Ежегодный фестиваль рыжих в Ирландии

Мой дедушка родом из Ирландии, но по воле судьбы оказался в Англии. В тот момент, когда мои родители поехали с ним в Ирландию, где он не был уже 25 лет, первое, что он сделал, так это решил навестить свой любимый паб и повёл туда моих родителей. Когда они зашли в заведение, первое, что сказал парень, стоявший за барной стойкой, так это:
— О Господи, он вернулся!

На ирландской свадьбе кто-то крикнул:
— Все женатые мужчины, пожалуйста, встаньте рядом с тем человеком, благодаря которому ваша жизнь обрела смысл!
Бармена чуть не задавили насмерть...

В Белфасте брит говорит ирландцу:
— Эй, Падди, где тут почта?
— А почему вы решили, что меня зовут Падди?
— Догадался...
— Ну, вот и догадайся, где тут почта...

Не знаю как вам, а вот лично мне чёрная Анна Каренина в финальной сцене очень даже нравится.

Идут два негра по улице. У одного в кармане лежит доллар, у другого — 98 центов. Вдруг видят салон в котором людей делают белыми всего за 99 центов. Один чёрный говорит другому:
— Давай я зайду, стану белым, отдам тебе цент сдачи, а потом пойдёшь ты?
— Хорошо. – Согласился второй.
Через пол часа из салона выходит высокий белый блондин с белоснежной улыбкой.
— Ух ты, я тоже хочу, давай мне цент!
— Найди себе работу, черномазый.

Надпись на стене в дублинском баре:
«Бог создал алкоголь, чтобы ирландцы не правили миром».

— Сколько требуется негров, чтобы похоронить человека?
Ответ: Пять. Четверо несут гроб, а пятый идёт спереди с магнитофоном.

Корреспондент одной из газет берёт интервью у Стиви Уандера.
— Скажите, пожалуйста, вы никогда не испытывали комплекса по поводу отсутствия у Вас зрения? Никогда не чувствовали себя ущербным?
— Нет, что вы, никогда. Я не знаю, что означает видеть. К тому же к слепым не плохо относятся, им сочувствуют. Слепота не помешала мне стать известным музыкантом. У людей нет предрассудков по отношению к слепым. Да и потом, всё могло быть намного хуже. Представляете, если бы, я, например, родился негром.

Единственное отличие ирландских похорон от ирландской свадьбы — на одного пьющего и танцующего меньше.

Урок в Ольстерской школе.
— Как тебя зовут?
— Лиам МакНамара.
Учитель нахмурился:
— Надо добавлять слово «сэр»!
— Хорошо. Сэр Лиам МакНамара.

— Что такое: Чёрное – на трёх ногах?
Ответ: Рояль.

Молодая чернокожая девушка, делающая пятый аборт подряд, борется с преступностью куда больше, чем все ваши супергерои.

— Что такое: Чёрное – на одной ноге?
Ответ: Одноногий негр.

— Есть ли хоть какая-то разница между ирландской свадьбой и ирландскими похоронами?
— Да. На ирландских похоронах, как правило, на одного пьяного ирландца меньше.

— Абрам Самуилович, что вы скажете за то, что прямо в эти минуты, в США афроамериканцы ставят на колени белых американцев?
— Запомните, юноша, одну простую истину: те белые, что считают негров — неграми, таки, вернут всё в исходное положение, а те, кто считает их афроамериканцами, так и останутся на коленях...

А прикиньте, если негры в Америке снесут ещё и Статую Свободы, внутри которой обнаружится множество человеческих скелетов, и таким образом выяснится, что у французов просто провалилась "Троянская миссия" тех времён...

— Что такое: Чёрное – на двух ногах?
Ответ: Два одноногих негра.

Объявление на сайте по подбору персонала:
— На работу, срочно, требуется негр. Не рабство!

Завтрак в ирландской семье:
— Папа, можно я пойду делать уроки?
— Сначало допей свой утренний виски!

— А что это за маленький зелёный остров, что расположен на севере?
— О, это Ирландия! Место, где будут рождаться весёлые люди, великие музыканты. Они будут много путешествовать и варить удивительный тёмный напиток «Гиннесс».
— А где же баланс и контраст?
— А, Павел, ты ещё не знаешь, каких ублюдков я поселю на соседнем острове.

В те далекие времена, когда в Ирландии было много отшельников, три святых монаха, отвратившись от суеты мирской и пустой болтовни, решили покинуть свет, чтобы обрести покой, божественную тишину и отрешенность на уединенном острове Иниш Койл.
Они выстроили себе из камня лачугу и там, в тишине, предавались посту, созерцанию и размышлениям.
За весь год этой святой жизни они не произнесли ни единого слова.
Когда же первый год прекрасного служения Всевышнему завершился, один из них молвил:
— Разве наша жизнь не исполнена добра?
В конце второго года второй монах ответил:
— Исполнена.
А когда третий год был на исходе, третий святой отец поднялся, опоясался, взял свой псалтырь и молвил:
— Я ухожу, чтобы обрести тишину. На Иниш Койл для меня слишком много речей.

Паб в Донеголе. Заходит ирландец, видит что вокруг народ сидит с жутко мрачными лицами. Соответственно вежливо спрашивает: «а в чем собственно причина?».
Хозяин с постной миной отвечает:
— Случилось горе! Вчера умер Шон МакГи, всеобщий любимец и один из моих самых преданных клиентов. Замечательный человек. Каждый вечер выпивал у меня две бутылки «Джеймисона» и 30 кружек «Гиннеса».
— И от чего он умер?
— Понятия не имею...

Удивительно, но по-немецки «гражданская война» — Bürgerkrieg. Звучит словно вооружённый бургер. Что вполне подходит под описание, происходящих в американском городе Миннеаполис, беспорядков.

Едет мужик на машине весь день. Ночь уже, устал. Видит – мотель «Только для чёрных». Мужик вымазал лицо гуталином – его пустили. Просит: «Разбудите меня в 6 утра.» Разбудили его рано – он дальше поехал. К вечеру утомился, видит мотель – «Только для белых». Начал он гуталин оттирать – а тот ни в какую.
Мужик думает:
— Блин, не того разбудили...

Иногда смотришь на сборные по футболу и невольно появляется мысль, что на всех чемпионатах Африка иногда играет сама с собой...

— Как пишется новейшая история США?
— Новейшая история США, пишется чёрным по белому прямо сейчас.

— Почему вы участвуете в протестных акциях и громите магазины?
— Потому что белые совсем не уважают нас и не дают работу!
— Хорошо, вы приняты в лучший офисный отдел нашей компании.
— Вы заставляете нас работать потому что мы чёрные!

Шотландские народные песни имеют в основном один и тот же сюжет: «Мы были смелыми! Мы были сильными! Мы были стойкими! Но нам дали п... здюлей...».
Ирландские народные песни: всё то же самое, плюс «мы были пьяными!».

— Вот интересно, почему негры не брезгуют брать деньги, на которых изображены портреты проклятых БЕЛЫХ президентов-рабовладельцев. Даёшь на все банкноты портреты Обамы, Джордана, Опры и ещё каких-нибудь трансопид*расов!
— Тогда проще сделать два разных вида долларов, Black Dollars и White Dollars, само собой чтобы не было расизма.
— Black Dollars уже существуют — это талоны на еду...

Постоянный клиент заходит в кабак и кричит бармену:
— Эй ты, черножопый! Мне бокал виски и побыстрее!
Бармен, сохраняя спокойствие и вежливую улыбку:
— Это не очень любезно с вашей стороны, господин Леви... Как бы вы отреагировали, если бы я с вами разговаривал в той же манере?
— А мы можем попробовать. Я встану за стойку, а ты подойд`шь как посетитель.
Бармен выходит из-за стойки и кричит:
— Слышь ты, жид пархатый! Живо мне бокал виски!
— Сожалею, но мы черножопых не обслуживаем...

В далёкой Ирландии существует одна интересная поговорка, которая звучит так: «Бойся клыков змеи, рогов быка и улыбки англичанина».

— Почему так мало чернокожих священников?
— Потому что они сразу же исчезают, как только к ним обращаются "Отец".

В бар вваливается Пэдди Мерфи. Он выглядит так, словно его переехал поезд: правая рука на перевязи, нос сломан, нога волочится, всё лицо в синяках и кровоподтёках.
— Что случилось, Пэдди? – спрашивает у него хозяин бара.
— Мы неожиданно встретились с Джимми О’ Коннором, и он меня хорошенько отделал.
— Вот сволочь! Но не мог же он голыми руками так тебя «разукрасить»!
— Нет, конечно. Он бил меня кочергой, лопатой — всем, что попало под руку.
— Но ведь и у тебя под рукой что-то было. Почему ты не защищался?
— У меня под рукой была грудь миссис О’Коннор… штука, конечно, красивая, но в драке совершенно бесполезная…

В Германии на уроке географии учитель спрашивает:
— Дети, как далеко Африка?
Ханс тянет руку и отвечает:
— Я думаю, недалеко.
Учитель:
— Почему?
Ханс:
— У моего папы на фирме работает негр и он приезжает на велосипеде.

Заказанное такси подъезжает к бару.
Официант сажает трёх пьяных клиентов на заднее сиденье и говорит водителю:
— Того, что слева, везите на улицу Пушкина, того, что посередине, – на улицу Лермонтова, а того, что справа, – на Садовую.
— Хорошо, всё понял! – отвечает водитель.
Через пять минут такси снова подъезжает к бару, и водитель подзывает официанта:
— Повторите-ка ещё раз, они у меня на повороте перепутались!

Ирландец на исповеди:
— Отче, простите меня, ибо я согрешил! На прошлой неделе встретил двоих англичан и убил их...
Ответа нет.
Он продолжает:
— ...потом я выследил и застрелил их лейтенанта.
В ответ – тишина.
— Отче, что же Вы молчите?
— Жду, когда ты закончишь хвастаться и начнёшь вспоминать свои грехи.

— Сколько чёрных нужно для того, чтобы устроить бунт?
— Минус один.

ИРЛАНДСКОЕ РАГУ: Возьмите баранину, картошку, лук и три литра «Гиннесса». Выпейте «Гиннесс» и забейте на рагу!...

— Что такое: Чёрное – на четырёх ногах?
Ответ: Одноногий негр за роялем.

Сидят в баре три англичанина, выпивают. Глядь – через стол сидят три ирландца. Англичане подпили, захотелось им подраться. А повода, вроде как и нет.
Первый говорит:
— Ставлю сто фунтов, что сейчас они полезут в драку!
Идёт к ирландцам. Друзья англичане наблюдают.
Подходит и говорит:
— Эй, ирландцы! А вы знаете, кто был ваш Святой Патрик?
— Ну, кто? – ирландцы неспешно выпивают Гиннеса.
— Он был мужеложец!
— Ничего себе! А мы не знали, – меланхолично выпивают ирландцы.
Англичанин возвращается к своим. Мол, непростые какие-то ирландцы.
Ну, встаёт второй.
История повторяется:
— Да ваш Патрик был скотоложец и драл животных!
— Мммм, не знали! – запивают Гиннес Джеймисоном ирландцы.
Вскакивает третий англичанин:
— Ну учитесь! Эй, ирландцы! Щас-то я вам расскажу, кто был ваш Святой Патрик! Он был АНГЛИЧАНИН!
Ирландцы расплываются в понимающей улыбке:
— А, так вот, что имели в виду первые двое!

— Парень, как тебя зовут? – спросил учитель.
— Мухаммед. – ответил мальчик.
— Теперь ты живёшь в Ирландии. С этого момента тебя будут звать Джек.
Мухаммед вернулся домой после школы.
— Как прошёл первый день в школе, Мухаммед? – спросила его мать.
— Меня зовут не Мухаммед, теперь мы живём в Ирландии, и с этого момента зови меня Джек.
— Ты стыдишься своего имени? Ты хочешь предать своих родителей, свою родину, свою религию? КАК ТЫ СМЕЕШЬ?
Мать взяла ремень и выбила из него всё дерьмо, затем позвала отца, чтобы тот повторил процедуру.
На следующий день он вернулся в школу, где учитель увидел на нём свежие следы побоев.
— Что случилось, Джек? – спросил учитель.
— Сразу после того, как я стал Ирландцем, меня избили два долбанных араба.