Тюрьма народов

Здесь вам не тут.

Чем дольше человек верит в ложь, тем сложнее ему поверить в правду.

Мы будем уничтожать наше ядерное оружие вместе с Америкой.

Воспитывать — значит вырабатывать невосприимчивость к телевидению.

Есть ещё время сохранить лицо. Потом придётся сохранять другие части тела.

Всё это так прямолинейно и перпендикулярно, что мне неприятно.

Правительство — это не тот орган, где, как говорят, можно только языком.

Прочитал в интернете злободневный анекдот — и в браузере стала всплывать реклама адвокатских контор и ссылки на Уголовный кодекс.

Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.

Ну кто меня может заменить? Убью сразу... Извините.

Лучше водки хуже нет.

Правительство — это великая фикция, благодаря которой каждый пытается жить за чужой счёт.

Этот призрак... бродит где-то там в Европе, а у нас почему-то останавливается. Хватит нам бродячих.

Как завелось у вас однажды,
Так, видно, будет и вперёд:
Хоть грабит патриот не каждый,
Но что ни вор, то — патриот.

Мы выполнили все пункты: от А до Б.

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Депутаты все высказались, чтобы я шёл. Избирался, точнее.

Есть два способа разложить нацию: наказывать невиновных и не наказывать виновных.

Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.

— А Вы знаете, что Хрущёв запустил не только спутник, но и сельское хозяйство? – говорит один мужчина своему случайному попутчику.
— А Вы знаете, что сажают не только кукурузу? — отвечает тот и предъявляет гебешное удостоверение.

Из новостей: «В Северной Корее произошёл масштабный сбой в работе интернета».
Так мир узнал, что в Северной Корее есть интернет!

Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.

Все говорят, что недовольны итогами приватизации, и я недоволен, и не говорю.

Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны.

Лучше быть головой мухи, чем жопой слона.

С каждым днём всё больше и больше наблюдаю за тем, как рост всенародного одобрения уже в телевизор не помещается.

— Какое здание самое высокое в мире?
— Лубянка. Оттуда Сибирь видна!

Вы думаете, что мне далеко просто. Мне далеко не просто!

Это не тот орган, который готов к любви.

Бездарных несколько семей
Путём богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!»

Как кто-то сказал, аппетит приходит во время беды.

Курс у нас один — правильный.

Вечно у нас в России стоит не то, что нужно.

Россия со временем должна стать еврочленом.

Всю дорогу в нашей стране пытаются бороться с поносом путём ограничения доступа к туалету.

Все те вопросы, которые были поставлены, мы их все соберём в одно место.

В войне со здравым смыслом у этого мира нет шансов.

К сожалению, мёртвыми душами выглядит некоторые наши коллективные члены.

Правильно или неправильно — это вопрос философский.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.

Существенным препятствием для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

— Что общего между Сталиным и Гуглом?
— Ты ему слово, а он тебе ссылку.

Вы там говорили, а нам здесь икалось, но я и к этому отношусь нормально.

Мы всегда можем уметь.

Когда на кону власть и спесь, никто не станет прислушиваться к хорошим советам.

Помощник Сталина подходит к вождю народов и деликатно сообщает ему о том, что за дверью стоит человек, который умеет предсказывать будущее и просит о встрече.
«Отправить его в ГУЛАГ», – говорит Сталин.
«Если бы он действительно мог видеть будущее, он бы сюда не пришёл».

Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Лучший агитатор это успех. На экономическом, политическом, военном, спортивном и т.д. И первым безусловно идёт экономический фронт. Все остальные — производные. Бытие определяет сознание.

Нам никто не мешает перевыполнить наши законы.

Вас хоть на попа поставь или в другую позицию — всё равно толку нет.

Действуйте, ошибайтесь, а мы поправим, как сказал президент.

Мы сегодня на таком этапе экономических реформ, что их не очень видно.

Я не знаю, кому и чего Юля (Тимошенко) качать будет.

Обвиняют в чём? В коррупции? Кого? Меня? Кто? США? Чего они там вдруг проснулись?

В рамки демократии всегда можно вставить решётки!

Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся.

Надо же думать, что понимать.

— Что будет когда основной вопрос борьбы двух систем «Кто кого?» решится в нашу пользу?
— Тогда на повестку дня будет поставлен вопрос «Кого куда?».

Эти выборы обернулись для нас тяжёлым испытанием. Это никогда больше не должно повториться.

Мы с вами ещё так будем жить, что наши дети и внуки нам завидовать станут!

Я бы не стал увязывать эти вопросы так перпендикулярно.

У меня к русскому языку вопросов нет.

Садясь за написание текста, не забывай, что ты можешь сесть за написание текста!

Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче.

Пока человек чувствует боль — он жив.
Пока человек чувствует чужую боль — он человек.
Франсуа Гизо.

— Ссылка в Сибирь и жизнь в Сибири всё же немножко разные вещи.
— Просто когда ссылали в Сибирь, не было никакого мегаполиса Новосибирска, железной дороги, отопления и электричества. Пригнали в лес, там среди сосен три деревянных дома и говорят "вот тут будешь жить". Еда? Вон шишки растут. Вода? Снега натопи. Медицина? Жопой в муравейник сядь и радуйся. Захочешь еб#ться — там за опушкой медведица за ведёрко ягоды всем даёт.

Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал?

Не хочу быть бригадиром отставных президентов.

Бороться с коррупцией в России так же просто, как играть в бильярд на корабле в шторм.

Вот мы там все это буровим, я извиняюсь за это слово, Марксом придуманное, этим фантазёром.

Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше.

Идеологически подкованных запрягать легче.

Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство.

Я готов и буду объединяться. И со всеми. Нельзя, извините за выражение, всё время врастопырку.

Нам нельзя вступать. Мы как начнём вступать, так обязательно на что-нибудь наступим.