Американцы и секретные чертежи советского истребителя

В разгаре Великой Отечественной войны, перед самым наступлением командир посылает через передовую группу разведчиков. Разведчики не возвращаются. Отправленная вслед на ней вторая группа тоже не выходит на связь. Ставка перед началом операции срочно требует разведданные.
Командир вызывает Рабиновича и говорит:
— Иди, на тебя вся надежда.
На следующий день Рабинович возвращается и передаёт командиру немецкие документы: схемы, карты, чертежи оборонительных сооружений и т.д., короче говоря полный комплект.
Ошарашенный от такого изобилия командир ничего не понимает:
— Ну ты даёшь! Как?! Как тебе это удалось? Рассказывай!
— Самое сложное было, – улыбнувшись отвечает Рабинович, – это найти еврея на той стороне. А дальше уже было просто – я ему схемы и планы укреплений нашей стороны...

"Многие историки утверждают, что Сталин был самым настоящим тираном и он отправлял детей в лагеря целыми классами".
Например, 16 июня 1925 года в Крыму открыл свою первую смену лагерь-санаторий "Артек".

В Сибири и на крайнем Севере, где особенно нужны мощные грузовики, говорят, что чехословацкий самосвал "Татра" — это три года работы — и нет машины. В то время, как советский "КрАЗ" — это три года работы — и нет шофёра.

Двигаясь по длинным коридорам рейхсканцелярии, Штирлиц любил напевать песню "Широка страна моя родная".
Немцы терпели это, но только до 1943 года.

— Новый год! Доставай свой раскладной стол!
— Но у меня нет раскладного стола!
— Черт, сколько тебе объяснять? Ты русский, у тебя есть раскладной стол!
— Меня тошнит от этих стереотипов!
— Да пусть хоть вырвет! Проверь на балконе.
...
— Твою мать...

— Почему ты носишь эти вещи, они же старые, из СССР?
— Потому что они целые до сих пор.

В одной малоцивилизованной африканской стране случилась вспышка страшной мочеполовой заразы и чтобы спасти бедняг от этой напасти, в страну направляют свои медицинские делегации Штаты и Советский Союз.
После первой недели работы американцы отчитываются:
- Мы стерилизовали 50 человек!
Советская делегация докладывает:
- 500 человек.
Американцы в шоке, срочно подтягивают еще спецов, трудятся денно и ночно, через неделю гордо отчитываются:
- Стерилизовано 1000 африканцев.
Советская делегация:
- Операция проведена 20 000 нуждающимся.
Тогда американцы отправляются в стан конкурентов, чтобы понять, что они делают не так. Перед ними предстаёт картина: средь саваны стоит палатка и к ней очередь негров, уходящая за горизонт. Заходят в палатку, там двое санитаров держат голого аборигена, а врач на табурете с двумя кирпичами в руках ХЛОП, И готово!
Охреневшие американцы:
- Это же больно, наверно!
Советский специалист, смотря на кирпичи:
- Да нет, только если по пальцу попаду...

— Правда ли, что при коммунизме продукты можно будет заказывать по телефону?
— Правда. Но выдавать их будут по телевизору.

Запомните, не стоит верить всем тем, кто утверждает, что якобы в СССР всё было плохо. Ведь когда-то давно и я сам, к большому своему стыду, поверил в это. Сейчас понимаю, что многое там было просто замечательно! Вот, к примеру, там, в СССР, я был молодой и здоровый, а здесь, в Израиле — я старый и больной.

Внимательный Толик доллар нашёл,
с долларом этим в «Берёзку» пошёл...
Долго папаша ходил в Комитет:
доллар вернули, а Толика – нет.

На три необитаемых острова высадили двух американцев и американку, двух англичан и англичанку, двух русских и русскую. Через год проверяют, как они устроились. На первом острове американка вся в слезах: из-за нее мужчины перессорились, а она одна. На втором острове все трое построили себе отдельные жилища, так как их не представили друг другу. На третьем — такая картина: женщина с деревянным плугом пашет землю.
— Как вы устроились?» – спрашивают у неё.
— Один мужчина председатель, другой – парторг, а я – народ.
— А как насчёт личной жизни?
— Три дня я жена председателя, три дня – парторга. А на седьмой день собирают общее открытое собрание и обсуждают моё аморальное поведение.

— Петь, мне рожать скоро, а колясок в продаже нет. Слушай, ты же на заводе колясок работаешь, выноси каждый день по детальке, потом целую соберёшь.
Петя начал выносить. Накопил комплект, заперся в сарае собирать. Час, два, три, сутки... Выходит под утро весь уставший, прикуривает папиросу:
— Ничего понять не могу: десять раз собирал, всё равно пулемёт получается!!!

— Смените мне имя, фамилию и отчество!
— А как вас зовут?
— Никита Виссарионович Троцкий.

— Будут ли при коммунизме деньги?
— Югославские ревизионисты утверждают, что будут. Китайские догматики утверждают, что нет. Мы же подходим к вопросу диалектически: у кого будут, а у кого и нет.

А из нашего окна
площадь Красная видна,
мы в оптическом прицеле
даже БРОВИ разглядели!

Эдмундович Феликс по свалке гулял,
ржавые гвозди в мешок собирал...
С треском по черепу трахнул кирпич –
метко бросает Владимир Ильич!

На экзаменах в школу разведчиков абитуриент Иванов не ответил ни на один вопрос и был принят сразу на третий курс.

Сидит наш Генералиссимус и размышляет:
— У нас такие хорошие бомбардировщики, мощные бомбы, а мы ничего не бомбим. А давайте разбомбим Лос-Анжелос!
— Но Леонид Ильич, это же Америка, они и ответить могут и Москву разбомбить!
— А давайте тогда разбомбим Пекин!
— Леонид Ильич, это же китайцы, их больше миллиарда, даже если они сдадутся, мы их не прокормим!
— А давайте тогда разбомбим Варшаву!
— Леонид Ильич, но это же наши союзники – Варшавский договор!
— А давайте тогда бомбить Воронеж!!!

Единственное, что могло сломаться у советской мясорубки — это стол, к которому она крепилась.

Два русских сувенира – матрёшка и водка – удивительно похожи: открываешь первую, а там и вторая, и третья.

Америка. Парикмахерская. Парикмахер стрижёт клиента.
— Какие планы на отпуск, старина? – спрашивает парикмахер у своего клиента.
— Да вот, хочу побывать в Москве. – отвечает тот.
— В Москве!!! В этом грязном, вонючем городе, где мусор не убирают и по улице ходят бандиты и медведи! Да вы что, сэр?! Не вздумайте!!!
— И всё-таки я поеду. Ведь мои дедушка и бабушка когда–то жили там!
— А какими авиалиниями летите? – спрашивает парикмахер.
— Аэрофлотом! – отвечает тот.
— Мама дорогая, это самые поганые авиалинии. Там воняет керосином, ужасная теснота и отвратительная еда. Пару часов опоздания вам гарантировано.
— И всё-таки я еду!
— Ну ладно, а в какой гостинице вы остановитесь в Москве?
— В «России»!
— Какой кошмар! Там куча проституток, ломовые цены, кругом тараканы и мерзопакостный персонал.
— Я еду, в любом случае!
— А что же вы будете делать в Москве? – не унимается парикмахер.
— Хочу сходить в Мавзолей Ленина!
— Но ведь там же огромная очередь, кругом милиция и шмон. Мерзко и противно!
— Меня ничто не остановит! – отвечает клиент.
Через пару месяцев, после поездки он снова приходит в парикмахерскую.
— Привет, дружище, – говорит парикмахер, — как поездка? Правду ли я вам говорил про Москву?
— Знаете, Москва мне очень понравилась. У них новый мэр и он навёл там порядок. Кругом чистота, криминала мало и медведей я не видел!
— Ну, а Аэрофлот как? Всё, как я сказал?
— Не совсем. Самолёт был почти пустой, так что нас пересадили в первый класс. Кормили отменно и стюардесса была очень милой и симпатичной девушкой.
— Ну, а гостиница, правда, дрянь?!
— Что вы! Они там недавно сделали ремонт и была неделя скидок, так что я жил в номере люкс! Никаких проституток и тараканов.
— Ну, а Ленина-то видели? – не унимается парикмахер.
— Представьте себе, видел. И вы даже не поверите. Стою я в очереди, вдруг подходит человек в штатском, отводит меня в сторону и говорит, что их учёные только что совершили чудо и смогли оживить Ленина, и что он хочет поговорить с кем-нибудь из толпы. И они выбрали меня для этой цели.
— Боже, ушам своим не верю! И что же Ленин вам сказал?
— Да всего пару слов: «Батенька, и кто же это вас так отвратительно подстриг?».

Расцвет коммунизма. Объявление на дверях продуктового магазина: СЕГОДНЯ В МАСЛЕ ПОТРЕБНОСТИ НЕТ.

Летит транспортный самолет со своей крейсерской скоростью, его эскортируют два истребителя. Пилотам на истребителях скучно «ползти» с такой скоростью, ну они и начали:
— Второй, а ты так можешь?
* И раз, петлю *
— Третий, могу!
* Повторяет *
— А ты так?
* Делает колокол *
Выпендриваются, а пилота транспортника это задело, он по рации:
— Второй, третий, а спорим, я сейчас такое сделаю, что вы не повторите.
Они пристраиваются сзади, чтоб лучше видеть.
— Первый, давай!
— Смотрите!
И продолжает лететь по прямой. Минуту, две,... пятнадцать. Истребители не выдерживают:
— Первый! Ну?
— А я уже сделал!
— Что?
— Тpaxнул стюардессу, выпил кофе и выкурил сигаретку.

— Есть ли сахар на Марсе?
— Ну, судя по тому что у нас его нет, он весь там...

Как это ни парадоксально, но замедление тг-каналов — прямое следствие ускорения, затеянного некогда генсеком М.С. Горбачёвым.

Два брата, Джон и Боб, живут в Америке и являются членами Коммунистической партии. Они решают эмигрировать в СССР. Несмотря на то, что они не верят негативным сообщениям американских СМИ об условиях жизни, тотальном дефиците и преследованиях в СССР, они решают проявлять осторожность.
Во-первых, только Джон поедет в Россию, чтобы проверить правдивость американских СМИ. Если, вопреки сообщениям СМИ, условия жизни хорошие, а сообщения о преследованиях со стороны КГБ ложные, то Джон напишет письмо Бобу чёрными чернилами. Этот цвет означал бы, что письмо должно быть принято за чистую монету, и коммунизм так хорош, как о нём все говорят.
Если же ситуация в СССР плохая и Джон побоится писать правду, он будет использовать красные чернила, указывая, что всему, что он говорит в письме, верить нельзя.
Три месяца спустя Боб получает письмо от Джона, которое написано чёрными чернилами.
"Дорогой брат Вася! Я так счастлив здесь! Это прекрасная страна, я наслаждаюсь полной свободой и очень высоким уровнем жизни. Всё, что пишет капиталистическая пресса в Америке, — ложь. Всё легкодоступно! Нет никакого дефицита. Есть только одна мелочь, которой не хватает: красные чернила!"

Жириновский рассказывает Ельцину старый анекдот:
— В 1986 году взорвался Челленжер. Французы принесли соболезнования через два часа, англичане через час, а Советский Союз за час до взрыва.
Президент США:
— Ох уж эти русские! Ладно, что у них там на «Ч»?
Ельцин:
— А мне понравилось! Что у меня тут на «Ч» есть?

В сталинские времена тотальной слежки собрался муж спать ложиться да призадумался, как ему жену поиметь, чтобы не посадили: «Ежели сверху скажут эксплуатация женщины. Ежели снизу скажут попал под каблук к жене. Ежели справа скажут правый уклон. Ежели слева скажут левый уклон».
Ну, муж думает ну её, да и самоудовлетворился. Eго всё равно посадили – за связь с кулачеством и разбазаривание семенного фонда.

Идут похороны Черненко. Какой-то мужик пытается прорваться ближе к траурной процессии. Ему удается пройти первое кольцо оцепления из милиции, второе — из военнослужащих, прорываясь через третье — из сотрудников КГБ его останавливают и спрашивают:
— У Вас приглашение?
— Нет, у меня абонемент!

Два брата — колхозники. В войну один был командиром партизанского отряда, другой — полицаем. После войны первый остался рядовым колхозником, а второй, отбыв срок, пошёл вверх: звеньевой, председатель, депутат.
Первый:
— Я понять не могу, как так? Я партизанил, герой, всю жизнь вкалывал, копейки лишней не взял, а ничего не имею. А ты предателем был, а сейчас в больших начальниках ходишь.
— Ну, всё правильно. Вот что ты в анкете в графе «Родственники» пишешь?
— Правду пишу! Что брат у меня — полицай, предатель Родины.
— Вот! А я пишу, что мой брат — герой, командир партизанского отряда.

В Киеве в паспортный стол приходит человек и говорит, что хочет сменить фамилию на более известную.
— И какую фамилию вы хотите?
— Лобановский.
— А какая у вас сейчас?
— Лобачевский.

Два советских скрипача возвращаются с международного конкурса. Один занял второе место, а другой – тридцать седьмое.
Лауреат в полном расстройстве, другой его утешает:
— Да плюнь, Жора, второе место – тоже неплохо!
— Да ведь если бы я занял первое место, то по условиям конкурса мне бы дали играть на скрипке Страдивари...
— Ну и что тебе с этого?
— Ну как бы тебе объяснить понятнее... Для меня сыграть на скрипке Страдивари – то же самое, что для тебя пострелять из маузера Дзержинского.

Построили в США суперкомпьютер. Запрограммировали на предсказания будущего. Позвали президента, чтобы показать новинку.
Президент подумал и спросил:
— Когда начнётся Третья мировая война?
— В 2050 году.
— А сколько будет стоить Кока Кола после Третьей мировой?
Компьютер задумался и выдал:
— Кока Кола будет стоить 20 копеек!

В здании церкви раздаётся телефонный звонок:
— Алло, батюшка, это Вас из горкома беспокоят. У нас тут такое дело, совещание должно пройти, а стульев на всех присутствующих не хватает... Пришлите, пожалуйста, нам с десяток.
— Хрен вам, а не стулья. В прошлый раз одолжил, так вы их все какой-то похабщиной исписали и изрисовали.
— Ах "хрен вам, а не стулья", тогда хрен вам пионеров в церковный хор!
— Ах "хрен вам пионеров в церковный хор", тогда хрен вам монахов на субботник!
— Ах "хрен нам монахов на субботник", тогда хрен вам партийных на крёстный ход!
— Ах "хрен нам партийных на крёстный ход", тогда хрен вам монашек в вашу финскую баню!
— А вот за это, батюшка, можно и партбилет на стол положить!!!

— Длинное, зелёное, мясом пахнет – что такое?
— Советская электричка из Москвы. (Мясная электричка)

СССР. Объявление на заборе: Пропала собака: спаниель, рыжая, сука, сволочь, падла, как я ненавижу эту [*****] страну!

Советские времена. На бульвар привезли бочку кваса. Продавец отцепляет её, готовится торговать.
Подходит мужик:
— Сколько стоит вся бочка?
— Ну считай: двести литров, по тридцать копеек кружка. Сто двадцать рублей.
— Вот тебе деньги, иди отдыхай, развлекайся. Вечером придёшь за пустой бочкой.
— Хорошо!
Продавец уходит. Мужик разворачивает плакат "Квас бесплатно".
Народ сначала удивился. Потом стали подходить. Потом очередь образовалась. Потом длинная очередь. Потом толпа. Мат, крики. Кто без очереди лезет, кому-то не досталось. Драка началась. Поножовщина.
Милиция приехала. Толпу разогнали. Зачинщиков — в кутузку. Мужика туда же.
Начинают его расспрашивать:
— С какой целью спровоцировал драку?
— В мыслях не имел!
— Незаконной торговлей занимался?
— Бесплатно людей квасом угощал. Есть свидетели.
— Значит квас ворованный!
— На свои кровные купил. Имею право.
— Может ты псих?
— Нормальный. У меня и справка есть.
— Ладно, мужик, мы тебя отпустим. Только скажи, зачем ты это сделал? Зачем свои деньги тратил? В чём фишка?
— Ладно, так и быть, скажу. Человек я уже не молодой. До коммунизма точно не доживу. А так хотелось посмотреть, как оно будет... При коммунизме...

Тема докторской диссертации: «Могла ли уцелеть страна, во главе которой волей правящей партии оказались Горбачев, Яковлев, Шеварднадзе?»

Брежнев на похоронах товарища Гречко читает по бумажке:
— Дорогие товарищи! Сегодня мы провожаем в последний путь выдающегося деятеля коммунистического движения, нашего горячо любимого Леонида Ильича... Брежнева. Хммм! (смотрит на бумажку, хлопает по карманам). Извините товарищи, кажется я по ошибке надел пиджак товарища Андропова.

Не сдавшие экзамен по истории остаются на 37-й год.

— Вы можете что-нибудь привести в пример родом из СССР, чтобы оно уверенно, надёжно, без остановок функционировало?
— Да. Это моя жена, она родилась еще в СССР. Её не переспоришь.

— Чем ЦК отличается от ЧК?
— ЦК – цыкает, а ЧК – чикает.

Горбачёв звонит Рейгану:
— Примите наши соболезнования по поводу взрыва «Челленджера».
— «Челленджер» ещё не взлетел — у него старт только через два часа.
— Чёрт! Проклятая разница во времени!

Волосы седые
на головке детской:
хорошо живётся
нам в стране советской!

— Рядовой Петров!
— Я!
— Вот вам кирпич — собьёте самолёт противника!
— Как — кирпичом?! Самолёт?!!
— Петров — вы же КОММУНИСТ!
Переламывая кирпич об колено на две части:
— Я собью ДВА самолёта!

— Абрам, почему нигде в мире так и не удалось построить коммунизм?
— Потому, Хаим, что в процессе его строительства рано или поздно всегда кончается еда.

Мюллер:
— Штирлиц! Ваши соседи жалуются, что у вас утром гимн Советского Союза гремит на всю округу!
— А что ещё может поднять с постели советского человека в шесть утра?

СССР, конечно, был мирным государством, но кидать гранаты нас учили ещё со школы.

Заявление. Прошу доверить мне новую государственную тайну, так как старую я вчера по пьяни разболтал.