😄 Анекдот — Как Сара Абрама за керосином посылала
Анекдоты:
Просмотры 903   Комментарии 0

Как Сара Абрама за керосином посылала

— Абгам, вот тебе деньги, сходи и купи кегосину.
— Зачем нам кегосин?
— А вдруг война, отключат свет и, шо ты таки будешь сидеть как поц без света?
Вечером, Абрам вваливается пьяный. Сара:
— Ты где был?!!! Где кегосин?!!!
— Ай, Сага, не начинай! По доооге встгетил Ивана, он сказал, шо войны не будет ну, мы с ним за эту аадость пошли и таки выпили.
— Абгам! Ты таки конченный поц! Ивану шо?! Начнётся война, он взял винтовку и пошёл воевать, а ты, как последний идиёт всю войну будешь сидеть без света!!!

Теги Дата 17.10.2017  керосин, винтовка, абрам, Свет, война, Иван, евреи
Комментарии к анекдоту:
Лучший комментарий
17.10.2017 23:57 #
Тот самый момент, когда не анекдот, а жиза. =)
Код:
Похожие материалы:

    Встречаются вождь индейцев и вождь папуасов:
    Вождь папуасов:
    — А как у тебя еврейский вопрос решается?
    Вождь индейцев:
    — А очень просто: у меня евреев нет – и вопроса нет! А у тебя?
    Вождь папуасов:
    — А у меня плохо: сколько я ни объясняю своему племени, что евреи – такие же люди, как и мы – всё равно НЕ ЕДЯТ !!!

    Приходит католический пастор к парикмахеру. Постриг его мастер, а пастор спрашивает:
    — Сколько с меня?
    — Нисколько, ваше преподобие, я с католических пасторов денег за стрижку не беру, — ответил парикмахер.
    Приятно удивлённый, пастор удалился. На другой день приходит парикмахер и видит под дверями своей парикмахерской двенадцать бутылок лучшего монастырского вина.
    Через несколько дней приходит православный поп к парикмахеру. Постриг парикмахер и его. Поп спрашивает:
    — Сколько я вам должен, голубчик, за стрижку?
    — Да нисколько, батюшка. Православных священников стрижём бесплатно. И батюшка тоже удалился, поражённый бескорыстием парикмахера. На следующее утро парикмахер нашёл у дверей своей парикмахерской двенадцать бутылок водки.
    Ещё через несколько дней приходит к парикмахеру раввин. Постриг его парикмахер, а раввин и спрашивает:
    — Сколько вам заплатить?
    — Да нисколько, уважаемый ребе. Раввинов мы стрижём бесплатно. Раввин, обрадованный таким оборотом дела, ушёл. На следующее утро парикмахер нашёл у дверей своей парикмахерской двенадцать раввинов.
    Через несколько дней приходит к парикмахеру мулла. Постриг его парикмахер, и мулла спрашивает:
    — Сколько вам заплатить?
    — Да нисколько, уважаемый мулла. Вас мы стрижём бесплатно. Мулла, обрадованный таким оборотом дела, ушёл. На следующее утро парикмахер у дверей своей парикмахерской обнаружил 12 мёртвых раввинов.

    — Мама, попробуй, это вкусно.
    — Ну, Фимочка, это ведь дорого...
    — Нет, это совсем недорого.
    — На маме хочешь сэкономить?!

    — Сонечка, что ты замуж-то никак не выйдешь?
    — Ой, Софа, я тут давеча дала объявление: «Ищу верного спутника жизни», так мне только из собачьего питомника и позвонили...

    — Таки это вы вчера спасли из проруби нашего мальчика?
    — Ну да, а что?
    — Я его бабушка Лариса, зашла квартирку вашу посмотреть.

    Бог: Создаёт людей такими, какими они должны быть.
    Также Бог: Новые правила! Мне нужно, чтобы вы все срезали лишнюю кожу со своего пениса.

    Одесская семья, глава семьи Абрам читает маленькому Моне "Му-му". Прочитал, а у Мони глаза полны слёз.
    Абрам спрашивает:
    — Шо, таки жалко собачку?
    — Конечно, жалко! Её же можно было кому-нибудь продать.

    Vsevolod Chaplin:
    — В отличие от американцев, мы совершенно не боимся разрушения крупных городов. Чего бояться людям, живущим вечностью?
    Комментарий:
    — Правильно. Не боимся, потому как разрушать у нас уже нечего. Чего бояться людям, города которых уже и без того выглядят словно после апокалипсиса.

    Перевод устава израильской армии:
    1. Не отвечать вопросом на вопрос.
    2. Не давать ценные советы старшему по званию.
    3. Не вступать в коммерческую связь с противником.

    — Ты слышал, сегодня по новостям сообщили о том, что парламент принял закон о дате окончания второй мировой?
    — Ну приняли и приняли. Главное чтобы не приняли закон о дате начала третьей.

    — Рабинович, а шо вы имеете сказать за старость?
    — Старость – это когда из половых органов остались одни глаза.
    — А чтобы пооптимистичнее?
    — Но взгляд твёрдый!

    Одесса. Один сосед говорит другому:
    — Сёма, я восхищён вашими чувствами! Вы с Фирой вместе живёте уже 30 лет и, тем не менее, гуляя по городу, всегда держитесь за руку!
    — Изя, если я ее отпущу, она обязательно что-нибудь купит.

    Встречаются два еврея после Второй Мировой Войны один другому говорит:
    — Представляете, Фима, в войну меня схватили немцы, бросили меня в газовую камеру, дали мне противогаз и пустили газ. Я начал молится, так как эти противогазы продавал им я и только мне и Всевышнему было известно, что противогазы не фильтруют воздух. И шо вы думаете? Мои молитвы были услышаны и я остался жив! Это настоящее чудо!
    — Никакое это, Яша, не чудо, ведь газ немцам продавал я!

    Экзамен в университете. Тема прошедшего семестра: «Звук и свет».
    Заходит первый студент.
    Профессор спрашивает:
    — Что быстрее — звук или свет?
    Студент отвечает:
    — Свет.
    — Отлично, а почему?
    — Когда я включаю радио, сначала появляется свет, а потом уже звук!
    — Вон!
    В аудиторию входит второй студент. Профессор задает тот же вопрос.
    Ответ:
    — Звук.
    — Обоснуйте!
    — Когда я включаю телевизор, сначала появляется звук, а уж потом картинка.
    — Вон.
    Профессор задумался: «Или студенты очень уж глупые, или я задаю очень
    сложные вопросы?»
    Появляется третий студент.
    Профессор спрашивает:
    — Вы стоите на горе. На противоположной горе стоит пушка. Из неё стреляют. Что вы зафиксируете сначала — пламя из ствола или грохот выстрела?
    — Конечно, пламя из ствола!
    Профессор с облегчением спрашивает:
    — И как это можно объяснить?
    Студент задумался на секунду и отвечает:
    — Глаза же намного впереди ушей!

    Рабинович умер. В своём завещании он распорядился выделить 40 тысяч долларов на хорошие похороны. После окончания похорон, его вдова Сара, подошла к своей старой и лучшей подруге Розе и, обняв её, сказала:
    — Я уверена, что Изя был бы доволен!
    — Я знаю, что ты права, но сколько это всё стоило на самом деле?
    — Сорок тысяч долларов.
    — Всё было прекрасно, но $40000?!
    — Похороны – $6,500, я пожертвовала $500 синагоге, спиртные напитки, закуска, ещё $500, а остальные пошли на мемориальный камень.
    — $32,500 за мемориальный камень?! Какого же он будет размера?
    — Два карата.

    — Ребе, я еду в Одессу, курортный город. Я слышал, что девушки там одеваются не так, как у нас в местечке. Скажите, ребе, а можно мне смотреть на женщину, если она в мини-юбке или в блузке с декольте?
    — Можно.
    — А если она на пляже и в бикини?
    — Можно.
    — А если топлес?
    — Можно.
    — Ребе, а есть такие вещи, на которые еврею нельзя смотреть?
    — Есть.
    — Какие, ребе?
    — Например, электросварка.

    Роддом. В одно время рожают немка, русская и еврейка. Врачи, в суете принимающие роды, путают детей, и матери не знают, как определить где чей ребёнок.
    Немного подумав, немка говорит:
    — «Sieg Heil!» и один из детей вскидывает правую ручку.
    Удовлетворённая немка забирает ребёнка и уходит.
    Русская молча подходит и забирает ещё одного ребёнка.
    Еврейка спрашивает:
    — Постой, а как ты узнала, что это именно твой ребёнок?
    Русская ей отвечает:
    — Да очень просто – когда немка сказала «Sieg Heil!» мой ребёнок кулачки сжал, а твой обосрался.

    Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, Иаков родил Иосифа, Иосиф родил Моисея, а потом случилась какая-то фигня, и рожать стали женщины.

    Прибегает Пятачок к Винни-Пуху и говорит:
    — Винни, нам посылка пришла из Африки. В ней десять апельсинов.
    Тебе семь и мне семь.
    — Как так? – удивляется Винни-Пух. — Их всего десять!
    — Ничего не знаю. Свои семь я уже съел!

    Штирлиц медленно шёл по улице. Видит, по другой стороне идёт черноглазый мальчик в кисе.
    – Вырастет, будет евреем, – грустно подумал Штирлиц.

    — Я еврейский джин, и у тебя есть два желания.
    — Но всегда дают три!
    — Ладно, исполнено. У тебя осталось два желания.

    В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
    Первым взял слово проректор-патриот:
    — Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
    Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
    — Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
    Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
    — Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
    Тут вмешался проректор-сионист:
    — Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
    В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
    — Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
    Совет возмутился хором:
    — Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
    Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
    — Тех, кто лучше играет на скрипке.

    Ксёндз (католический священнослужитель) встречается с раввином и говорит:
    — Мне сегодня приснился странный сон. Будто попал я в еврейский рай. И там такая грязь, вонь и толкотня!
    — А мне, – говорит раввин, — снилось будто попал я в христианский рай. И там так чисто, светло, сплошное благоухание — и ни души!

    — Знаешь, подруга, я так одинока, так одинока!
    — То есть как это одинока? Ведь всем известно, что у тебя есть не только любящий муж, но и красавец любовник...
    — В том-то всё и дело – они постоянно надеются друг на друга!

    — Мама, а кто такой Карл Маркс?
    — Экономист.
    — Как наша тётя Софа?
    — Ну шо ты говоришь глупостей, Сёма, наша тётя Софа — старший экономист!

    Одесса. Крик из окна:
    — Хаимчик! Иди пить какаву!
    — Бабушка, а шо это такое?
    — Не знаю, но пусть соседи сдохнут с зависти!

    Соня пришла к гадалке.
    — Меня любят двое парней: Абрам и Изя. Скажи, кому из них повезёт? Гадалка разложила карты, потом внимательно посмотрела на девушку.
    — Повезёт Изе — на тебе женится Абрам...

    Ругаются между собой два еврея.
    — Ты скот!
    — Что ж, я скот, — говорит второй, — у меня только один вопрос: я скот, потому что я твой друг, или я твой друг, потому что я скот?

    Партийное собрание, советское время. Один из участников, Абрам Семенович, поднимает руку.
    Ему говорят:
    — Ты посиди. Знают уже там. Он, видимо, из региональной прессы. Тот опять.
    Они говорят:
    — Посиди.
    Он говорит:
    — Ну, одно слово!
    Ведущий подумал и говорит:
    — Ну, одно слово скажи.
    Он встаёт и говорит:
    — Караул!

    Заболел богатый еврей. Вызвали доктора, все родственники собрались возле постели.
    — Доктор, скажите, есть хоть какая-нибудь надежда?
    — Увы, пока нет. Это обычная ОРВИ…

    Сара давно поняла, что извиниться перед гостями за то, что не убрано, во много раз легче, чем сделать уборку.

    Сидят два еврея. Один говорит:
    — Изя, моей Софе секс нужен каждый день. А я уже не молод, я так больше не могу.
    — Абрам, я тебя много лет назад предупреждал: не женись на некрасивой женщине, тебе никто помогать не будет.

    - Абрам, сыночка! Возьми на улицу фонарь!
    - Зачем? Там же светло!
    - Потом будет темно! Ты таки точно хочешь быть как твой брат Хаим?
    - А шо Хаим?
    - Так он тоже не хотел брать фонарь… И ты видел кого он нам привёл?

    В консерваторию по классу скрипки на 10 мест 100 претендентов: 10 евреев и 90 русских. Собрался ректорат, решают, кого взять, чтобы по справедливости.
    Проректор-патриот:
    — Надо взять 10 русских.
    Проректор-коммунист:
    — Надо взять 9 русских и одного еврея.
    Проректор-демократ:
    — Надо взять 5 евреев и 5 русских.
    Проректор-сионист:
    — Надо взять 9 евреев и одного русского.
    Ректор:
    — А вы все, оказывается, националисты.
    Все:
    — Ни фига себе! А кого же, по-твоему, надо брать?
    Ректор:
    — Тех, кто лучше играет на скрипке.

    — А где же наш Абрам Самуилович, давно его не видно?
    — Он Богу душу продал.
    — Может, отдал?
    — Нет.

    Старый Абрам учит своего совсем ещё юного внука Хаима:
    — Запомни, Хаимчик. Знакомый – это человек, которого мы знаем достаточно хорошо, чтобы занимать у него деньги, но недостаточно хорошо, чтобы давать ему взаймы.

    — Моисей, а почему мы идём через море?
    — Потому что через город стрёмно мне со всей вашей шоблой идти...

    Что делают люди, когда им отключили свет?
    Правильно, бегут к окну посмотреть, каким ещё домам электричество вырубили.

    Сара с Абрамом встречаются втайне от мужа. Она говорит Абраму:
    - Сегодня ночью стой под моим окном, когда мой муж уйдет, я с балкона сброшу тебе монетку.
    Наступает ночь. Уже смеркается. Любовник стоит под окном у Сары, ждёт. Вдруг слышит, как об асфальт звонко ударилась монета. Он тут же бросается в темноту, скорей монетку искать. Ищет час, два, даже через три часа так ничего и не нашёл. Приходит к Саре, весь грязный, уставший, замученный и расстроенный. А она ему говорит:
    - Ты что, монету искал?
    - Да, - говорит Абрам.
    Сара улыбаясь:
    - Ты что же думаешь, я дура? Я же ее на веревочку привязала.

    Вопрос «Есть ли евреи на других планетах?» очень интересовал доктора астрономии и члена-корреспондента Академии Наук Семёна Каца.
    Когда все ушли с работы, он отправил в космос сообщение:
    — Ну?
    Ответ пришел через 5 минут:
    — Сёма, не морочьте нам голову.

    — Алло, Хаимчик, сыночек, ты уже взрослый, и сделай так, как говорит тебе внутренний голос, идущий с телефона...

    Встретились два еврея, один и говорит:
    — Ой, Марк Соломонович, я таки слышал шо вы собираетесь на концерт великого оперного певца? Таки я умоляю вас, не тратьте ваши деньги на него! Поёт плохо, в ноты не попадает, голос гнусавый.
    — Но постойте, Хаим Яковлевич, разве вы интересуетесь оперой и таки были на концерте?
    — Ой, вэй, упаси Господь от этого ужаса. Мне таки сосед рассказал, Абрам Моисеевич, он же и напел.

Загрузка материалов...