На кладбище

Ленивая кукушка перебралась на кладбище.

— Хаим, два миллиона ливанцев вышли на протест против коррупции. Как ты думаешь, возможно такое в России?
— Абрам, подумай сам, ну откуда в России два миллиона ливанцев?

Хоронят известного одесского врача. Люди подходят, бросают пригоршню земли. Вдруг всех расталкивает Абрам и устремляется к могиле.
— Абрам, ви шо, дикий? Станьте в очередь!
— Ой, та я только спросить!

Как правило, когда живёшь возле кладбища, у тебя всегда найдётся что-нибудь к чаю.

Поп говорит раввину:
— Что у вас за похороны такие? Все плачут, кричат, посыпают голову пеплом. То ли дело у нас – всё чинно, благородно, поют, выпивают...
Раввин:
— Да, мне таки определённо больше нравится, когда ваших хоронят...

Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника. На одном написано — «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон». На другом — «Или здесь», на третьем — «А может здесь».

Некрозоофил на кладбище домашних животных радостно:
— Так вот где собака зарыта!

В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Людей без лишнего веса больше всего на кладбище.

Некая одесситка (которой уже хорошо за 70 лет) была замужем за евреем, который давно отошёл в лучший из миров, а она русская и свою фамилию не меняла при замужестве. Часто ходит в Еврейский культурный центр, где её принимают за свою.
Так вот, в этом центре продавали мацу: русским по 100 рублей, а евреям по 80 рублей. Она встала в ту очередь где по 60 рублей.
Продавец:
— Ваша фамилия.
— Иванова.
— Вам не положено.
— Здрасте! Значит, спать с евреем мне можно? Детей иметь с евреем мне тоже можно!? А мацу, значит, по 60 рублей нельзя?

Проснулся мужик с будуна на кладбище рано-рано утром, темно ещё. Идёт по кладбищу, видит могильщик яму роет, ну, думает, дай-ка я его напугаю.
Подходит сзади:
— У-у-у-у-у!
Могильщик роет дальше не обращая внимания.
— У-гу-гу-у-у-у у!!!
У могильщика ноль реакции, копает не отвлекается. Махнул рукой мужик, пошёл к выходу. У самой калитки догоняет его могильщик, как еб***нет со всего размаха по башке лопатой и, грозя пальцем, говорит:
— Ты по кладбищу-то гуляй сколько хочешь, а вот за территорию не выходи!

— Скажите на милость, с какой целью вы хотите поставить такой памятник своему брату?! Почему именно в виде дивана!? Это же полное кощунство!!
— Я так не думаю... Мне всегда казалось, что памятники должны быть честными.

А не будет ли всем всё равно, как в финале распределятся места на кладбище?

В последнее время Степан стал относиться к тёще значительно лучше: часто приезжал с цветами, красил оградку.

Сильно нетрезвый пациент, находясь в приемном покое, объясняет травматологу, что он работает на кладбище распределителем мест и обещает дать ему хорошее место с берёзкой на солнечной стороне.
Зашили ему рану и врач пишет в справке "Алкогольное опьянение".
Пациент читает, хмурится и говорит:
— Хрен тебе, а не место с берёзкой!
После чего, хлопнул дверью и ушёл.

Когда-то, над Чёрным морем был сбит российский самолет, летевший из Израиля.
Израильтяне:
— Мы таки ни при чем. Чтобы мы своих граждан, нет!
Русские:
— Экипаж наш, самолет наш, но мы не виноваты!
Украинцы:
— Полный жидов москальский самолет? Не-не, це не мы…

Раввин собрал всех евреев города и сказал им:
— Знаете, почему нас русские не любят? Потому что мы водку пить не умеем. Приносите завтра по бутылке водки, мы их сольём в один чан и будем учиться пить.
Все согласились.
Один еврей подумал:
— Если все принесут по бутылке водки, и только я принесу бутылку воды, никто этого и не заметит.
На следующий день приходят все евреи с бутылками, сливают их в один чан.
Раввин наливает оттуда одну стопку, пробует и говорит:
— Вот за это-то нас русские и не любят!

Пожилой еврей идёт по улице вместе со своим маленьким внуком и тут ему на плечо гадит птичка. Еврей начинает брезгливо очищать свой пиджак от птичьего помёта и приговаривать:
— Вот, видишь, Хаимчик, а русским они поют.

— Как называется сторожевая будка на кладбище?
— Живой уголок.

Призывник договаривается с военкомом о даче взятки, чтобы откосить от армии.
Военком:
— Хорошо. Приноси деньги сегодня ночью на кладбище.
Ночь. Кладбище. Призывник приходит и находит там военкома, который сидит голый на могильном кресте и на гитаре бренчит.
Военком:
— Принёс? Давай, клади на могилу и свободен.
Недоумевающий призывник кладёт деньги на могилу и уходит.
На следующий день на комиссии:
— Годен! Морфлот, 3 года!
Призывник:
— Товарищ военком, а как же деньги? Я же вам сам лично их этой ночью на кладбище на могилу положил. Вы ещё голый на кресте сидели и на гитаре играли!?!
Военком:
— Ну вот, видите: куда ему с такими мозгами в армию?! Придурок...

— Абрам, какой состав населения Одессы в процентах?
— Десять процентов русских, десять – украинцев, остальные восемьдесят – местное население.

— Какой самый лучший способ избавиться от мёртвого тела, на ваш взгляд?
— Как по мне, так можно и на кладбище подхоронить в существующую могилу, вроде как трупы на кладбище не ищут. Главное, объяснить сторожу почему ты пришёл со своим трупом. А вообще, самый лучший вариант – это перекинуть труп через забор кладбища, а затем попытаться вынести его через проходную. Сторож спросит откуда труп, а в ответ ему можно сказать что откопал. Он потребует срочно закопать обратно.
— Я недавно в интернете читал, что требование «со своим нельзя» в кафе и барах незаконно. Нарушает права потребителя или что-то в этом роде... Возможно, кладбищ это тоже касается.

Совместное российско-израильское предприятие «С гоем пополам».

Ночь. Кладбище. Из могилы вылазит мертвец и начинает усердно крутить свой крест.
Из соседней могилы вылазит второй покойник и говорит:
— Вась, ты чё охренел? Что с крестом делаешь???
— Да вот, что-то НТВ плохо ловит...

Абрам в крематории:
— Моей ненаглядной супруге Софочке я бы хотел подобрать самую дешевую урну. Деревянную или лучше пластиковую.
— Может, вам прах просто в пакет насыпать?
— Даже лучше, у меня как раз свой есть.

— Что, если я на одну четверть еврей, на вторую четверть хохол, на третью четверть русский и на четвёртую четверть монголо-татар, что мне указать в графе национальность?
— Знающие люди, таки говорят, что всё равно необходимо указать, что еврей.

— Почему в Одессе еврейская больница и еврейское кладбище есть, а еврейского роддома нет?
— Потому что в Одессе евреями не рождаются — евреями становятся.

— Слушай, ты что-то совсем уже закис в этой Москве. Съездил бы что ли развеялся в Подмосковье, пока погода хорошая.
— Я на прошлой неделе ездил.
— К знакомым или просто на природу?
— И то, и другое. К жене на Хованское кладбище.

Собрались как-то раз евреи. И раввин обращается к собравшимся:
— Тема нашего сегодняшнего собрания звучит так: «Почему нас не любят русские!». Есть предложения?
Спустя некоторое время голос из зала:
— Может потому, что мы их чем-то обидели?
— Да вроде не обижали. Кто еще что думает?
— А может потому, что мы пить не умеем?
— Точно! В этом вся проблема! Значит так! Завтра же собираемся здесь, каждый приносит по бутылке водки, вольём всё в большой чан и будем пить до дна! И мы докажем, что мы не хуже их и заставим русских себя уважать!
На том и договорились.
Вечер. Сидит дома еврей и думает, мол, нас там примерно 200 человек. Каждый принесёт по бутылке. Получается 100 литров. Возьму-ка я просто воды наберу в бутылку и никто не заметит. Всё равно я столько не выпью.
На следующий день собрались евреи на собрании. Главный сливает всю водку в большой чан. Берёт стакан и пробует. Задумывается на секунду и с грустью произносит:
— Н-да.. Понятно, почему нас русские не любят!

В адвокатскую контору «Абрамович—Голдберг—Рабинович—Лейбман—Шеленберг и Иванов» заглянул мужчина. Категорически требуя, чтобы его дело вёл ни кто иной, как адвокат по фамилии Иванов!
— А почему не кто-нибудь из остальных компаньонов компании? – С удивлением спрашивает секретарша.
— Вы знаете, – говорит мужчина, — я как—то больше доверяю деловой хватке человека, сумевшего пролезть в ТАКУЮ «тесную» компанию…

Живой уголок — домик сторожа на кладбище.

Если бы бабуля узнала, сколько мы сэкономили на её похоронах, она бы в канаве перевернулась.

Стоит только еврею стать известным учёным, как его тут же объявляют "русским учёным". Стоит еврею стать известным мафиози, так его тут же записывают в "русскую мафию".

— Здравствуй, Абрам, где ты теперь работаешь?
— Да вот в оркестре таки русских народных инструментов.
— И шо, у вас там все русские?
— Ну не все. Ну есть там один. Ну ты же знаешь, Фима, этих русских, они ж везде пролезут.

Киллер в бюро ритуальных услуг заказывает венок другу.
Его спрашивают:
— Что написать?
— Напишите «Пете от Севы». Хотя нет, это слишком банально. Напишите лучше «Извини, братан, обознался!».

Кладбище. Идут два еврея - прогуливаются. Остановились у могилы Абрама Шниперсона.
- Смотри, Изя, как тут замечательно, тихо, спокойно, какая природа: птички поют, зелень цветёт и пахнет... Так бы всю жизнь и провёл тут, а потом лёг бы, прямо здесь, рядом с Абрамом Шниперсоном... Изя, а тебе бы хотелось так?
- Уж лучше рядом с мадам Драхенблют.
- Но ведь она же жива!
- Тем более.

Идёт мужик по кладбищу ночью. Смотрит, другой мужик занимается любовью с двумя женщинами.
Он к нему:
— Дай хоть одну!
— Дай да дай! Возьми да накопай!

Недавно были в администрации кладбища с целью переоформления документов на бабушкину могилу.
Сотрудник администрации:
— Кто в этой могиле у Вас захоронен?
Отец:
— Моя мать. И зять её, сестры моей муж.
У мужчины на лице – непередаваемая гамма чувств:
— О Боже! Как же он в одной могиле с тёщей оказался?!

Маленький Изя говорит своему деду:
— Дедушка Абрам, только шо двое русских отобрали у меня все деньги!
— Ничего, внучек.. Они вернут в пять раз больше!
— Таки почему?
— Сейчас они это отметят. Затем затеют пьяную драку. Набьют друг другу морды, повыбивают зубы... Ну а потом придут их лечить ко мне.

Прогуливался по кладбищу. Портреты на памятниках гравируют те же люди, что фотографируют на паспорт.

В консерваторию по классу скрипки на 10 мест 100 претендентов: 10 евреев и 90 русских. Собрался ректорат, решают, кого взять, чтобы по справедливости.
Проректор-патриот:
— Надо взять 10 русских.
Проректор-коммунист:
— Надо взять 9 русских и одного еврея.
Проректор-демократ:
— Надо взять 5 евреев и 5 русских.
Проректор-сионист:
— Надо взять 9 евреев и одного русского.
Ректор:
— А вы все, оказывается, националисты.
Все:
— Ни фига себе! А кого же, по-твоему, надо брать?
Ректор:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Сидит кладбищенский сторож, попивает водочку, смолит сигарку... вдруг слышит шелест листьев, шаги.
Вздергивает берданку, кричит:
— Стой! Кто таков?
— Я ожившее тело покойного Фёдора Степановича с пятого участка!!!
— Фу ты, напугал! Я уж думал залез кто!!!

Объявили: через три дня Всемирный потоп.
Американцы сказали своим гражданам:
— Веселитесь в оставшееся время!
Французы:
— Любите друг друга!
Русские:
— Пейте!
Евреи:
— Учитесь жить под водой.

— Давай я сфотографирую тебя на памятник.
— Может быть, на память?
— Нет.

Почему-то, самый подходящий момент, задуматься о собственной жизни — это чьи-то похороны.

— Сколько требуется негров, чтобы похоронить человека?
Ответ: Пять. Четверо несут гроб, а пятый идёт спереди с магнитофоном.

Только выпивая со старыми друзьями, можно достоверно узнать, кто хочет быть кремирован, кто похоронен с отпеванием и что кому написать на памятнике.

— Чем антисемитизм отличается от русофобии?
— Оправданиями.

Алкаш набухался на кладбище, завалился в могилу и уснул. Просыпается ночью, сориентировался, что на кладбище находится. Смотрит, могильщик могилу копает. Ну, у алкаша настроение хорошее, думает: "Дай-ка я его напугаю". Нашёл какую-то белую простынь, накинул на голову, подходит к могильщику и страшно так кричит:
— УУУУУУ!
Могильщик совершенно пофигистично посмотрел и продолжает могилу копать.
Алкаш не понял, с другой стороны подошёл и ещё громче и страшнее:
— УУУ-УУУ-УУУ-УУУУУУ!!!
Могильщику опять пофигу, посмотрел, никакой реакции.
Алкаш расстроился и пошёл к выходу из кладбища, даже простыню скинуть забыл.
Доходит до ворот, как вдруг, могильщик его догоняет, бьёт сзади лопатой и спокойно так говорит:
— Гулять – гуляй, а за территорию не выходи...

Надпись на памятнике:
“Здесь покоится с миром известный одесский стоматолог Семён Ефимович Клоцкер. А его сын Фима принимает в его кабинете на Дерибасовской, 12”.

А у вас было, что вы просыпаетесь с мыслью «Вот бы вылизать Байкал»? Вот и у меня не было.

Тёща возится возле велосипеда.
— И куда вы, мама, собрались?
— На кладбище.
— Нормально блин. А велик назад кто пригонит?

Знакомый еврей спросил меня, как я отношусь к евреям. Ответил ему, что точно так, как они относятся к русским. Назвал меня антисемитом.

Раввин по окончании молитвы в синагоге обращается к евреям:
— Люди! Я понял, почему нас русские не любят! Мы не умеем пить водку. Вот завтра пусть каждый принесёт по бутылке водки, всё выльем в общий котёл – и будем учиться пить.
Абрам приходит домой и говорит своей жене – Саре:
— Так мол и так, завтра нужно будет принести бутылку водки в синагогу.
Сара ему и говорит:
— А ты, Абрам, возьми бутылку воды. Полный котёл водки – никто ничего и не заметит.
Так и сделали. На следующий день подходят евреи по очереди к котлу, каждый выливает водку. Раввин берёт поварёшку, размешивает, зачерпывает, пробует...
Грустным взглядом обводит синагогу и говорит:
— Дааа... Вот за это нас русские и не любят...

Хоронят старого еврея. Ребе говорит:
- Пусть кто-нибудь скажет добрые слова о покойном.
Все молчат.
Ребе:
- Пусть кто-нибудь скажет добрые слова!
Молчание.
Ребе:
- Кто-то обязательно должен сказать!
Oдин, наконец, соглашается:
- У усопшего был брат. Так тот был ещё хуже!

Сидят четыре гробовщика.
Первый говорит:
— А давайте мёртвых хоронить без гробов, меньше материала будет уходить.
Второй предлагает:
— А давайте хоронить не горизонтально, а вертикально, меньше места будет занимать.
Третий:
— А давайте трупы хоронить по пояс, памятники ставить не надо.
Четвёртый:
— А если они ещё за руки возьмутся, классная ограда получится!!!

Дети Петровых всегда играли с детьми Рабиновичей.
Но однажды Александр Петров говорит, что они больше не будут дружить с евреями.
— Почему? — спрашивает его маленький Абрам.
— Нам папа сказал, что вы евреи распяли нашего Христа.
— Таки нет! — кричит Абрам. — Это не мы! Это, наверное, Шниперсоны с третьего подъезда!

Проснулся мужик тёмной ночью после сильной попойки и не может понять где находится. Вокруг темно, ничего невидно, пригляделся он кое как, смотрит, а вокруг — кресты, памятники и надгробия. Сориентировался немного и понял, что он — на кладбище. Ну думает, делать нечего, пойду выход отсюда искать. Идёт, и видит, как могильщик яму для захоронения копает. Решил мужик подшутить над ним.
Подошёл сзади, руки поднял и говорит могильщику:
— УУУУУУУУ-у-у-у-у-У!
Могильщик ноль эмоций, дальше копает, как ни в чём не бывало.
Мужик снова:
— УУ-УУ-УУ-УУ!!
Снова ноль внимания.
Ну думает, лан, хрен с ним, домой пора идти. Только подходит он к воротам кладбища, как сзади его нагоняет тот самый могильщик и вырубает ударом лопаты по голове, берёт за руки и волоком тащит обратно на кладбище, говоря при этом:
— Ты по территории кладбища то гуляй, а за его пределы ходить не смей!