Пояс

— Изя, вставай! Идём на кухню — есть!
— Сара, но сейчас же пол первого ночи!
— Изя, ты полудурок, я у тебя не про время вообще-то спросила...

— Хаим, у вас много женщин было?
— О, да!
— И модели были?
— Модели женщин были, а женщин—моделей пока таки нет...

— Сёма, ты хоть помнишь, какой сегодня день?
— Конечно, Сонечка! Сегодня сколько-то лет с тех пор, как мы с тобой чего-то там...

— Семён Маркович, говорят, что вам не так давно производили процедуру обрезания. Скажите, пожалуйста, операция проходила под наркозом?
Тут в разговор вмешивается Софа — жена Семёна Марковича:
— Под микроскопом!

Соня имитирует оргазм, шоб иметь серьёзные отношения с Абрамом...
А Абрам имитирует серьёзное отношение, шоб иметь оргазм с Соней...

Как говорят в Одессе, женщина не становится на год старше — она становится на год опаснее.

— Сарочка, милочка, сделай мне, пожалуйста, чаю.
— Ой, Абрам, я сегодня так устала, сделай сам.
— А я не устал? Я, между прочим, только с работы пришёл!
— Хорошо, давай не будем ссориться, и поступим так — я сделаю чай тебе, а ты — мне.
— Хорошо....
— Сара, держи, вот твой чай!
— Я перехотела, пей сам!

— Фира, а что ты делаешь сегодня вечером? Ты только ничего плохого не подумай, а если подумаешь, то… как тебе идея?!

— Привет Абрам, шо такой смурной?
— Знаешь, Хаим, моя жизнь разочарованиями полна, вот под поезд иду прыгать.
— Ты шо, с ума сошёл! В новом костюме?!

Одесса. Один сосед говорит другому:
— Сёма, я восхищён вашими чувствами! Вы с Фирой вместе живёте уже 30 лет и, тем не менее, гуляя по городу, всегда держитесь за руку!
— Изя, если я ее отпущу, она обязательно что-нибудь купит.

Одесский дворик.
— Ты знаешь, Соня, самыми лучшими моментами в своей жизни я обязана футболу.
— Сара, шо неужели ты ходишь на стадион болеть за «Черноморец»?
— Нет, туда ходит мой муж, а я в это время хожу к нашему соседу Йосе...

После долгих скитаний по ОВИРам, Абраму удалось таки вернуться на историческую родину.
Первый вопрос:
— Что такое экономическая реформа в СССР?
— Ну, если наглядно, вообразите себе, что с вас сняли дорогой премиальный пиджак, взамен надели жилетку и при этом сказали: «Поздравляем с приобретением замечательного плаща!»

Стоят в Киеве около памятника Богдану Хмельницкому два киевлянина:
— Хаим, а кому это памятник?
— Это украинцам, Соломон, — они тут когда-то жили!

Порой Абраму так сильно хотелось просто взять — да и бросить всё. Вот только до конца неясным оставался один важный вопрос, где это всё взять???

Абрам приходит к адвокату:
— Я хочу подать жалобу в суд на Хаима. Он обозвал меня носорогом.
— И где это произошло?
— В кафе.
— Когда?
— Полгода назад.
— И вы пришли с этим только сейчас?
— Ну да. Вчера я был в зоопарке и впервые увидел носорога.

— Семён Маркович, почему вы что молчите? Выскажите своё мнение.
— Спасибо, нет. Ещё скажу какую-нибудь глупость, а вы обидитесь.
— Так вы не говорите глупости, скажите что-нибудь умное.
— Ну тогда вы меня вообще возненавидите.

Маленький Абрам интересуется у своего отца:
— Папа, что такое пролетарский интернационализм?
— Точно не знаю, сынок, но ехать НАДО.

— Я, Софа, может конечно, не лучший из лучших, но и ты не мамин борщч!

Объявление на одном из одесских столбов: «Делаем копии с любых документов. Подлинник не требуется».

— Софа Моисеевна, а шо это у Вас на ногах такие пальцы все кривые?
— Это из-за моих убеждений…
— Каких ещё убеждений?
— Я убеждена, шо у меня 36-й размер ноги.

На фронте Абрам пишет заявление:
«Если я погибну в предстоящем бою, прошу считать меня коммунистом! Ну а нет — так нет…»

— Изя, у тебя всё равно рот открыт, позови Абрама со двора!

Стоя в коридоре и провожая своих дальних родственников, Абрам с радостью в голосе, говорит им:
— Видеть вас — одно удовольствие. Не видеть — другое.

— Хаим, а у вас часто бывает такое, что вы ходите налево?
— Что значит ходите, да я там практически живу.

— Так, Абрам, немедленно замолчи!
— Но Сонечка, я и так молчу, как рыба...
— Таки ты думаешь всякие дурные мысли. И это меня раздражает!

Еврей показывает свою дачу, которую продаёт, супружеской паре:
— Давайте поступим следующим образом: вы назовёте цену, за которую хотите приобрести дом, мы от души посмеёмся, а потом поговорим о деле.

В Одессе на одной улице четыре портняжных лавки.
На первой надпись: «Лучший портной в России»
На второй: «Лучший портной в Европе»
На третьей: «Лучший портной в мире»
На четвёртой: «Лучший портной на этой улице»

— Софа, а куда вы поедете отдыхать в этом году?
— Таки если Абрам отдаст деньги, то к морю.
— А если не отдаст?
— Тогда к Абраму.

— Софа, мы с тобой женаты всего лишь первый день, а уже ссоримся… Как так!?
— Абрам, таки я полтора года ждала этого дня!

— Абрам, Хаим, слушайте сюда – мне на днях выписали такое чудесное лекарство от склероза, просто прелесть как память улучшает!
— И как называется?!
— Ну знаете, есть такой цветок, бывает красный, бывает белый, у него ещё такой стебель колючий..
— Роза?
— О, точно! Роза! Розочка, а как то лекарство для улучшения памяти называется, что мне доктор прописал?

— Абрам, послушайте, как по вашему, почему террористы производят взрывы домов, самолётов, метро, автобусов? Почему они не взрывают неугодных им президентов, политиков, министров?
— Понимаете, Хаим, террористический акт должен вызывать у простых смертных страх и ужас, а не чувство глубокого удовлетворения.

— Ой вей, двадцать лет! Ваша честь, я уже слишком стар, мине таки 90 лет…
— Суд не требует от вас невозможного, гражданин Кацман, отсидите сколько сможете…

В Одессе на Привозе:
— Мужчина, шо вы так мацаете эти помидоры? Это же не ваша жена!
— Если бы я мацал их, как свою жену, мадам, вы бы торговали сейчас томатным соком!

Приезжий спрашивает таксиста в Одессе:
— Ну, как вы здесь живёте?
Тот отвечает:
— Знаете, раньше мы жили хорошо. Сейчас — ещё лучше. Но очень хотим, чтобы снова было хорошо.

На одной из лекций, одного из выдающихся советских психиатров М. О. Гуревича, о болезни Альцгаймера в качестве «наглядного пособия» присутствовала больная этой болезнью.
Она не могла назвать ни имени, ни даты, ни времени года, но на вопрос, кто её привёз в больницу, с неожиданно осознанной злобностью ответила: «Жиды».
Профессор Гуревич повернулся к аудитории и заметил: «Вот видите, как мало нужно ума, чтобы быть антисемитом».

Сара вернулась с Привоза и спрашивает у мужа:
— Гриша, узнала про тебя новости! И только одно хочу знать – шо ты делаешь с пpocтитуткой оставшиеся 57 минут?

Одинокая одесситка Фира Соломоновна Кацман подала в суд на оператора сотовой связи «Киевстар» за то, что он все выходные утверждал, шо она «недоступна».

— Скажите, ребе, а в субботу с парашютом прыгать можно?
— Прыгать можно, но парашют открывать нельзя.

Два еврея отправились в гости к своему общему другу. Подходят к двери, и один стучит ногой.
— Абрам, но почему ты стучишь ногой?
— Пусть Рабиновичи думают, что у нас руки заняты подарками.

Хаим, после долгого и изнурительного пребывания в постели с Соней, лежит без чувств и мечтает в слух:
— Ой, как бы мне хотелось иметь целый гарем!
— Шо, гарем? Зачем тебе гарем кобель ты этакий? Ты же не мусульманин.
— Зачем?.. Таки гарем — это же потрясающая вещь! Первой жене я скажу, шо пошёл ко второй, второй — шо пошёл к третьей, третьей — шо отправился к первой. А сам, как султан, идёшь себе спать.

Абрам жалуется Хаиму:
— Эти врачи рецепты пишут словно курица лапой, а потом разобрать ничего невозможно.
— Не знаю, не знаю … — отвечает Хаим. — Я по своему рецепту полгода бесплатно ездил в общественном транспорте, два раза удалось сходить в театр, а на прошлой неделе — не поверишь — обменял на акции.

Соня не особо доверяла евреям, но что поделать, ведь родителей не выбирают.

— Почему Гитлер покончил с собой?
— Увидел счёт за газ.

— Фира Моисеевна, а что вы подарили своему мужу?
— Хаечка, деточка, ну шо можно подарить человеку, у которого есть Я?! Разве шо только валерьянку.

Хаим:
— Софа, вы в курсе, что ваш Абрам редкостный пеDераст?
Софа:
— Вы видели, с кем он встречается?
Хаим:
— Я видел как он паркуется!

— Изя, почему вы решились на побег из тюрьмы? Это же опасно!
— Я очень сильно хотел жениться.
— Правда? Странное у вас представление о свободе.

— Ребе, когда же Господь начнёт меня испытывать богатством? Не, не, я не жалуюсь… Скажем так — слегка интересуюсь…

Два поддатых ценителей оперы:
— Абрам, давайте двигать оперный театр в Европу!
— Давай, только макинтоши снимем, а то упаримся.
— Абрам, далеко утолкали — макинтоши уже не видно!

Не приемлю трудолюбивых цыган, щедрых евреев и честных чиновников, они и без того усложняют моё такое простое и чётко выстроенное с годами восприятие картины этого мира.

— Мадам Циперович, Ваши достоинства и недостатки? Вкратце.
— Мыслю правильно! Но вслух…

Женщины, Абрам, они как кофе.. Пока сердце позволяет, можно по три раза в день.

Ежедневно к одному и тому же киоску с прессой подходит мужчина и покупает одну газету на русском языке, одну на английском и одну на идише. В конце концов, киоскер (старый еврей) не выдерживает и спрашивает:
— Молодой человек, я долго за вами наблюдаю. Если не секрет, скажите — почему вы каждый день покупаете именно такой набор газет?
— Видите ли, я русский, поэтому газету на русском я попросту читаю. Английский я пытаюсь учить. А вот газетой на идише я, простите, вытираю задницу.
— Ой-вэй! Молодой человек! Если вы долго будете это делать, то у вас скоро жопа будет умнее головы.

— Фирочка, я Вас люблю!
— Молодец...
— А Вы?
— И я молодец.

Одесский привоз. Необъёмных размеров дама подходит к прилавку с кофточками и спрашивает у продавца:
— А что-нибудь весёленькое есть на меня?
На что тут же получает ответ:
— Нет, леди, вас хочется обнять и плакать.

— Сара, я тебя хочу!
— Абрам, обязательно нужно было меня будить?! Или забыл, где что находится?

— Моя Софочка вечно ноет: «Мине нечего носить, мине нечего носить!».
— Ой, Сёма! Я таки тебя умоляю! Дай ей мешок картошки, и пускай себе носит!

— Абрам Моисеевич, а вы чего без маски на улицу выходите гулять? Неужели ничего не слышали о новом коронавирусе из Китая? Не боитесь заразиться?
— Соломон Маркович, мне уже 70 лет, у меня тахикардия, мерцательная аритмия, простатит, сахарный диабет, камни в почках и желчном пузыре, плюс аллергия на собак. Я Вам так скажу, тут такая конкуренция среди стремящихся меня отправить на "тот свет" болезней, что даже если в мой организм этот коронавирус и попадет, то он просто встанет в очередь.

— Абрам, наш сын Семён будет скрипачом.
— Но у него же совсем нет слуха!
— Слух-то тут причём, вообще? Он будет играть. Слушать будут другие.

Еврейская мудрость:
— Откуда я знаю, шо я подумаю, пока не услышу, что я скажу.

— Самуил Ааронович, а вы знаете, что такое детектор лжи?
— Ой, Абрам, сказать, шо знаю – это ничего не сказать! Меня угораздило на нём жениться!

Один еврейский мальчик очень любил читать, он читал всё, что попадалось ему под руку, и обожал ходить в свой любимый книжный магазин, однажды он понял, что прочёл уже всё, что там продавалось, мальчик спросил хозяина, есть ли в магазине что-нибудь, чего он никогда не видел.
Хозяин сказал, что есть, и достал книгу под названием "смерть", он охотно продал её со скидкой, всего за 10 шекелей, однако он предупредил мальчика, чтобы тот никогда не открывал первую страницу, мальчик вернулся домой, прочитал книгу и остался доволен, но ему всегда хотелось узнать, что же там, на первой странице, однажды искушение стало слишком сильным, и он пролистал книгу к самому началу, и умер от ужаса, на первой странице было написано: "Рекомендуемая цена 5 шекелей".

Сильно подвыпившего Абрама, друг приводит домой. Сара, стоя на пороге и глядя на всю эту картину:
— Позор-то какой! Напился, как биндюжник! Всё — месяц без с*кса!
Повернувшись к другу Абрама:
— И ты, кстати, тоже!

Пассажирка средних лет делает замечание одесскому таксисту:
— Вы не могли бы ехать чуть помедленнее и поосторожнее? Меня дома ждут шестеро детей.
Таксист, не оборачиваясь:
— Ха! И вы ещё говорите мне за осторожность?!

Сара уже не первый месяц слёзно просила и умоляла Всевышнего послать на её долю испытания славой, властью и богатством.

Одесса. Во время остановки автобуса и последующей посадки в него пассажиров, из рук одной из женщин, выпадает монетка. Водитель, обратив на это своё внимание, говорит:
— Всё, женщина! Что упало — то моё!
Женщина наклоняясь за монеткой:
— Тю! Мужчина, вы там транспортом-то особо не дёргайте! А то я щас вся упаду, и вам такого счастья таки точно не унести!

Турист интересуется у одессита:
— Скажите, пожалуйста, а сколько жителей в вашем городе?
— Миллион. — Отвечает одессит.
— А сколько евреев?
— Вы что – глухой???

— Абрам, скажите, вы с Сарой счастливы?
— А куда деваться?..

Абрам звонит своему другу Хаиму, трубку берёт жена — Соня:
— Алло!
— Соня, дай Хаиму!
— Абрам, шёл бы ты куда подальше..., я за ним замужем уже десять лет, и ты таки мине будешь указывать давать Хаиму или нет!

Абрам обращается к Хаиму:
— Хаим, ты слышал печальную новость, которая пришла к нам вчера из Одессы?
— Нет.
— Рабинович, всё... Причём, надо же, такое выкинуть! Взял и умер посреди полного здоровья!

В одесской турфирме:
— Пару лет назад я таки попросил у вас тур подешевле. Вы посоветовали Египет. После возвращения моя Соня была беременна. Год назад вы посоветовали Турцию, и моя Соня опять была беременна после возвращения.
— Понятно. А сейчас-то вы что хотите?
— Нет ли ещё чего-нибудь подешевле, чтобы в этот раз я таки смог взять её с собой?

— Изя, я тебе не говорила, шо ты у меня самый лучший?
— Нет!
— Шо же такое, а кому ж я вчера это говорила?

В Израиле началось сильное землетрясение. Толчки становятся всё мощнее.
Сара с раздражением говорит мужу:
— Абрам, хватит так трястись от страха! Из-за тебя всю страну качает!

Абрам пришёл в тур агентство.
— А шо, ви таки можете меня в любую страну отправить?
— Естественно!
— А к примеру в Израиль, можете?
Ему протягивают несколько бланков:
— Вот, заполняйте анкету и пишите заявление.
— А к примеру в США?
Ему дают другие бланки:
— Вот, пожалуйста, пишите заявление, заполняйте анкету.
Абрам:
— Шо и в Австралию можно?
Специалист по работе с клиентами:
— Я всё поняла, уважаемый, вот Вам глобус — определяйтесь в какую страну Вы хотите, и я Вам дам пакет документов для заполнения.
Абрам долго крутит глобус, рассматривая страны на земном шаре, после чего, задаёт вопрос:
— Извините, а другого глобуса у вас нет?

— Мужья, Сара, тоже идеальными бывают. Это вам любая вдова сможет подтвердить...

— Абрам, что по вашему мнению, может свидетельствовать о плохой наследственности?
— По моему мнению, по-настоящему плохая наследственность, это когда вас взяли и вычеркнули из завещания...

— Абрам, скажи, а одиночество — это когда тебя не понимают?
— Одиночество, Софочка, это когда тебя некому забрать из морга. Всё остальное – таки просто временные затруднения…

— И всё же, есть чему нашим женщинам у евреек поучиться.
— И чему же, например?
— Ну, например, как коня на скаку перекупить, или горящую избу продать...

— Хаечка, вы бы таки хоть плаванием занялись! Совсем форму потеряли...
— Ой, я вас умоляю! Вон киты всю жизнь плавают, и шо, стройнее меня?!

— Папа, — спросила маленькая Сонечка, — а может ли Господь разрешить мне послать валентинку человеку, который принадлежит другой религии?
— Думаю, да, — ответил папочка, средних лет еврей. — А кому бы ты хотела послать валентинку?
— Усаме бен Ладену.
— Бен Ладену?!?!?! — спросил шокированный взрослый. — Но почему?
— Ну, — сказала Сонечка, — представь: бен Ладен получает валентинку с признанием в любви от маленькой еврейской девочки. Он начнет думать, что не все в мире такие плохие, и станет любить мир немного больше. А потом, когда он получит ещё несколько валентинок, он поймет, что мир в самом деле прекрасен, и наконец прекратит скрываться, и публично признает свои ошибки.
— Сонечка, — сказал глубоко растроганный отец, — это самое прекрасное, что я когда-либо слышал…
— Я знаю, папочка, — ответила Сонечка. — И когда он перестанет прятаться по разным пещерам, наши морпехи наконец пристрелят его на хрен!

— Софочка, хотите пойти со мной в музей?
— Абрам! Вы шо, слово «рэсторан» не выговариваете?