Поезжай в Румынию

— Что такое техника безопасности — это наука или искусство?
— Это религия, в которую можно не верить, но обряды нужно соблюдать.

Ищейка — была, Овчарка — есть, «Мухтар, ко мне!» — было, полицейская собака К-9 — было. Ну почему нет сказок и про иных существ, применяемых полицией для работы? Как минимум: хомячок, кролик, дельфин, кошка, лиса, волк, снежный барс, рысь?

Как показывают результаты многочисленных исследований, находиться в скоростном поезде куда безопаснее, если по его крыше бежит Стивен Сигал.

Сегодня я провалил курс пожарной безопасности, когда меня спросили, какие шаги я предприму в случае взрыва. Видимо ответ, «очень большие» не был приемлемым...

В семье, где мать очень плохо готовит, собака всегда жирная.

Лимон со вкусом помидора, помидор со вкусом сыра, сыр с кислинкой лимона. «Молекулярная кухня», — подумали гости.
«Как же лень мыть нож», — подумал я.

Когда в очередной раз перечитываешь одну и ту же страницу, но всё равно думаешь о своих загонах и нифига не можешь понять и сообразить, что ты вообще такое только что прочитал.

Каждое утро Чак Норрис намазывает нож на хлеб.

Молодожёны зашли в гости к маме жены. Сидят на кухне, пьют чай.
Тёща говорит зятю:
— Абрам, отрежь кусочек колбаски!
Зять отвечает:
— Ой, мама, я так тонко, как вы, не смогу!

— Не лает, не кусает, а в дом не пускает.
Ответ: Жена не пускает пьяного мужа.

— Как вы не боитесь ходить в лес один? А вдруг медведь?
— У меня с собой всегда нож, перцовый баллончик и нестабильная психика.

— Алло, это вы объявили вознаграждение за пропавшую собачку?
— Да! А шо, вы её нашли?!
— Ещё таки нет… Но хотелось бы получить аванс.

На собеседовании:
— А куда делся ваш предыдущий сотрудник?
— Отправился в декрет.
— Да... Опасно тут у вас.

Сидит дома композитор. Работы нет, денег нет, кругом кризис. И тут — звонок.
Звонит приятель-режиссёр:
— Слушай, мне для фильма тема нужна на финальные титры. Сбацаешь что-нибудь простенькое? Премьера через две недели, я погибаю, спасай!
— Да ни вопрос! Только расскажи, о чём фильм, чтобы я с музыкальной темой не промахнулся.
— Да в нём вообще музыки нет! Тема только для титров. Представь: с сухого дерева лист медленно, зигзагом, падает на мокрый асфальт. И как только долетает до земли — начинается твоя тема и титры.
— Ок. Через неделю сделаю!
И композитор с голодухи сочиняет неимоверно красивую, дивную музыку — хоть сейчас на «Оскара». Отправляет режиссёру. Тот отвечает: «Всё ок», — и приглашает на премьеру.
Приходит композитор в зал — а там пусто. Только на галёрке сидит пожилая парочка, обоим далеко за восемьдесят.
«Ясное дело, — думает композитор, — драма нынче не в цене, никого, кроме старичков, не интересует».
Сел он, свет погас, началось кино.
На фоне природы мужик самозабвенно трахает тёлку с сиськами размером с баскетбольные мячи. Дальше — больше: подошла ещё парочка, поменялись… Потом негры, калеки, карлики — вся эта орава уже в экран не помещается! А потом вообще собака прибежала! Сначала собака всех отодрала, потом все трахнули собаку…
И тут камера берёт крупный план, наезжает на сухое дерево, срывается лист и медленно падает зигзагом на землю. Звучит та самая неземная, дивная тема — и идут титры.
Зажигается свет. Композитор сидит в шоке, красный как помидор от стыда. Думает: «Ну, сука, режиссёр, ну удружил! Что обо мне люди подумают?!».
Встаёт с места и с этой мыслью идёт к выходу. И тут замечает, что пожилая парочка, в предынфарктном состоянии, сидит и смотрит прямо на него.
И он ничего лучше не придумывает, как сказать:
— Музыка моя!..
А они, продолжая смотреть стеклянными глазами на пустой экран, отвечают:
— … А собачка наша…

Дмитрий Анатольевич, в своём интервью одному зарубежному изданию, сообщил, что права наших граждан будут защищаться в любой точке мира, всеми возможными способами. А имеются ли такие точки на территории Российской Федерации, Дмитрий Анатольевич, сообщать не стал.