Железное алиби

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — вы, случайно, не еврей?
— Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему-то еврей, — обиделся Штирлиц и подумал: «Не сболтнул ли я чего лишнего?».

Штирлиц кормил немецких детей украдкой. От украдки дети пухли и дохли.

«Совершенно секретно! Лично в руки! Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру! Рейхсфюрер!..» Штирлиц отложил ручку и задумался: «А может всё-таки написать по-немецки?»

В дверь сильно постучали.
— Кто там? – спросил Штирлиц.
— Здесь мы задаем вопросы! – раздалось из-за двери.
«Коучи» – подумал Штирлиц.

— «Ой, какая славная белочка!» – умилился Штирлиц, протянув руки к симпатичному зверьку.
— «Не местный», – понял скунс и захихикал...

«Думаете, легко работать на две Ставки?» – вздыхал Штирлиц.

— Дедушка, а правда, что большевики верующих убивали?
— Правда.
— А как они их отличали?
— У верующих на пряжке было написано «Gott mit uns» (С нами Бог).

— Штирлиц, Вы купили для рейх канцелярии рейх канцелярские принадлежности?
— Да, штандартен фюрер, я купил штандартен циркуль!

Штирлиц шёл по узкой улице и увидел лужу..
— Да и по..уй!, – подумал Штирлиц...
А оказалось — по-уши.

Штирлиц забежал в берлинское кафе, размахивая саблей.
— Порублю, ссуки!
Ссуки скинулись по рублю.

Штирлиц вёл двойную жизнь и очень надеялся, что хоть одна из них сложится удачно.

Штирлиц бежал по лесу скачками… Выбежав на поляну Штирлиц прибавил ходу… качки отстали...

Каждый раз, когда Дональда Трампа сравнивают с Адольфом Гитлером, я отвечаю, что Трамп совершенно не похож на Гитлера. Ведь сами посудите, он, ну никак не мог написать книгу.

Штирлиц вышел из себя, посмотрел вокруг — и полез обратно.

Штирлиц шагал по улицам Берлина. На углу он увидел вульгарно накрашенных женщин. «Шлюхи», — подумал Штирлиц. «Штирлиц», — подумали шлюхи.

Штирлиц уже всем набил оскомину. Эта татуировка пользовалась популярностью в гестапо, а брал за работу Штирлиц недорого.

Во времена Второй мировой войны, поляки очень не плохо прятали польских евреев от немецких карателей, они делали это на столько мастерски, что спрятанных евреев, даже после окончания войны, так найти и не удалось...

Двое сидели в баре. Вдруг в бар вошёл Штирлиц.
Один говорит другому:
– Смотри, это Штирлиц, и сейчас начнётся драка!
– Нет, это не Штирлиц!
– Ты что сдурел, это Штирлиц.
И тут началась драка.

Штирлиц встретил на улице двойника Мюллера.
«Двойник» – подумал Штирлиц.
«Сволочь!» – подумал Мюллер, заметив Штирлица в отражении витрины.

Штирлиц выстрелил в упор. Упор упал навзничь. Взничь вскочил и бросился наутёк. Утёк защищался как мог, а Мог был крепким парнем.

Штирлиц приготовился к бою, а пришла гёрл...

Штирлиц вкалывал в своём кабинете с утра до ночи. Однажды его застукал за этим делом Мюллер:
— Я смотрю, у вас дури на всех хватит!
С тех пор стал вкалывать весь отдел.

Штирлиц стрелял вслепую. Слепая ловко уворачивалась.

Штирлиц шёл по туману к станции, пытаясь разобрать дорогу. На следующее утро Мюллеру сообщили, что было разобрано 6 километров шоссе.

Штирлиц спросил Кэт:
— Вы любите фильмы про любовь?
— Бесспорно! – ответила Кэт.
— А я с пopно, – признался Штирлиц.

«А не послать ли Мюллера на х%й?» – подумал Штирлиц. «Хотя нет, Мюллер на это не пойдёт...».

Адольф Гитлер был сильно обеспокоен тем, что господа, обличенные властью, слишком часто становились главными героями политических анекдотов, в связи с чем, он организовал специальные "Суды Третьего рейха по делам о юморе", которые привлекали к ответственности всех, кто юморил неподобающим образом, в частности тех, кто называл своего пса Адольфом.

Пьяный Штирлиц ворвался в бар с топором:
— Порублю твари!!! – закричал Штирлиц.
Твари скинулись по рублю и Штирлиц ушёл.

Штирлиц и Мюллер шли по Александрплац и вдруг увидели пpocтитуток.
— Снимем? – предложил Штирлиц.
— Да нет, пусть висят. – ответил Мюллер.

Заходит Мюллер к Штирлицу и спрашивает:
— Штирлиц, дружище, вы танцевать умеете?
— Умею, а что?
— Танцуйте – тут вам шифровка из Москвы пришла!

Штирлиц сел в машину.
— Трогай, голубчик. – произнёс Штирлиц.
Голубчик потрогал и захихикал.

Штирлиц сидел в задумчивости. В задумчивости сильно пахло хлоркой.

Группа немецких туристов в джунглях. Из чащи выскакивает тигр.
— Без паники, тигр сыт! – кричит проводник.
— Откуда вы знаете? – спрашивает один из туристов.
— Вы же видите: Мюллера нет!

Штирлиц шёл по улицам Берлина и ничто не выдавало в нем русского разведчика: ни рация за спиной, ни волочащийся сзади парашют, ни болтающийся у бедра ППШ.

Штирлиц взял записку Бормана, Борман визжал и сопротивлялся.

Мюллер шёл по вечерней улице. Вдруг ему на голову падает кирпич. «Вот те раз!» – подумал Мюллер. «Вот те два!» – подумал Штирлиц, бросая второй кирпич.

Штирлиц безуспешно пытался установить личность.
Личность всё время падала.

Мюллер и Штирлиц на стрельбище.
Мюллер спрашивает у Штирлица:
— Где вы научились так метко стрелять?
— В пионерском лагере, – ответил Штирлиц и подумал, не сболтнул ли чего лишнего.

Пьяный Штирлиц разложил карту СССР на столе и его безудержно рвало на родину.

Штирлиц расшифровал радиограмму из Центра: "Юстас, вы — педераст!". Скупая слеза разведчика упала на бумагу. Так полковник Исаев узнал о присвоении ему звания Героя Советского Союза.

— Какая любимая видеоигра Гитлера?
— Майн Крафт.

Что-то выделяло Штирлица среди остальных жителей Берлина. То ли это был мужественный профиль, то ли волевая осанка, то ли волочившийся за ним купол парашюта.

— Поехали по бабам, – предложил Мюллер Штирлицу.
— Не могу, я только что новые шины поставил — запачкаются.

«Представляете, Штирлиц», – в ужасе произнёс Мюллер: «Мне такой кошмар сейчас приснился: будто сейчас 2015 год, канцлер в Германии — баба в красном пиджаке, вместо факельных шествий — гей-парады, мы платим деньги евреям и выполняем команды негра из Америки!».

Штирлиц бежал вприпрыжку. В «Припрыжке» сегодня давали свежее пиво.

Гиммлер вызывает своего сотрудника.
— Назовите двузначное число.
— 45.
— А почему не 54?
— потому что 45!
Гиммлер пишет характеристику «характер нордический» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 28.
— А почему не 82?
— Можно, конечно, и 82, но лучше 28.
Гиммлер пишет характеристику «характер близок к нордическому» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 33.
— А почему не… А, это Вы, Штирлиц.

Штирлиц шёл по летнему лесу. Солнышко, зелёная травка, голубые ели. Приглядевшись он обратил своё внимание на то, что голубые не только ели, но и пили.

Штирлиц собрал все свои вещи и сел в судно. Но вдруг неожиданно судно перевернулось, и Штирлиц полетел на пол, хватаясь руками за стоящую рядом кровать. Больные в палате заржали в голос.

Шёл как-то Штирлиц по улице, вдруг сзади услышал: «ДЗы–ы–ы–ынь»!
— Не трамвай, объедет! – подумал Штирлиц.
Но это был трамвай.

Штирлиц собирался впопыхах. Через 15 минут в деревню «Попыхи» ворвались немцы.

В половину пятого утра дверь кабинета Бормана распахнулась и появившийся на пороге мужик в фуфайке, шапке ушанке, рюкзаком за спиной и ППШ в руках, произнёс, глядя Борману прямо в глаза:
— Верблюды идут на север!
— Верблюды идут в жопу! – вспылил Борман. — Кабинет Штирлица этажом выше. Но его сейчас нет. Он с партизанами мост взрывает! А своим скажите, чтоб пароль сменили! Задрали уже своими верблюдами!

Штирлиц вздохнул с облегчением и попробовал слив. Слив не работал.

Когда на Берлин опускалась глубокая ночь, Штирлиц садился в свой Гелендваген и гонял по пустынным улицам. Эту привычку он приобрел в Москве, в разведшколе, и уже много лет не мог от нее избавиться.

В салоне сотовой связи к Штирлицу подошел симпатичный молодой человек и произнес условленную фразу: «Я могу вам чем-нибудь помочь?». Это «Связной», сразу догадался Штирлиц.

Штирлиц шёл по коридору. Навстречу ему нёсся Мюллер с выпученными глазами. Но пробежал мимо. «Пронесло», – подумал Штирлиц. «Тебя бы так пронесло», – подумал Мюллер.

Мюллер шёл по улицам Берлина, когда рядом упал кирпич.
— Вот тебе раз, – подумал Мюллер.
— Вот тебе два, – сказал Штирлиц, прицеливаясь вторым кирпичом.

Люди Бормана перекрыли все выходы из дома Штирлица, но пронырливый разведчик вышел через вход.

Штирлиц вошёл в комнату в мокром плаще.
Мюллер:
— Дождь?
Штирлиц:
— Ветер.

– Штирлиц, – сказал Мюллер, – у меня к вам партийное задание...
– Я беспартийный, – прервал его Штирлиц.
– Странно: в вашем досье сказано, что вы член Национал–социалистической партии.
– А, вы про эту, – догадался Штирлиц.

Штирлиц подошёл к Холтоффу сзади и подумал: «Сейчас мы его немножко попугаем».
И огрел Холтоффа по голове гипсовым попугаем.

Бежит немецкий офицер по концлагерю. Подбегает к одной из газовых камер, она уже закрывается, он ногой дверь придерживает и спрашивает тех, кто внутри:
— Молдаване?
— Да.
— Плитку класть умеете?
— Умеем.
— Почём?
— 4 рейхсмарки за квадрат.
— По 2 сделаете?
— Ногу убери.

На выезде из Берлина Штирлица ждала засада... Он уложил всех очередью из автомата, вылез из машины, пнул сапогом труп молоденького обер-лейтенанта и сказал: «Вот и у меня такой же балбес растёт...».

Штирлиц в лесу наткнулся на сук.
«Порублю, суки!» – закричал Штирлиц.
Каждая сука дала Штирлицу по рублю. На седьмой суке деньги Штирлица закончились.

Штирлиц пошёл по грибы. Справа поискал – нет их. Слева поискал – нет их. Прямо поискал – нет их! «Не сезон», – подумал разведчик и сел в сугроб.

Мюллер зашёл в свой кабинет и увидел Штирлица роющегося в его сейфе.
— Что вы здесь делаете?! – спросил Мюллер.
— Жду трамвая. – ответил Штирлиц.
Мюллер в недоумении закрыл дверь и задумался: "Какой может быть трамвай в моём кабинете?". Он снова заглянул в свой кабинет, но Штирлица там уже не было.
— Уехал. – подумал Мюллер.

Мюллер Борману:
— Мне кажется, что Штирлиц русский шпион. Проверить бы...
Борман:
— Надо натянуть поперёк коридора верёвку и выключить свет, Штирлиц споткнётся, и, если начнёт ругаться на русском значит шпион.
Так и сделали.
Штирлиц запнулся и... «%б твою мать!!!»
Борман:
— Ну них%я себе!
Мюллер:
— Тише, тише товарищи, немцы кругом!

Стоят рядом друг другом Билл Гейтс и Штирлиц и наблюдают, как фашисты сжигают книги.
— Цезура... – грустно подумал Штирлиц.
— Борьба с пиратством! – Радостно подумал Билл Гейтс.

Штирлиц перешёл границу незаметно. Об этом он узнал из утренних газет.

Штирлица тошнило спозаранку. От рожи румынской разведчицы Позаранку в гестапо тошнило всех в занавеску. Румынский разведчик Занавеску ненавидел свою фамилию!

Подвыпившие Штирлиц и Мюллер вышли из бара.
— Давайте снимем девочек, – предложил Штирлиц.
— У вас очень доброе сердце, – ответил Мюллер. — Но всё-таки пусть повисят до утра.

Штирлиц вошёл во вкус и больше уже не возвращался.