Когда тебя спрашивают, про самое лучшее место на Земле

— Помню в детстве, мы как-то не от большого ума, лопаты вверх перед грозой подбрасывали.
— И что происходило?
— Смею предположить, что они падали.

Жена хвастается мужу:
- Дорогой, представляешь, сегодня с утра в автобусе сразу двое молодых мужчин уступили мне место.
Муж:
- Ну, и как… ты поместилась?

Когда я была ещё совсем маленькой, в моду вошла популярность на электронного питомца «Тамагочи». Я, как и все другие дети той поры, тоже мечтала о такой игрушке, но позволить себе, мои родители её, к сожалению, не могли. Поэтому я сидела в школе на переменах и с завистью смотрела на то, как другие дети играют.
Прошли школьные летние каникулы, мама к новому учебному году обещала мне сюрприз.
— Ты же хотела себе «Тамагочи», – сказала она, когда вручала мне маленького серого котёнка. — С ним тоже нужно играть, за ним так же нужно ухаживать и убирать.
И ведь не обманула.

— Вы можете называть меня живодёром, но я отчётливо помню, как в детстве, обматывал деревянную палку плёнкой от парника, поджигал её и устраивал муравьишкам ковровые бомбардировки.
— Пластиковые лопатки из полипропилена куда лучше горели, а горящие капли даже издавали характерные звуки *вжууууууууух*.
— Эхх... Господи, как же это было здорово!

Автобус был переполнен пассажирами, когда юная леди встала рядом с сидящим солдатом. Солдат, увидев это, начал вставать со своего места. Но молодая девушка, вежливо и легонько усадила его обратно, тогда он вновь попытался встать, но девушка снова, аккуратно придерживая его руками — не дала ему встать.
— Нет, Нет, спасибо, — сказала она, снова усаживая его.
— Пожалуйста, позвольте мне уже наконец-то встать со своего места, девушка, — сказал обречённо солдат. — Ведь я уже вторую остановку, по вашей милости, всё никак выйти не могу.

Прогулка в детском саду. Зима. Один из мальчишек громко заявляет: «А папа сказал, что у умных язык к железу не прилипает!» И мы дружно всей группой лизнули: кто — железную горку, кто — перила... Не помню, сразу ли пришло осознание, или когда язык зажил, или ещё позже. Но теперь я точно знаю: у умных, да, не прилипает.

Сегодня 3-х летний сын захотел показать как он может перепрыгнуть через провод, который находится в воздухе и подключён между телефоном и телевизором... И тут я вспомнил как в 5 лет, подойдя к отцу с арбузом, только что купленным на рынке, сказал «смотри как я умею», подкинул арбуз над головой, а дальше как в фильме - медленно падающий арбуз, пытающийся поймать его отец, я понимающий, что вот сейчас мне влетит... короче, через провод я не разрешил прыгать сыну.

Современные подростки те ещё кадры, они играют в синих китов, травятся веселящим газом, ловят "Собачий кайф", неужели им не дорога их жизнь? Вот мы в их возрасте такой ерундой не страдали, мы как все нормальные дети прыгали по гаражам, гуляли по льду, воровали малину с огорода у контуженного соседа-афганца с ружьём, из которого он в последствии застрелил свою жену и тёщу.

В детстве, когда я был совсем ещё маленьким, было мне лет пять наверное. Хотел я в те годы, научиться подкидывать конфету и ловить её ртом (вроде, как из сериала "Мистер Бин" я ухватил данную, поистине генеральную идею). Само собой, у меня не особо получалось преуспеть в этом увлекательном занятии, да и к тому же, как на зло, у меня закончились все конфеты. Тогда в ход пошло всё, что только росло на уличных деревьях: зелёные яблочки, какие-то ягоды, даже зелёные и кислые сливы нашёл. И вот, сам не знаю как, попала мне в руки "волчья ягода". Бросок, гол! Тут пошли смутные воспоминания о том, как моя бабуля говорила мне, что эти ягоды есть нельзя, и что от них можно умереть. Мне вдруг стало очень стыдно, и я решил идти умирать туда, где меня потом ни кто не найдёт – под кровать. Пролежал я там часа четыре, а может даже и больше, после чего встал, отряхнулся и побежал дальше тренироваться.

Интересно, удастся ли вам объяснить своим детям, как раньше телевизионные каналы переключались плоскогубцами?

Что за мода пошла на ностальгию? Раньше такой фигни не было!

Поиск рая — это новый поиск детства.... В этом весь секрет мистического восхождения: стать опять как ребёнок, осознающий все, что происходит вокруг, с огромной любознательностью и чувством таинственного...

Автобус.
К девушке-подростку подходит пожилая бабушка и говорит:
— Внученька уступи место бабушке,… у бабули ножки больные…
Девочка, вынимая наушники из ушей обращается к бабуле:
— Бабушка, а вы когда молодой были, тоже место всем уступали?
— Конечно!
— Ну, вот и нехрен было уступать, сейчас бы и ножки ваши не болели!

Когда я был маленьким, я был вполне упитанным ребёнком (спасибо тебе бабушка) и очень любил покушать, когда я находился в детском саду, то часто предлагал девочкам, которые не очень хотели есть ту стряпню что нам тогда готовили, одну очень выгодную сделку. Я говорил им:
— Давай ты мне шнурки завязывать будешь (у меня тогда это никак не удавалось), а я за тебя твою порцию доем.

По случаю 80-летнего юбилея внуки подарили дедушке билеты в его родной город. Старик очень обрадовался, что увидит родной дом через много десятков лет. Приехал, смотрит: дом стоит, даже орнаменты на фасаде те же, только обветшали, то же дерево во дворе. Умилился дед, слезинку обронил и увидел на другой стороне улицы будку обувщика, памятную ему с юности.
Перешёл дорогу и постучал в стекло будки:
— Есть ли кто?
Изнутри раздался старческий голос:
— Есть, говорите.
— Помню эту будку ещё пятьдесят лет назад! Даже однажды оставил там пару обуви, коричневые мокасины.
Изнутри раздалось:
— Да, верно, с красным кантом.
— Точно!
— И нужно было приклеить левую подошву.
— Да!
— В среду будут готовы.

Трудность выбора — это когда ты зашёл в автобус, а там все места свободны.

Мы собирались в общаге вечерами и играли в Теккен. У нас была PlayStation и старый черно-белый телик. Эмоции через край. Эдди выбирать считалось читерством. Девочки-студентки заходили в гости, в халатиках, разливали чай. Никто из нас тогда не понимал, что лучше уже не будет. Никогда.

7-летний Я:
* Испуганно сижу в комнате ожидания у зубного врача *
Мама:
— Да ничего страшного, это совсем не больно!
Ребёнок в соседней комнате:
* СПААААААА-ААА-ААаа-ааааа-сиииииии-тееееее!!! *

— Меня всегда поражали люди, которые активно докапываются до сидячих в общественном транспорте граждан. У человека может быть температура и он не может стоять, может быть у него протезы и ему легче сидеть, чем стоять (в этой ситуации я бы отстегнул протезы и врезал бы хорошенько приставшему), а может он псих: ты его спросишь «Выходите на следующей?», а он достанет нож и отрежет тебе уши.
— Теперь у меня ещё +1 фобия...
— +1 тоже боюсь температуру подхватить.

— Простите, а клуб ностальгирующих здесь находится?
— Да, но он уж стал не таков, как прежде...

Недавно, сидя на кухне и вспоминая своё голодное, но такое интересное и весёлое детство, которое выпало на "лихие девяностые", я вдруг пришёл к выводу, что наше поколение детей болело куда реже, чем нынешнее. Не смотря на то, что мы целыми днями находились на улице, где собирали бутылки и металлолом, разламывая старые аккумуляторы от автомобилей и доставая из них свинцовые пластины, которые в дальнейшем плавили на костре и заливали в различные формочки, ну или просто лили в выкопанную в земле ямку. Лазили по крышам гаражей и магазинов, заправляли автомобили на бензоколонках (в то время заправщиков не было). Карабкались по веткам деревьев и употребляли в пищу всё, что только на них росло (вишня, яблоки, груша, сливы) естественно всё это недозрелое, зелёное и немытое, в итоге, просто обтёртое об майку или штаны. Питались даже смолой, что сочилась из повреждённых участков стволов деревьев. Берёзовым соком. И даже кислотой, что сочилась из задней части муравьёв. Гудрон был как жвачка, на которую у нас естественно денег зачастую не было (стоила она тогда, в прямом смысле копейки - 100 рублей (10 копеек) "Love is" и 200 рублей (20 копеек) "Turbo" с наклейками гоночных автомобилей). Главным лекарственным средством был конечно же подорожник, которым приходилось пользоваться чуть ли не каждый день. Компьютеров или каких-то гаджетов у нас и в помине не было (китайский калькулятор на солнечных батарейках не в счёт). У многих даже обычного телевизора дома не было. Парадокс, но ни смотря ни на что, мы болели крайне редко. Судя по всему, детство в те времена было на столько интересным, что даже организм отказывался болеть и заручившись поддержкой закалённого иммунитета, продолжал функционировать в штатном режиме, ведь вокруг было ещё столько всего неизведанного...

Во времена моего детства, мы смотрели футбольный матч Англия — Нигерия на чёрно-белом кинескопе телевизора и, если ты прибавлял яркость, то пропадала сборная Англии, а, если ты уменьшал яркость, то пропадала сборная Нигерии...

Девушка–стоматолог, жужжа сверлом, говорит своему пациенту, который сидит в кресле и дрожит от страха:
– Ну, Сидоров! Ты, наверное помнишь, как в 8-м классе на уроке математики дёргал меня за косички и всячески доставал?

О музыкальной школе у меня самые тёплые воспоминания. Меня в неё не отдавали.

— О музыкальной школе у меня остались самые тёплые воспоминания.
— Почему?
— Меня в неё не отдавали...

Вот вы все называете меня мажором, а ведь у меня в детстве была всего одна фигурка Чиполли́но и три солдатика... Причём Чиполли́но был из настоящего лука.

Останавливается автобус на остановке, открываются двери. В автобус поднимается мужчина, вслед за ним "вскарабкивается" какая-то бабуля.
Мужчина усаживаясь в пассажирское кресло:
— Извините, я доеду до центральной площади?
Бабушка:
— Нет.
Мужчина с расстроенным видом выходит из автобуса. Двери закрываются, автобус трогается.
Бабуля, кряхтя и усаживаясь на его место:
— А Я ДОЕДУ!

Парень едет в автобусе, сидит, смотрит в окно, гоняет мысли о чём-то своём у себя в голове. Пассажиров постепенно прибывает, все сидячие места уже заняты и входит бабуля-божий одуванчик. Парень подрывается, чтобы уступить место, но бабуля его останавливает на полдвижения сказав:
- Сидите-сидите, вы ведь тоже уже пожилой!
Сполз парень обратно на сиденье, смотрит в окно и думает: а ведь мне, на минуточку, всего-то 35, правда, быть может дело в бороде, да и выгляжу, походу, не очень. Так и продолжил он думать о чём-то своём, но уже на тему бренности бытия.