Картошка пишет мемуары 16+

Один мужик идёт вдоль улицы и копает ямы, за ним второй эти ямы закапывает.
Прохожий удивляется:
— Вы что делаете, идиоты? Один копает, второй закапывает?
— Я не второй, я третий. Второй не вышел на работу — он должен был деревья сажать.

Страшно далеко наше государство от человека, но когда оно приближается к нему, то становится ещё страшнее.

— Дорогой, может, всё-таки сходим к семейному психологу?
— Как ты выбралась? Быстро вернулась обратно в подвал!

— Алло, Чувак!! Приезжай к нам на дачу!
— Не Хочу!!!
— У нас тут много пива, шашлык, и пьяные девочки...
— Папа, я второй раз на эту уловку не куплюсь! Копайте картошку сами!

Меню в институтской столовой:
Первое — борщ;
Второе — картофель в депрессии;
Третье — компот.
Недоумевающие студенты подходят к поварихе:
— А что это за картошка такая сегодня в меню?
— А-а-а, это подавленная такая картошечка, пюре знаете?

Дорогие девушки, не давайте парням ложных надежд! Не оставляйте на плите пустую сковороду с закрытой крышкой.

Жена говорит мужу:
— Мусульманам картошку есть запрещается?
— С чего ты это взяла!?
— К Светке вчера близкий знакомый в гости заходил, она стол накрыла, а он тарелку отодвинул и говорит: "Мне это Аллах есть запрещает!".
— А что в тарелке было?
— Да картошка жареная с салом...

— Как отличить плохой фильм ужасов от хорошего?
— Очень просто! В плохом фильме ужасов зрителя изо всех сил пугают битым стеклом, обгоревшими трупами, резкими звуками и внезапно выпрыгивающими зомби. А в хорошем — в кадр тихо-мирно вползает ежик, и от этого можно обосраться!

То, что мы раньше при копке картошки откидывали в сторону со словами «на корм скотине», теперь в фешенебельных ресторанах называется «бэби-картофель» и стоит таки порядочных денег.

От любимой девушки до монстра 40 лет семейной жизни

Сижу в Интернете, никого не трогаю, как вдруг, чувствую запах жареной картошечки, а ведь я её вариться поставил!

В одном маленьком, но очень дружном семействе каннибалов — скончался отец. Грустно, но вкусно.

Семья приходит в ресторан. Поели, отец расплачивается, а мать говорит официанту:
— Вы не против, если возьмем остатки домой, для собаки?
— Да, конечно, пожалуйста!
Дети, хором:
— Ура! Нам купят собаку!

Сколько раз жена меня спрашивала: «Что ты хочешь на ужин?», я ни разу не угадал.

— Почему ты не хочешь надеть то, что мне нравится, что я люблю, дорогая?
— Я не могу надеть борщ и шашлык с пивом.

Смотреть социальные драмы, живя в России — это равносильно всю жизнь питаться одними пельменями, а потом впервые прийти в ресторан и заказать себе пельмени.

На мужчин нет необходимости повышать голоса, они должны бояться одного лишь только взгляда.

Жена каждый вечер интересуется у меня — что я буду есть на ужин? Ещё ни разу не угадал.

Самое страшное в фильмах ужасов? Это момент, когда в фильме наступает полная темнота, и я вижу в отражении ноутбука свои подбородки.

Драники — это блюдо смирения и покаяния. Только отбросив всё мирское можно хреначить картошку на тёрке 40 минут.

Да, у меня проблемы с доверием. В самолёте я не сплю, потому что кто-то должен держать машину в воздухе силой своего ужаса.

Ночью, когда Никите Джигурде снятся страшные сны, от страха и ужаса содрогаются все, кто живёт с ним по соседству.

Будучи крайне любознательным ребёнком, я очень любил заниматься археологией, как мне тогда казалось, но чуть позже, немного повзрослев, я понял, почему мама называла это «копать картошку».

А вы знаете, что такое страх? Страх — это, когда ночь, слабо горит ночник, ты дома только с котом, а он вдруг застывает, смотрит тебе за спину, и у него начинают увеличиваться зрачки. Он меня так скоро до инфаркта доведёт, тролль лохматый.

Я удачно вышла замуж и уехала жить к мужу в Израиль, он меня так сильно любит, что когда я заболела и не могла ходить на работу, он мне давал деньги в долг и даже покупал продукты.

Во время просмотра телевизора, складывается такое ощущение, что основная задача ведущих прогноза погода — это как можно сильнее напугать впечатлительных телезрителей ужасной погодой и поскорее впарить им лекарства от простуды.

Разговаривает еврейская пара:
— Мойша, а можно я задам вопрос?
— Какой?
— Когда мы пойдём в ресторан?
— Нельзя.