😄 Анекдот — Близко к морю и недорого
Анекдоты:
951 0

Близко к морю и недорого

— У Вас можно снять что-нибудь совсем близко к морю и недорого?
— Конечно... Я вам в лодке постелю.

 27.11.2017 аренда, евреи, море, недорого, На море, снять, недвижимость, еврей, лодка
Комментарии к анекдоту:
⚡
27.11.2017 23:26 #
Тот самый момент, когда тоже не плохой вариант... =)
Добавить комментарий
Код:


    Одесса. На перекрёстке Ришельевкая — Троицкая перед светофором останавливаются “Жигули” и “Феррари”.
    Водитель жигуля – пожилой еврей, покрутив ручку, опускает стекло и стучит в стекло к водителю “Феррари”. Тот нажимает на кнопку и с удивлённым видом тоже опускает стекло. Водитель жигуля спрашивает:
    — Слухайте, молодой человек, а шо то за машина?
    — Феррари!
    — И шо, совсем плохая?
    — ???
    — Та я смотрю по дорогам — не больно-то её люди покупают.

    — Доктор, ну шо там у меня?
    — Да, Абрам Соломонович, вот тут на снимке мы обнаружили у Вас какое-то образование…
    — Шо значит какое-то?! Не какое-то, а высшее юридическое!

    Еврей приходит домой и говорит жене:
    — Софа, оказывается есть выражение "Кто рано встаёт — тому Бог даёт". Встану завтра пораньше!
    Встал в шесть утра, надел всё лучшее, вышел из дома. И его тут как тут здорово отметили, отняли деньги, драгоценности...
    Он заползает домой, а там Софа:
    — Что случилось, Хаим?
    — Ты знаешь Сара, кто-то встал ещё раньше!

    Турист интересуется у одессита:
    — Скажите, пожалуйста, а сколько жителей в вашем городе?
    — Миллион. — Отвечает одессит.
    — А сколько евреев?
    — Вы что – глухой???

    — Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех – это злорадство. Если у соседа сдохла корова – не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех – это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и даёт мало молока – не унывай, а радуйся, ведь у кого-то даже такой коровы нет...
    Голос из толпы:
    — Ребе, но ведь радоваться, что у кого-то нет коровы – это же злорадство, страшный грех – вы же сами только что сказали.
    Раввин:
    — Третий грех, евреи – это занудство.

    СССР. Одесса.
    Мужчина приходит устраиваться на работу. Побеседовал с начальником — всё вроде нормально.
    Потом начальник спрашивает:
    — А кто вы по национальности?
    — Еврей.
    — О, нет. Мы вас взять на работу не можем.
    Еврей возмущается:
    — На каком основании?! Да это же антисемитизм.
    — Ну чего нам вас брать, ведь вы всё равно скоро уедете из страны.
    — Да никуда я не собираюсь уезжать!
    — Тем более не возьму. Таких дураков у нас самих хватает.

    Софа кричит из ванной, в надежде на то, что муж придёт убирать:
    — Хаим, кот нагадил!
    Хаим, не отрываясь от монитора:
    — С облегчением тебя, кот!

    Порой Абраму так сильно хотелось просто взять — да и бросить всё. Вот только до конца неясным оставался один важный вопрос, где это всё взять???

    Приходит на корабль еврей:
    — Вам, кажется, был нужен боцман?
    — Да, а вы что, боцман?
    — Нет, я Кацман.
    — Так зачем же вы пришли?
    — Сказать, чтобы вы на меня не рассчитывали!

    — Абрам, за что вы были осуждены?
    — Представляете, какая вышла оказия, чисто случайно выяснилось, что оказывается государство выпускает точно такие же банкноты, как и я!

    Объявление в сельском клубе: «Только сегодня вечером!! На сцене — Рамштайн!!».
    Собирается полный зал бритых, мускулистых мужиков в кожанах, все в предвкушении. Открывается занавес, на сцену выходит худенький очкастый дедушка со скрипкой:
    — Таки здравствуйте, очень рад вас видеть, меня зовут Исаак Моисеевич Рамштайн.

    — Хаимчик, а шо-то я давно не видела твоей новой электробритвы, которую я тебе на твой день рождения подарила? Где она?
    — Я отнёс её на работу, Софочка.
    — На работу? Но, зачем?
    — Ну, а как же, по-твоему, ещё сэкономить на счетах за электричество дома?!

    Абрам идёт по городу, вдруг видит – авария: люди лежат в крови, разбитые автомобили… Абрам подходит к одному из пострадавших:
    — Страховой агент уже приходил?
    — Нет ещё …
    — Ну, тогда я тут с вами прилягу.

    Соседка пришла в гости, кушает изюм прямо с тарелки, причмокивая, спрашивает хозяйку:
    — Софочка, где вы берёте такой вкусный изюм?
    Софа, убирая тарелку:
    — Это вы берёте, а мы покупаем.

    Семья Рабиновичей принимает гостей.
    Сара кричит из кухни:
    — Абрам, я могу нести курицу?
    — Подожди, Сара. Гости ещё едят хлеб.
    Через некоторое время Абрам кричит:
    — Сара, неси курицу, гости хлеб уже съели.
    Сара вносит курицу, ставит её на стол, и та начинает клевать крошки.

    Встретились два еврея, один и говорит:
    — Ой, Марк Соломонович, я таки слышал шо вы собираетесь на концерт великого оперного певца? Таки я умоляю вас, не тратьте ваши деньги на него! Поёт плохо, в ноты не попадает, голос гнусавый.
    — Но постойте, Хаим Яковлевич, разве вы интересуетесь оперой и таки были на концерте?
    — Ой, вэй, упаси Господь от этого ужаса. Мне таки сосед рассказал, Абрам Моисеевич, он же и напел.

    Двух евреев, одного со сроком девять лет, а другого — четырнадцать, поместили в одну камеру.
    Тот кому дали четырнадцать, говорит:
    — Абрам, ложись ближе к двери. Тебе всё равно раньше выходить.

    Москва. Олимпиада-80. Награждение победителей по метанию молота.
    С трибуны вскакивает Абрам и бросает молот за пределы стадиона.
    На пресс-конференции:
    — Как вам удалось достичь таких результатов?
    — Дайте мне серп — я его ещё дальше заброшу!

    В купе поезда едут русский, еврей и чукча.
    Утро. Русский проснулся с глубокого бодуна, пошарил в карманах — денег только сто рублей (на опохмел не хватит). Тут он замечает, что чукча прикрывает своей паркой мешок с деньгами. Он говорит чукче:
    — Чукча, а давай в загадки сыграем! Отгадаешь — я тебе сотню, не отгадаешь — ты мне!
    — Давай, однако! — соглашается чукча.
    Русский загадывает:
    — Красный и круглый! Кто это?
    — Олень?
    — Нет!
    — Тюлень?
    — Нет!
    — Тогда сдаюсь!
    — Это помидор!
    — Правда, помидор, однако! — и отдаёт русскому сотню.
    Русский, держа в руке двести рублей:
    — Чукча, а давай ещё раз сыграем! Отгадаешь — я тебе двести рублей, не отгадаешь — ты мне двести!
    — Давай!
    — Два красных и круглых! Кто это?
    — Олень?
    — Нет!
    — Тюлень?
    — Нет!
    — А что тогда?
    — Два помидора!
    — Однако, правда, два помидора! — и отдаёт русскому двести рублей.
    Русский отправляется в вагон-ресторан.
    Спустя пару часов он возвращается и слышит из‑за дверей своего купе голос еврея:
    — Таки пятьдесят шесть круглых красных?

    Сара встречает своего давнего приятеля и некогда бизнес-компаньона — Абрама.
    И глядя ему на запястье с восхищением произносит:
    — Ого. Какие часики! Как сверкают!
    Абрам, гордо демонстрируя часы:
    — Сваровски!
    Сара улыбаясь:
    — Ну, это ясно, что не купил…

    — Хаим, я вот вас хотел спросить не отдадите ли вашу Сонечку за нашего Абрама? Он у нас такой хороший мальчик не пьёт и не курит.
    — Изя, скажите, вот если бы у вас была дочь, которая учится в юридическом институте, умеет играть на рояле, пишет картины, и у которой приданое на 300 000 долларов, вы бы отдали ее за мальчика, таки у которого всего два достоинства, и те отрицательные?!

    Старик Самуил Яковлевич встречает на лестничной клетке свою темпераментную соседку Софочку.
    — Ая-яй, как же вам не стыдно, Софочка, такое вытворять. Мерзавка!
    — Я вас не пойму, Самуил Яковлевич, что я уже не так, по-вашему, сделала?
    — А вы сегодня ночью мне приснились.
    — И что?
    — И что вы только не вытворяли! Постыдились бы, милочка!

    Семья евреев услышала об организации автономии евреев на Дальнем востоке и решилась не переезд. Родственники волнуются, как же вы нам напишете, всё ли в порядке? А вдруг цензура не пропустит?
    Договорились. Если всё в порядке, вышлют фотографию, где все стоят. Если плохо, то фотографию, где все сидят.
    Получают родственники письмо и фотографию. На ней все лежат.

    В одесском трамвае разговор двух пассажиров:
    — Как!? Ваша Дерибасовская только через две остановки!!! Мне сказали, что выходить нужно именно здесь!
    — Простите, а вы в трамвае сидели или стояли?

    Объявление по рупору на пляже в Одессе:
    — Дама в синем купальнике с алыми цветочками, вернитесь в раздевалку, вы забыли его надеть.

    — Фирочка! Вы уже три года, как вдова… Я тоже один… Не такой молодой, но, таки, очень небедный… Вы понимаете, на шо я намекаю?
    — Абрам Израилевич! Та я с удовольствием готова стать и вашей вдовой тоже!

    — Семён Маркович, как вы собираетесь встречать Новый год?
    — Ну, если Бог даст, соберу вокруг себя своих родственников..
    — А если Бог НЕ ДАСТ?
    — Ну, тогда они все САМИ вокруг меня соберутся.

    — Рабинович, вы обвиняетесь в оскорблении личности. Вы назвали своего
    соседа ослом.
    — Простите, ваша честь, а кто из них жалуется?

    Одесса. На кухне в квартире Циперовичей:
    — Мама, я женюсь!
    — На ком, Фимочка?
    — На Лилит!
    — Она же не еврейка! Какой позор! Только через мой труп!
    — Мама, её папа владелец металлургического комбината!
    Отец из комнаты:
    — Абрам, женись! От позора мы уедем в Штаты, а с похоронами я договорюсь!

    Баня. Абрам покупает билет в парную.
    Продавщица ему говорит:
    — Если вы купите у нас сразу десять билетов, то мы сделаем вам очень выгодную скидку!
    Абрам, меланхолично забирая свой купленный билет:
    — Откуда же мне знать, проживу ли я ещё десять лет…

    — Сара, шо бы ты хотела от жизни?
    — Ой, таки, совсем немного – домик на берегу у океана с видом на настоящего мужчину.

    — Абрам, ты чего такой грустный?
    — Да понимаешь, Хаим, моя Сарочка с детьми уезжает к морю на целых две недели!
    — Шо-то я тебя не понимаю…
    — Так, если я не буду грустным, она же передумает.

    Едут в одном купе негр и еврей. Негр разворачивает газету на иврите и начинает её внимательнейшим образом читать.
    Еврей некоторое время в состоянии полной фрустрации всё это созерцает и наконец выдаёт:
    — Я, конечно, дико извиняюсь, но Вам шо мало, шо Вы негр?

    — Таки это вы вчера спасли из проруби нашего мальчика?
    — Ну да, а что?
    — Я его бабушка Лариса, зашла квартирку вашу посмотреть.

    Одесса. Пункт проката автомобилей. Еврей хочет взять на прокат авто и обращается к хозяину (такому же еврею):
    — Скажите, а этот ваш «Пежо» много бензина расходует на один КМ?
    — Одну ложку!
    — Извиняюсь спросить! Чайную или столовую?

    В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
    Первым взял слово проректор-патриот:
    — Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
    Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
    — Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
    Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
    — Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
    Тут вмешался проректор-сионист:
    — Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
    В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
    — Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
    Совет возмутился хором:
    — Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
    Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
    — Тех, кто лучше играет на скрипке.

    — Сара, мы не можем больше с тобой встречаться — у меня появилась постоянная женщина, и это серьезно!
    — Ой! Мама с дачи вернулась?

    — Сонечка, вы прекрасны, как этот букет!
    — А может, я прекрасна, как то бриллиантовое колье?
    — Нет, как этот букет!

    — Угощайтесь! Вот виноград хороший...
    — Нет, спасибо, у вас в винограде косточки куриные.
    — Ну конечно, были бы говяжьи – это был бы холодец!

    — Изя, я слышала, что двое твоих коллег по работе любят ездить отдыхать в экзотические страны!
    — Да, Софочка! Они оттуда привозят разные сувениры.
    — Ага... а потом с этими сувенирами идут к нам в клинику к врачам-сувенирологам.

    Владелец магазина Рабинович посылает телеграмму фабриканту Зильберману:
    «Ваше предложение принимаю. С уважением, Рабинович».
    Телеграфистка советует:
    — «С уважением» можно вычеркнуть.
    — Откуда вы так хорошо знаете Зильбермана? — удивился Рабинович.

    Одесса. Разговаривают две соседки:
    — Слышала? От Хаима жена ушла!
    — Шутишь? И как он это пережил?
    — Сейчас уже успокоился. А по началу могло показаться, что вот-вот с ума от радости сойдёт.

    — Алло! Простите, шо так поздно звоню, Самуил Аркадьевич.
    — А вы не поздно, Софа, вы таки вообще – зря!

    — Представь себе, Абрам: один мой приятель в один прекрасный день познакомился с очаровательной девушкой, в тот же вечер женился на ней, а наутро они развелись. Шо ты скажешь на это?
    — Шо тут скажешь? Утро вечера мудренее.

    Один еврей очень сильно разбогател и приобрёл себе огромный дом. К нему пришёл приятель, и еврей водит его по своему новому особняку:
    — Вот гостиная... Это спальня... Это мой кабинет... А в этой столовой могут одновременно обедать — не приведи Господь! — пятьдесят человек.

    Следуя примеру Сбербанка, израильские банки попытались внедрить метод оплаты «улыбкой» на своих платежных терминалах. Но попытка с треском провалилась. Ни один еврей не смог улыбнуться, расставаясь с деньгами.

    В купе поезда едут старый и молодой евреи. Молодой спрашивает у пожилого:
    — Не скажете, который сейчас час?
    Пожилой еврей молчит, демонстративно отворачивается и засыпает.
    На следующий день поезд прибывает на вокзал, пожилой говорит молодому:
    — Вы вчера спрашивали время, так вот: теперь полдень.
    — А почему вы вчера промолчали?
    — Мы бы тогда разговорились, оказалось бы что вам негде остановиться и я бы, как добрый человек, пригласил Вас к себе. А у меня дочка на выданье. Вы такой молодой и красивый её соблазнили бы, и как приличный человек женились бы на ней...
    — А что в этом плохого?
    — Да я подумал и решил: и нахрена мне зять без часов?

    Встречаются как-то два давних друга еврея после долгих лет разлуки, глядят — у друга Хаима руки нет, ни фига себе – думают.
    — Хаим ты что на фронте был, где руку-то потерял?!
    — Да нееет! В армию тянули… оторвали…

    — Хаечка, вы бы таки хоть плаванием занялись! Совсем форму потеряли...
    — Ой, я вас умоляю! Вон киты всю жизнь плавают, и шо, стройнее меня?!

    Приехал Изя из Житомира в Одессу, в дом отдыха. Познакомился с дамочкой. В первый день погладил ей ручку, во второй — локоточек… Через неделю осмелел и, подарив букетик, чмокнул в щёчку.
    — Ну ты даёшь, старик, — возмутилась дамочка. — Ухаживать такими темпами? Мы что же сюда на полгода приехали?

    — Изя, шо это ты такой уморенный?
    — Ой, сегодня полдня бегал как ошпаренный. А потом ещё секс!
    — Шо, таки догнали?

Загрузка материалов...