Абрам – Русский

Привоз. Молодой отец толкает перед собой широкую детскую коляску.
— Изенька, таки мои поздравления с прибавлением в семействе!
— Спасибо, тётя Сара!
— Что, близнецы? Какие загорелые! Оба мальчики? И таки все в папу!
— Нет, мальчик только слева. Справа дыня.

— Послушайте, Шниперсон, когда я смотрю на Вас, у меня складывается такое ощущение, шо Ваша мама не хотела, а папа не старался!

— Скажите, ребе, это большой грех, что у моей Софочки ребёнок родился до свадьбы?
— Какой там грех! Откуда ребёнок мог знать, когда свадьба?

Киссинджер спрашивает Зорина:
— Вы еврей?
— Нет, я русский. – Отвечает Зорин.
— А я американский, – парирует Киссинджер.

Из еврейской жизни в Англии:
— Как живёшь?
— Плохо. Моя жена спит с лордом Стэнли.
— Это таки плохо.
— Правда, я сплю с его женой.
— Это хорошо!
— Хорошо? У меня от него уже двое детей!
— Это таки плохо.
— Но у него от меня тоже двое детей.
— Ой, так вы же в расчёте!
— Хорошенькое «в расчёте»! Я ему делаю лордов, а он мне делает евреев!

— Папа, а правда, что Дзержинский любил детей?
— Правда, он только ненавидел их родителей.

— Что принято бросать тонущему еврею с корабля?
— Его жену и детей!..

Моя мама очень боялась, чтобы я не завалил учёбу и поступила вместе со мной. Хотела меня контролировать и получить второе образование. Так мы вместе учились, нас вместе выгнали и мы вместе скрываем это от папы.

— Шмулик, угости Софочку конфеткой.
— Она не хочет.
— А ты спрашивал?
— Та шо я так не вижу?

— Абрам, сходи за солью к Розе.
Через полчаса:
— Дала?
— Дала!
— А где соль?

Подслушано на детской площадке. Диалог двух детей:
— У меня три сестры и один брат.
— То есть вас пятеро детей?
— Нет. Шестеро.
— ???
— Ну просто шестой ещё маленький, мы его пока не считаем.

— Если у тебя будет пять яблок, и я заберу два, то сколько останется?
— Пять.
— Хм.. Но почему?
— Я не отдам.

Одесский дворик:
— Абраша – домой!
— Мама, я замёрз?
— Нет – ты хочешь кушать!

— Мама, а Дед Мороз кладёт подарки под каждую елку?
— Да, Изя, под каждую!
— Мама, а почему мы ставим только одну елку?

Семья приходит в ресторан. Поели, отец расплачивается, а мать говорит официанту:
— Вы не против, если возьмем остатки домой, для собаки?
— Да, конечно, пожалуйста!
Дети, хором:
— Ура! Нам купят собаку!

Если судить по текущей новостной ленте, то во всём "цивилизованном мире", белые поголовно извиняются перед чёрными, ждём с нетерпением, когда уже худые начнут извиняться перед толстыми...

Беседуют две одесситки:
— Ходить он начал рано. В четыре он читал. В пять декламировал Пушкина, Пастернака и Бродского. А в шесть уже вовсю играл на скрипочке.
— Надо же, какой у вас способный ребёнок!
— При чём тут ребёнок? Это я про соседа Абрама Самуиловича рассказываю, как он нам в выходные по утрам спать не давал!

— Здравствуй, мальчик, а твой папа дома?
— Таки, мне нужно знать, кто вы?
— В каком смысле?
— Если вы из налоговой – папа пошёл собирать бутылки, чтоб нас прокормить; если вы Семён Маркович, которому он должен деньги – его два дня, как похоронили; если вы Хаим Семёнович, который должен ему – то он, таки, дома.

— Вы кто по национальности?
— А как вы догадались?

— Абрам, нашему Яше нужны в садик пыжиковая шапка и золотые коронки?
— Но зачем?
— Всем детям сказали на праздник прийти в национальных костюмах.

Дети — цветы жизни. Продам семена под рассаду.
Абрам.

— Абрам, наш сын Семён будет скрипачом.
— Но у него же совсем нет слуха!
— Слух-то тут причём, вообще? Он будет играть. Слушать будут другие.

Ходит, значит, Рабинович в районе Красной площади и разбрасывает там пустые квадратные чистые листы бумаги.
Задержали его сотрудники, ну и спрашивают:
— Что ты там делал?
— Листовки разбрасывал.
— А почему они пустые, почему на них ничего не написано?
— А зачем писать? И так всё ясно!

— А кто вы по национальности?
— Еврей.
— По маме или по папе?
— По-моему!..

Птицы:
— В этом году нам придётся отложить меньше яичек, чем в прошлом, по причине того, что этот год выдался холодным, и удалось отложить слишком мало запасов, нам попросту не удастся прокормить наших вылупившихся деток.
Люди:
— У нас серьёзные проблемы с финансами, а если говорить проще, то денег у нас просто нет, нам негде жить, и мы друг друга не любим, давай заведём третьего...

— Абрам, не надо так истерить! Мама прожила свою жизнь – проживёт и твою! Причём хорошо это сделает!

— Изя, у тебя всё равно рот открыт, позови Абрама со двора!

Родители решили назвать сына Изяславом, и теперь он этим очень активно и выгодно пользуется. Где-то он представляется Славой, а где-то Изей…

В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Одесса. На кухне в квартире Циперовичей:
— Мама, я женюсь!
— На ком, Фимочка?
— На Лилит!
— Она же не еврейка! Какой позор! Только через мой труп!
— Мама, её папа владелец металлургического комбината!
Отец из комнаты:
— Абрам, женись! От позора мы уедем в Штаты, а с похоронами я договорюсь!

В небольшом провинциальном местечке умирает старый богатый еврей и всё своё огромное состояние он завещает двоим сыновьям, но толковому и работящему Абраму оставляет одну лишь корчму, а беспутному и вечно пьяному Хаиму – всё остальное. Ребе, пришедший навестить умирающего, пытается наставить его на путь рассудительности:
— Это, конечно, не моё дело. Это твои деньги и твои сыновья. Но Хаим ведь пропьёт всё твоё состояние за полгода!
— Правильно! Но где он его пропьёт, если в округе всего одна корчма?!

— Абрамчик, сыночек, сходи в магазин за хлебом.
— А деньги?
— Не надо. Только хлеба.

В одесской школе учитель обращается к детям:
— Дети, берите пример с Васечкина. Он вроде и русский, а таки учится неплохо.

Вопрос:
– Что такое еврейский свитер?
Ответ:
– Это то, что надевает еврейский ребёнок, когда его маме холодно.

— Яшенька, если будешь хорошо себя вести, купим тебе велосипед!
— А если плохо?
— Пианино!

В те моменты, когда я с сыном делаю школьные уроки, я чувствую себя прожжённым политиком. Ничего не понимаю, но выражение лица умное-умное...

— Розочка, здравствуйте! Сто лет не виделись! Как ваши мальчики? Как Сёмочка, он так хорошо играл на скрипке!
— Сёмочка – известный скрипач, ездит по миру с концертами. Женился...
— Ой, как хорошо!
— Шо хорошего, Соломон Моисеевич?! Жена-то гойка!
— Ой вей! А как Боренька? Ему так удавалась математика!
— Боренька – кандидат, пишет докторскую. Женился...
— Ой, как хорошо!
— Та шо ж хорошего?! И этот – на гойке женился!
— Кошмар!... А Изечка как? Он же балетом занимался?!
— Изечка работает в Большом театре! Тоже – беда! Изечка живёт с мальчиком...
— Розочка, боюсь спросить... Мальчик-то хоть еврей?!

Спорят два еврея:
— Белый — это не цвет!
— Да что ты говоришь! Белый — это цвет!
— Белый — это таки не цвет!
— Хорошо, пойдём спросим у ребе.
Ребе их выслушал и говорит:
— Вопрос сложный, мне надо посмотреть, что Тора говорит по этому поводу. Приходите завтра.
На следующий день приходят они к ребе:
— Я посмотрел: согласно Торе, белый — это таки цвет.
Вышли они от ребе. Первый еврей тогда и говорит:
— Хорошо, пусть белый — это цвет. Но чёрный — точно не цвет!
— Это чёрный-то не цвет?!
— Да, чёрный — не цвет!
— Пойдём назад к ребе!
Приходят в синагогу:
— Ребе, рассудите, чёрный — это цвет или не цвет?
На следующий день ребе отвечает:
— Да, согласно Торе, чёрный — это цвет.
Выходят евреи от ребе. Второй и говорит первому:
— Вот видишь, белый — это цвет и чёрный — это цвет. Значит, я таки продал тебе цветной телевизор!

Сара с Абрамом встречаются втайне от мужа.
Она говорит Абраму:
— Сегодня ночью стой под моим окном, когда мой муж уйдёт, я с балкона сброшу тебе монетку.
Наступает ночь. Уже смеркается. Любовник стоит под окном у Сары, ждёт. Вдруг слышит, как об асфальт звонко ударилась монета. Он тут же бросается в темноту скорей монетку искать. Ищет час, два, даже через три часа так ничего и не нашёл. Приходит к Саре – весь грязный, уставший, замученный и расстроенный.
А она ему говорит:
— Ты что, монету искал?
— Да, – говорит Абрам.
Сара, улыбаясь, говорит:
— Ты что же думаешь, я дура? Я же её на верёвочку привязала.

Знакомый еврей спросил меня, как я отношусь к евреям. Ответил ему, что точно так, как они относятся к русским. Назвал меня антисемитом.

Рожают украинка, русская и негритянка. Мужья сидят ждут.
Выходит медсестра, выносит троих младенцев и говорит:
— Вы знаете, случайно перепутали детей и не знаем где чей.
Украинец хватает негритёнка и бежать.
Ему кричат:
— Так понятно ж что не твой.
— Пох%й, главное, чтобы не москаль!

Москва. Олимпиада-80. Награждение победителей по метанию молота.
С трибуны вскакивает Абрам и бросает молот за пределы стадиона.
На пресс-конференции:
— Как вам удалось достичь таких результатов?
— Дайте мне серп — я его ещё дальше заброшу!

Папа приходит с работы, в дверях его встречает радостный ребёнок.
— Папа, привет! Ты мне что-нибудь купил?
— Нет, малыш, сегодня ничего не купил...
Сына поворачивается и уходя, холодно бросает маме:
— Иди, встречай, там твой муж пришёл!

Из еврейской мудрости.
Первая беременность — к свадьбе.
Вторая — к деньгам.
Третья — хотели девочку.
Четвёртая, пятая и последующие — пусть бегают, жалко, что ли.

Компания: ООО "С гоем пополам".
Учредители: Гольдман и Петров.

Родители Вовочки сидят на диване и мило обнявшись смотрят телевизор. Маленький Вовочка, какое-то время задумчиво смотрит на них, после чего говорит:
— Хватит обниматься! Нас и так уже много!

Еврейская мама кричит сыну с балкона:
— Изя, давай домой!
— Мама, я, что замёрз?
— Таки нет! Ты хочешь кушать!

Советский Союз. Времена наличия в паспорте графы: "Национальность". Оформляя бумаги для получения документа удостоверяющего личность, Хаим написал в графе "национальность": «иудей». Когда же он пришёл получать паспорт, то увидел запись — «индей».
Со скандалом дошёл он до начальника паспортного стола.
— Я имел в видy нечто совершенно иное... какой ещё "ИНДЕЙ"!?
— Хорошо, зайдите через неделю, мы постараемся решить Вашу проблему.
Спустя неделю, Хаиму вручили документы с записью: "национальность" — «индейСКИЙ ЕВРЕЙ».

Папа накричал на маму. Мама накричала на сына. Сын накричал на кота. Кот молча насрал всем троим в тапки!

Для того чтобы практически полностью восстановить былую гармонию в нашем микрорайоне: вернуть любящим парам ужин при свечах, оторвать детей от компьютера, а их родителей — от телевизора, полного чернухи, — потребовалась всего лишь одна небольшая техническая ошибка пьяного Михалыча, электрика нашего ЖЭКа.

Умирает старый еврей и на смертном одре спрашивает:
— Сарочка, а ты тору мне положила?
— Да Абрамчик, положила.
— А Библию?
— Да Абрамчик, рядом положила!
— А Коран, Коран Сара, ты мне положила?
— А Коран-то тебе, Абрамчик, зачем???
— На всякий случай Сара, на всякий случай...

Новый учитель, придя в класс, обращает своё внимание на то, что одного еврейского ученика дразнят Абрам-дурачок. На перемене он спросил у класса, почему они его так обзывают.
— Да он и вправду дурачок, господин учитель. Если дать ему большую монету в пять шекелей и маленькую в десять, он выберет пять, потому что думает, что она больше. Вот, смотрите…
Парень достаёт две монеты и предлагает Абраму выбрать. Тот, как всегда, выбирает пять. Учитель с удивлением спрашивает:
— Почему же ты выбрал монету в пять шекелей, а не в десять?
— Посмотрите, она же больше, господин учитель!
После уроков учитель подошёл к Абраму.
— Неужели ты не понимаешь, что пять шекелей больше только по своему размеру, но на десять шекелей можно купить больше?
— Конечно понимаю, господин учитель.
— Так почему же ты выбираешь пять?
— Потому что, если я выберу десять, они перестанут давать мне деньги!

— Боже мой, кого я вижу! Абрам Самуилович
— Меня зовут Самуил Аркадьевич.
— Вы мне будете рассказывать, как вас зовут?! Я вашего папу с детства знал! Он был таким красивым, кудрявым!
— Ничего подобного. Мой папа был маленький и лысый.
— Ай, идите к чёрту, вы не все знаете за своего папу!

— Думаете, вы не расисты? А почему тогда стираете белые вещи отдельно от цветных?
— Как всегда цветные всё портят.

Ежедневно к одному и тому же киоску с прессой подходит мужчина и покупает одну газету на русском языке, одну на английском и одну на идише. В конце концов, киоскер (старый еврей) не выдерживает и спрашивает:
— Молодой человек, я долго за вами наблюдаю. Если не секрет, скажите — почему вы каждый день покупаете именно такой набор газет?
— Видите ли, я русский, поэтому газету на русском я попросту читаю. Английский я пытаюсь учить. А вот газетой на идише я, простите, вытираю задницу.
— Ой-вэй! Молодой человек! Если вы долго будете это делать, то у вас скоро жопа будет умнее головы.

Наполовину чернокожий еврейский мальчик, приходит домой из школы и спрашивает своего отца, является ли он более еврейским или более чёрным.
Отец спрашивает:
— С чего это вдруг, тебе стало это так интересно, сынок?
Мальчик говорит:
— Всё дело в том, что один из моих одноклассников в школе продает свой велосипед за 50 долларов, и я хочу знать, должен ли я уговорить его сбросить цену до 40 долларов или просто дождаться покрова ночи и выкрасть этот чёртов велосипед.

— Дядя Сёма, — говорит маленький Абрам, — большое спасибо за ту трубу, что вы подарили мне на день рождения. Это такой дорогой подарок!
— Да, ерунда! Что там дорогого? 60 рублей.
— Но зато мама и папа каждый вечер дают мне сотню, чтобы я не дудел.

— Изя, сынок, не корчи рожи, а то все подумают, что ты похож на папу!

На одной из станций американского метрополитена сидит негр и читает какую-то газету на иврите.
К нему подходит пожилой еврей, и говорит:
— Уважаемый, неужели Вам мало того, что вы таки негр?

Роза думала, что Абрам — хранитель семейного очага, а он своей кочергой ещё два костра ворошил...

В еврейской семье. Мама кладёт кусок торта на тарелку маленькому Абраму.
— Мама, я хочу два куска. — Возмущается Абрам.
— Абрам, не делай маме нервы. Возьми нож и разрежь на пополам.

В вагон метро входит еврей и встаёт на ногу военному. Военный смотрит то на часы, то на еврея, то на часы, то на еврея... после чего – как даст еврею по морде. Сидящий рядом пьяный мужик вскакивает и так же начинает мутузить еврея. Всех забирают в полицию. Сотрудники допрашивает всех по очереди.
Еврей:
— Я ничего не понимаю, вошёл в вагон, военный меня ударил, потом этот пьяный ещё набросился.
Полицейский спрашивает у военного:
— За что вы его ударили?
Военный:
— Я спокойно ехал, вошёл этот гражданин и встал мне на ногу. Я подумал, что если он через 5 минут не сойдёт с моей ноги, ударю по морде.
Полицейский спрашивает у пьяного:
— Ну хорошо, а вы-то зачем полезли, ведь в другой стороне сидели?
Пьяный:
— Смотрю, сидит военный и смотрит то на часы, то на еврея, то на часы, то на еврея, потом как даст ему по морде, ну я подумал, что по всей России началось!

Перед репатриацией из Израиля в СССР еврей договаривается с оставшимися братьями, что если в СССР хорошо, то он напишет письмо обычными чернилами, а если плохо — зелёными. Через некоторое время приходит от него письмо, написанное обычными чернилами: «Всё отлично, получил квартиру, работаю, всё в изобилии. Если и есть недостатки, то мелкие. Так, например, очень трудно достать зелёные чернила».

Сара встречает своего давнего приятеля и некогда бизнес-компаньона — Абрама.
И глядя ему на запястье с восхищением произносит:
— Ого. Какие часики! Как сверкают!
Абрам, гордо демонстрируя часы:
— Сваровски!
Сара улыбаясь:
— Ну, это ясно, что не купил…