Недоверие
Соня не особо доверяла евреям, но что поделать, ведь родителей не выбирают.
Соня не особо доверяла евреям, но что поделать, ведь родителей не выбирают.
Маленький Изя приходит со школы и спрашивает у деда:
— Что такое этика?
— Как же тебе объяснить, Изя? Вот мы с Рабиновичем являемся совладельцами магазина. Рабинович уехал за новыми товарами, а я остался в магазине. Заходит тётя Софа и покупает у меня рыбу, чтобы нафаршировать. Я даю ей рыбу, она рассчитывается. Говорит: «спасибо», а я ей: «пожалуйста, приходите ещё». Провожаю её до двери, возвращаюсь за прилавок, а там лежит кошелёк… Софа забыла! Я заглядываю туда, а там деньги. И вот тут возникает вопрос этики… Должен ли я поделиться с Рабиновичем, как с компаньоном!
Я сказал своему 8-летнему сыну, что заплачу ему 10$/час, если он займётся прополкой огорода.
Он ответил: "Если я найду кого-то кто сделает это за 5$/час, то могу ли я оставить себе оставшиеся 5$?".
Даже не знаю гордиться мне или нервничать.
Люди, следящие за фигурой, вы, что, ей не доверяете?
Не стоит доверять тем, кому доверять не стоит...
— Мама, ну хватит-таки уже по ночам укрывать меня одеялом!
— Сыночка, ты же можешь простудиться…
— Но вы же раскрываете мою жену!
Я могу положиться на людей, потому что я уверен – эти самые люди такие же, как и я...
Маленький Абрам приходит домой и говорит:
— Сегодня в школе, когда меня спросили о национальности, я сказал, что я русский!
Папа отвечает:
— Ну что ж, теперь ты не будешь сидеть на своём мягком стульчике, а будешь сидеть на табуретке!
Мама:
— Теперь ты не будешь кушать супчик с курочкой, а будешь кушать щи!
Бабушка:
— Теперь ты не получишь к обеду баранью котлетку, а будешь есть перловку!
Сели кушать, Абрам, сидя на табуретке, похлебав щи и принявшись за перловку, говорит:
— Всего полчаса русский, а как я вас, жидов, ненавижу!
Обвинениям в адрес самого себя всегда верят, самовосхвалению — никогда.
Полного доверия быть не может, так как недоверие — часть инстинкта самосохранения!
Люди ничему не верят так твёрдо, как тому, о чём они меньше всего знают.
Одесса. На кухне в квартире Циперовичей:
— Мама, я женюсь!
— На ком, Фимочка?
— На Лилит!
— Она же не еврейка! Какой позор! Только через мой труп!
— Мама, её папа владелец металлургического комбината!
Отец из комнаты:
— Абрам, женись! От позора мы уедем в Штаты, а с похоронами я договорюсь!
— Изя, сынок, не корчи рожи, а то все подумают, что ты похож на папу!
Одесса. Дерибассовская. По ней мечется взмыленный интеллигент.
Подскакивает к одесситу:
— Вы не знаете, где находится почта?
— Знаю. А зачем она вам?
— Хочу послать деньги родителям в Москву.
— Пошлите со мной.
— Нет! Я вас не знаю!
— Не бойтесь, пошлите со мной!
— Нет! Ни в коем случае! Вы меня обманете!
— Ну ладно, придурок, если ты из Москвы, скажу тебе по-русски: Идёмте со мной! Я покажу, где почта!
Позвонила по телефону доверия и попросила одолжить мне сто тыщ.
И знаете что? Они мне не доверяют!
Доверие — словно нервные клетки: практически не восстанавливается.
— Сарочка! Иде ж ми его таки упустили? – такой вопрос задал Рувим Исаакович своей жене Саре Моисеевне, узнав, что их сын Моня поступил в музыкальную школу и выбрал класс... балалайки.
Я женщинам не доверяю, они хитрые и коварные. Они на ногти клеят ногти, а на бровях рисуют брови.
Любовь является хрупкой вещью: однажды упала, не раскололась, но доверия больше нет...
Может быть, он говорит неправду, но я всё равно ему верю, потому что если он возле меня, то мой рай не имеет границ!
— Послушайте, Шниперсон, когда я смотрю на Вас, у меня складывается такое ощущение, шо Ваша мама не хотела, а папа не старался!
Доверие — словно миска из глины. Есть возможность склеить её, но ей уже никогда не быть настолько же крепкой.
— Как ты думаешь, людям можно верить?
— Можно. Пусть верят.
— Абрам, наш сын Семён будет скрипачом.
— Но у него же совсем нет слуха!
— Слух-то тут причём, вообще? Он будет играть. Слушать будут другие.
Скажи человеку, что во Вселенной миллиарды звёзд, и он тебе поверит. Скажи ему, что скамейка покрашена, и он потрогает её, чтобы убедиться.
— Как по-вашему, Рабиновичу можно доверить военную тайну?
— Вполне. Четыре года назад ему повысили зарплату, а его жена и до сих пор не знает об этом.
— Абрам, вы верите в справедливость?
— Верю, но таки не доверяю.
Забавно, что существуют люди, которым не нужны никакие доказательства, чтобы поверить в ложь, но они требуют бесконечных доказательств, чтобы принять правду.
Мама на кухне готовит обед.
Вдруг вбегает сын Изя и начинает ныть:
— Мама, купи собаку...
— Изя, не мешай, я всё равно не куплю, – отвечает мама.
— Мама, ну купи собаку, пожалуйста, – не унимается и хнычет Изя.
— Я же сказала нет, не куплю! И вообще иди во двор и там продавай.
Обычная одесская семья. Родители — оба врачи: папа — ЛОР, мама — гинеколог. У них шестилетний сын — Абрам. И вот, как-то к ним домой приходят гости, чего-то там праздновать, и пристают к Абраму с глупыми вопросами: мол, кем ты хочешь быть, когда вырастешь?
— Я непременно хочу быть врачом, – отвечает Абрам и, немного подумав, добавляет, — только обязательно таким, как мама.
Гости не отстают от вундеркинда и с ехидными взрослыми улыбочками интересуются:
— Но почему, Абрам? Почему именно как мама? Ведь твой папа тоже очень хороший врач!
— А я в этих ушах и носах ничего не понимаю...
— Где же это мы его так проморгали? – Мучительно думали родители маленького Абрама, слушая, как сын виртуозно играет на балалайке.
Ложь — это трещина в которую утекает доверие.
Сидит парень на лавке — грустный прегрустный, чуть не плачет.
Подходит к нему молодая девушка и интересуется:
— Что с вами? Вам плохо?
Парень не поднимая головы:
— Да, решили мы с моей девушкой, одновременно сделать пластическую операцию по смене пола. И…
— И что?
— Позже оказалось, что она пошутила… Вот и доверяй после этого НАМ, бабам!
— Мама, кажется я порэзал яйца!
— Изя, таки не пугай маму! Ты на кухне или в ванной комнате?
— Дядя Сёма, — говорит маленький Абрам, — большое спасибо за ту трубу, что вы подарили мне на день рождения. Это такой дорогой подарок!
— Да, ерунда! Что там дорогого? 60 рублей.
— Но зато мама и папа каждый вечер дают мне сотню, чтобы я не дудел.
Сегодня, если врач говорит, что вам нужно удалять почку, вы не знаете: действительно ли у вас всё так плохо, или врачу нужно расплатиться за ипотеку.
В одном вопросе мужчины и женщины, безусловно, согласны друг с другом: и те, и другие не доверяют женщинам.
Могу с полной уверенностью заявить вам о том, что в этом мире, нельзя доверять совершенно никому и ничему, ведь как известно каждому физику, нельзя доверять атомам, а ведь именно из них, всё вокруг и состоит.
Вопрос:
— Что такое еврейский свитер?
Ответ:
— Это то, что надевает еврейский ребёнок, когда его маме холодно.
— Абрамчик, сыночек, сходи в магазин за хлебом.
— А деньги?
— Не надо. Только хлеба.
Старый Абрам учит своего совсем ещё юного внука Хаима:
— Запомни, Хаимчик. Знакомый — это человек, которого мы знаем достаточно хорошо, чтобы занимать у него деньги, но недостаточно хорошо, чтобы давать ему взаймы.
Нельзя доверять женщине, которая не скрывает свой возраст. Такая женщина не постесняется сказать всё что угодно.
Однажды вы почувствуете доверие к коллективу и решите рассказать чуть больше личного. Так вот, важно игнорировать это чувство.
— Доча, люди говорят, что ты уже спишь со своим женихом.
— Ты их больше слушай, у них, если с кем-нибудь переспишь — так сразу жених!
Доверие — оно как стекло, легко разбить, потом тяжело склеить и всё равно по кусочкам, но всё равно будут видны места где склеено.
— Абрам, я знаю, шо Хаим твой друг, как ты думаешь, таки ему можно доверять???
— Доверяй.., но если таки шо, сильно не удивляйся...
В этой жизни, существует как минимум две причины, по которым мы не доверяем людям:
1. Мы совсем не знаем этих людей.
2. Мы прекрасно знаем этих людей.
Как правило, особенно не вызывают доверия именно те, кто пытаются в него втереться.
В еврейской семье. Мама кладёт кусок торта на тарелку маленькому Абраму.
— Мама, я хочу два куска. — Возмущается Абрам.
— Абрам, не делай маме нервы. Возьми нож и разрежь на пополам.
— А кто вы по национальности?
— Еврей.
— По маме или по папе?
— По-моему!..
Я пришёл на кухню, чтобы сварить себе кофе, но вместо этого выпил вина. О каком доверии может идти речь, если я даже себе доверять не могу?
Доверие — словно бумага: стоит только один раз помять, и безупречно ровным ему уже не быть никогда!
В одном вопросе мужчины и женщины полностью согласны между собой: и те, и другие не доверяют женщинам.
— Боже мой, кого я вижу! Абрам Самуилович
— Меня зовут Самуил Аркадьевич.
— Вы мне будете рассказывать, как вас зовут?! Я вашего папу с детства знал! Он был таким красивым, кудрявым!
— Ничего подобного. Мой папа был маленький и лысый.
— Ай, идите к чёрту, вы не все знаете за своего папу!
У моего мужа совсем нет инстинкта самосохранения.
Сначала он ссорится со мной, а потом пьёт любую таблетку, которую я ему дам. 🤯
Одесса. Парень познакомился с молодой девушкой из Москвы, которая приехала в Одессу навестить свою бабушку. Спустя несколько дней ухаживаний, между молодыми завязались романтические отношения и парень решил пригласить девушку к себе в гости, чтобы познакомить её со своими родителями и родственниками. Подходя к входной двери, парень несколько раз ударяет ногой по двери.
Девушка, глядя с недоумеванием на парня, интересуется у него:
— Семён, ты зачем ногой по двери бьёшь? Вот же дверной звонок, который расположен прямо рядом с дверью! Почему бы не взять и просто не позвонить в него?
— Пусть они думают, что у нас с тобой руки заняты подарками для них, иначе дверь нам с тобой ни кто не откроет.
«Почему ты мне не доверяешь?» – послала она сообщение обоим мужчинам одновременно...
Письмо из Тель-Авива в Одессу:
«Сынок, высылаем тебе 20 долларов, как ты и просил... Но хотим напомнить, что 20 долларов пишется не с тремя нулями, a с одним!».
💬 Добавить комментарий ▼