свободны. А вас, Штирлиц, я попрошу остаться.
— Ну, попросите.
— Ну, Штирлиц... Ну останьтесь, ну пожалуйста!

Гитлер собирает всех в штабе:
— Итак, завтра мы все вместе едем на картошку!
Штирлиц не сдержался:
— Ура! Совсем как у нас, в СССР!
И тут же, решив, что сболтнул лишнего, вышел из строя и решил признаться:
— Я русский разведчик Максим Исаев!
Фюрер по-отечески улыбнулся:
— Ох, дорогой Штирлиц... чего вы только не придумаете, чтобы не ехать на картошку...

Поздно вечером в доме Штирлица раздался телефонный звонок. Подняв трубку, он услышал томный голос радистки Кэт:
— Штирлиц, вам, наверное, одному не спится?
— Отчего же, спиться я могу и один, – ответил Штирлиц и налил очередной стакан водки.

— Штирлиц, вы еврей? – спросил Мюллер.
— Русский! – уточнил Штирлиц.
— А я немецкий! – подытожил Мюллер и заплакал.

Штирлиц стоял на своем. Это была излюбленная пытка Мюллера.

— Штирлиц, вы еврей! И прикажу вас расстрелять! – закричал Мюллер.
— Неправда, я русский, – ответил Штирлиц.

Мюллер выглянул в окно. По улице шёл Штирлиц, ведя на поводке крохотную, зелёную с оранжевыми полосками, шестиногую собачонку. «Странно, – подумал Мюллер, — этого анекдота я ещё не знаю...»

Группа немецких туристов в джунглях. Из чащи выскакивает тигр.
— Без паники, тигр сыт! – кричит проводник.
— Откуда вы знаете? – спрашивает один из туристов.
— Вы же видите: Мюллера нет!

Идёт допрос радистки Кэт. В комнате холодно.
— Закройте окно, дует. – произнесла Кэт.
— Do it yourself, английская шпионка! – сказал Мюллер.

Штирлиц и Мюллер ездили по очереди на танке. Очередь редела, но не расходилась...

Штирлиц достал из сейфа записку Мюллера. Мюллер отчаянно кричал и отбивался. Штирлиц выбросил записку Мюллера в окно. Мюллер чудом ухватился за 2-ой этаж. Чудо потом болело два дня.

— Абрам, что это ты всю ночь называл меня Наденькой?
— Сара, ты не поверишь. Мне снилось, что я Ленин.

Заходит Мюллер к Штирлицу и спрашивает:
— Штирлиц, дружище, вы танцевать умеете?
— Умею, а что?
— Танцуйте – тут вам шифровка из Москвы пришла!

— Поехали по бабам, – предложил Мюллер Штирлицу.
— Не могу, я только что новые шины поставил — запачкаются.

— Где ключ от сейфа?! – заорал Штирлиц и врезал Мюллеру в ухо. — Кстати, у вас не найдётся канцелярских скрепок?
Голос за кадром: «Штирлиц знал, что запоминается последняя фраза».

Мюллер:
— Штирлиц, вы – еврей!!!
Штирлиц испуганно:
— Нет, я – русский!
Мюллер грустно:
— А я немецкий.

В половину пятого утра дверь кабинета Бормана распахнулась и появившийся на пороге мужик в фуфайке, шапке ушанке, рюкзаком за спиной и ППШ в руках, произнёс, глядя Борману прямо в глаза:
— Верблюды идут на север!
— Верблюды идут в жопу! – вспылил Борман. — Кабинет Штирлица этажом выше. Но его сейчас нет. Он с партизанами мост взрывает! А своим скажите, чтоб пароль сменили! Задрали уже своими верблюдами!

Штирлиц прокрался в кабинет Мюллера и отправил шифрограмму морзянкой на родину. Он не знал азбуки Морзе, но надеялся, что по радостному бибиканью догадаются, что задание выполнено.

Штирлиц рассказал неприличный анекдот и вогнал Мюллера в краску.
«Стеснительный какой», – подумал Штирлиц, наглухо закрывая бочку.

Штирлиц сидел на отшибе. Отшиб сильно болел — волкодавы Мюллера прекрасно знали свою работу!

Мюллер:
— Штирлиц, как вы объясните ваши отпечатки пальцев на жопе Евы Браун?
Штирлиц:
— Сначала объясните, как вы их там нашли.

Штирлиц подошёл к главной площади Берлина. И чтобы не привлекать внимания, решил пересечь ее по-пластунски.

Маленький мальчик говорит:
— Мама, а разве у папы есть корова?
— Нет, с чего ты взял?
— Он говорил нашей служанке, что у неё фигура лучше, чем у его коровы.

К даче Штирлица подъехала бронетранспортёр. Вышел Мюллер и взвод гестаповцев. Мюллер позвонил. «Кто там?», – спросил Штирлиц. «Мне нужен Штирлиц», – ответил Мюллер. «А меня нет дома!», – ответил Штирлиц. Мюллер выругался и уехал. Так разведчик уже третью неделю водил фашистов за нос.

Штирлиц увидел в заполняемой анкете вопрос «резидент/нерезидент» и впал в ступор.
— Не волнуйтесь, Штирлиц! – успокоил его Мюллер, — Это для налоговой.

Приходит как-то Гитлер на совещание, а поперёк комнаты стоит здоровенный железный ящик.
Гитлер говорит Мюллеру:
— Это что такое?
— А, это Штирлиц установил новейшее советское миниатюрное подслушивающее устройство.
— А чего же вы его не вытащите отсюда, если уж обнаружили?
— Мы бы, мой фюрер, с удовольствием! Только его никто поднять не может.

Идёт совещание, вдруг заходит Штирлиц с подносом апельсинов, ставит апельсины на стол, залезает в сейф, берёт документы и выходит.
Гитлер Мюллеру:
— Это что сейчас такое было?
— А, это русский разведчик Исаев.
— Почему ж вы его не арестуете?
— Да он всё равно отмажется, скажет, апельсины приносил.

— Штирлиц, вы польский еврей? – спросил Мюллер.
— Нет! Я русский, – с достоинством ответил Штирлиц.
— А я немецкий, – усмехнулся Мюллер.

Апрель 45-го, советские войска обложили Берлин. В Рейхсканцелярии паника. По коридору, срываясь на всех, идёт злой затравленный Гитлер. Навстречу выходит довольный вальяжный Штирлиц:
— Хайль Гитлер!
— Ну Максимыч, ты то хоть не подкалывай!

Подвыпившие Штирлиц и Мюллер вышли из бара.
— Давайте снимем девочек, – предложил Штирлиц.
— У вас очень доброе сердце, – ответил Мюллер. — Но всё-таки пусть повисят до утра.

Мюллер спрашивает Штирлица за кружкой пива:
— Скажите Штирлиц, а какой ваш любимый фильм?
«Волга-Волга», – хотел было ответить Штирлиц, но вовремя опомнился и сказал:
— «Фольксваген-Фольксваген»!

Мюллер зашёл к себе в кабинет и обнаружил, что его сейф вскрыт, а секретные документы пропали. Об этом он незамедлительно сообщил Гитлеру.
Гитлер звонит Сталину:
— Твои разведчики украли секретные документы!
Сталин звонит Штрилицу:
— Документы ты выкрал?
— Я.
— Скопировал?
— Так точно!
— Так верни на место, люди волнуются.

— Штирлиц, вы знаете Тихонова? – неожиданно спросил Мюллер.
— Конечно, нет, – не растерялся Штирлиц.

«Пошли!» – приказал Мюллер Штирлицу. Штирлиц послушался и рассказал неприличный анекдот.