Высокая Кремлёвская стена

Старшина говорит новичкам в Афганистане:
— За каждого взятого в плен душмана командование платит тысячу афгани.
— Сколько-сколько? — спрашивает рядовой Рабинович.
— Тысячу! Только ты сначала поймай.
Рабинович уходит в разведку. Два дня его нет, а на третий он идёт по дороге и ведёт целую шеренгу пленных душманов.
— Принимайте, товарищ старшина! И не забудьте: за каждого по тысяче.
— Рабинович, имей совесть! Вон ты их сколько привёл. Давай хоть по пятьсот.
— Здравствуйте! По пятьсот я им сам плачу.

— Абрам Моисеевич, как вы себя чувствуете?
— Изя, а шо тебя так сильно беспокоит? Тебя нет в завещании!

— Хаим, ты часто читаешь вечернюю молитву?
— Часто.
— Ну и как?
— Ты знаешь, пока никаких результатов.

— Абрам, давай таки выпьем за тех, кого с нами нет...
— Ага, Хаим, и таки побыстрее... пока их нет!

В своей каморке сидит старый-старый еврей — сапожник.
Мадам Циперович принесла ему туфли, чтобы немного подклеить. Сапожник внимательно смотрит поверх очков на обувь, ковыряет подошву и изрекает:
— Мадам, их давно уже пора продать!

— Изабелла Семёновна, соседи удивляются: а шо это вы уже второй день с мужем не ругаетесь?
— Мы с ним в ссоре.

— Софа, ну ты только посмотри, что вытворяет эта старуха!
— И что же она делает?
— Она делает вид, что перебегает улицу!.. Я не буду тормозить...

— Мужчина на задней площадке, оплатите проезд, иначе я всю дорогу буду делать Вам стыдно.

- Абрам, почему вы сбежали из ЗАГСа от невесты?
- А шо таки было делать??? Она пришла с орденом "Мать-героиня"!!!

Тётя Фая решила угнать самолёт. Она протиснулась в кабину пилотов и закричала:
— В Тель-Авив! Или я разденусь!

Еврей — космонавт! На сеансе связи с управлением полетами…
— Алло, Земля, ответьте, пожалуйста, я забыл свой позывной — кто я?! Алло, Земля, ответьте кто я?! а то я забыл…
Управление полетами:
— ПОЦ! ты вообще-то, но сейчас — «СОКОЛ»!

— Хаечка, я тебя предупреждала, что твой Фима таки бабник! Я вчера его видела выходящим от любовницы.
— Тю, Софочка! А шо ему там безвылазно сидеть?

Американский генерал, британский генерал и израильский генерал вышли в море. Они спорят о том, чьи солдаты самые храбрые.
Американский генерал говорит:
— Мои солдаты самые храбрые. Вы только взгляните на это.
Он подзывает одного из своих солдат, связывает ему руки, взваливает ему на спину тяжелый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах. Солдат послушно прыгает в воду, дважды проплывает и возвращается.
Все три генерала, стоя аплодируют храброму американскому солдату.
Британский генерал говорит:
— О, мои солдаты ещё храбрее. Смотрите сюда.
Он подзывает одного из солдат, связывает ему руки и ноги, взваливает ему на спину тяжёлый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах. Солдат послушно прыгает в воду, дважды проплывает и возвращается.
Все три генерала, стоя аплодируют храброму английскому солдату.
Израильский генерал говорит:
— Мои солдаты ещё храбрее. Смотрите сами.
Он подзывает к себе одного из солдат, связывает ему руки и ноги, взваливает ему на спину тяжёлый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах.
Солдат отвечает:
— Ни за что! Вы же связали мне руки и ноги, навалили на меня тяжёлый груз, и теперь хотите, чтобы я плавал в водах, кишащих акулами? Я же там умру!
Затем генерал поворачивается к американскому и британскому генералам и говорит:
— Ни один солдат не осмелится так разговаривать со своим генералом. Мои самые храбрые!

— Доктор, ну что там у меня?
— Да, Хаим Израилевич, вот тут на снимке мы нашли у Вас какое-то образование…
— Шо значит какое-то?! Не какое-то, а экономическое!

— Скажите, вы часом не с Авангарда?
— Нет, я не с Авангарда.
— О! Так мы с вами земляки!
— Это как так?
— Я тоже таки не с Авангарда!

Телеведущий:
— Господин Рабинович, расскажите, как вы стали миллионером.
— Ну, я когда я впервые попал в Америку, у меня в кармане было всего 10 центов. Я купил себе на них два яблока, вымыл их и продал по 10 центов каждое.
— А потом?
— Потом на эти деньги купил четыре яблока, вымыл и продал по десять центов каждое.
— А потом?
— А потом умер мой дядя и оставил мне в наследство несколько миллионов долларов...

— Абрам, необходимо, по-возможности, жить честно.
— Фима, я бы с превеликим удовольствием, но к сожалению, у меня нет такой возможности.

— Абрам, ты шо хочешь: быть правым или здоровым?
— Ну шо ты, Софочка, я просто хотел с тобой поговорить…
— Хотел поговорить, так молчи!

Софа, обливаясь слезами и всхлипывая, разговаривая по телефону со своей матерью, говорит:
— Мама, уже двенадцать часов ночи, а Хаима всё нет и нет… Он, скорей всего, сейчас у какой-нибудь распутной девицы дома, лежит довольный и изменяет мне с ней…
— Софочка, ну зачем сразу подозревать худшее? Может, его просто сбила машина, когда он переходил через дорогу.

— Абрам, наш сын Семён будет скрипачом.
— Но у него же совсем нет слуха!
— Слух-то тут причём, вообще? Он будет играть. Слушать будут другие.

— Софочка, а вы таки знаете, шо такое писк моды?
— Писк моды — это звук, который издаёт мой Сёма, когда видит ценник на этой модной вещи…

— Изя, сейчас же прекрати это делать!
— Сонечка, золотце, но я даже слова не сказал…
— Ты слишком громко думаешь!

Абрам заразился коронавирусом и отправился в местную поликлинику, где врачи сообщили ему о неутешительных прогнозах и предупредили о том, что жить ему осталось недолго.
После услышанного, Абрам попросил врачей пригласить к нему в больничную палату муллу. Мулла пришёл к нему и начал читать какие-то молитвы.
Абрам подозвал его к себе поближе и говорит:
— Когда я уйду в мир иной, снимите с моей цепочки на шее все эти ключики — один от моего дома, другой от сейфа. Зайдите в мой дом, откройте сейф, заберите все деньги, драгоценности и отнесите их все в синагогу.
— А зачем вы позвали именно меня? Ведь в таком случае, вам необходимо было обратиться к раввину. — Заметил удивлённый мулла.
— Вы вообще в своём уме!? — Воскликнул Абрам. — Раввина в инфекционное отделение!!?

Дьявол подходит к еврею:
— Абрам, у меня к тебе выгодное предложение, продай душу?
— Люцик, мое предложение еще выгоднее — бери в аренду?

— Хаим, ви когда-нибудь видели детектор лжи?
— Я не просто видел, я не нём женат!

— Сонечка! Вы такая начитанная, романтическая и ухоженная натура! Давайте, может, к мине: шампанское, свечи, стихи почитаем, на звезды посмотрим?
— Абрам, я изумлена до извинений: а шо, ceкcу не будет?!

— Быть может, всё дело в том, что вы просто антисемит и недолюбливаете евреев?
— Я интернационалист! Я всех недолюбливаю!

Дом напротив. По центру окна без занавесок вывешены белые женские трусики. Мойша задумчиво:
— Я таки не пойму: это капитуляция или приглашение?

Как любил говорить один знакомый еврей:
— Скорей бы уже импотенция, пожить хоть немного для себя...

- Сара, Абрам сказал, что вы были вчера в театре?
- Таки да.
- И шо вам там понравилось?
- Ой!... Больше всего мне там понравилось, когда в конце раздавали шубы. Я взяла себе три!

— А кто вы по национальности?
— Еврей.
— По маме или по папе?
— По-моему!..

К началу Перестройки в Ленинграде осталась одна еврейка — Аврора Крейсер.

— Абрам, говорят, шо ты отдал грабителям все свои драгоценности и деньги?
— Таки да! Они вставили мне в зад паяльник, а на пузо поставили утюг и включили его в ризетку!
— И ты им сразу всё отдал!?
— А шо, ждать пока свет накрутит?

Врагов у Абрама не было, но его крайне ненавидели все его друзья.

Следователь, обращаясь к Мойше:
— Известен ли Вам Самуил Яковлевич?
— Нет!
— А Семён Моисеевич?
— Нет, постойте, лучше Самуил Яковлевич!

— О, Абрам! Сто лет не виделись. Как обстоят ваши дела? Чем занимаетесь?
— Приветствую, дела — понемногу. Вот, решил засесть за мемуары.
— Мемуары пишите? Здорово! Кстати, вы уже дошли до того самого момента, когда взяли у меня 100 долларов в долг?

— Хаим, как твои дела?
— Да лучше и не спрашивай. Живу явно не богато, Фима. Сам посуди – сыр ем с плесенью, вино пью старое, у автомобиля даже крыши нет, телефон и тот без кнопок...
— Да... у меня те же проблемы...

Одесса. Две дамы забираются в битком набитый трамвай.
— Софа, тебе есть на чём сидеть?
— Есть.
— Так шо ты стоишь?
— Мест нет.

— Денег много не бывает!
— Абрам, я таки вам даже больше скажу, шо их и мало уже почти не осталось!

— Шмулик, угости Софочку конфеткой.
— Она не хочет.
— А ты спрашивал?
— Та шо я так не вижу?

Сара говорит Абраму:
— Абрам, целуй меня страстно!
— Сара, что это за оргия на пятом году семейной жизни!?

Еврейская мораль: Настоящий еврей должен. Нет... нет... нет... нет!!!!
Настоящему еврею должны!

Абрамович во время визита в Израиль кладет записку в щель Стены Плача. Голос из стены: «У меня столько нет!»

К Хаиму в дверь постучал соседский мальчик:
— Хаим Моисеевич, к нам приехали гости, папа просит у вас штопор.
— Хорошо, Сёма. Скажи папе, что я сейчас переоденусь и сам принесу.

Еврейское местечко. Сидит на берегу озера бедный Хаим и ловит рыбу. К нему подходит богатый Абрам:
— Хаим, что ты делаешь?
— Да так, ничего. Ловлю рыбу.
— А ты продавай свою рыбу.
— А зачем?
— Будут у тебя деньги.
— А зачем?
— Наймёшь работников, будут ловить тебе рыбу и продавать её, у тебя будет прибыль, наймёшь ещё работников и разбогатеешь.
— А зачем?
— Тогда все будут работать за тебя, а ты сможешь ничего не делать.
— Так я этим и занимаюсь.

— Ребе, а можно ли жениться в сорок с небольшим?
— Можно, но лучше — в тридцать и с большим.

— Отец, сегодня вечером я иду со своей девушкой - Соней, в оперу, там дают «Жидовку» Фроманталя Галеви.
— И ради этого ты бросаешь деньги на ветер? Лучше таки пойдите к маме и посмотрите на неё. После чего сам решай, стоит ли за такое зрелище ещё и деньги платить.

Священник и раввин купались нагишом в озере, когда прибыла группа отдыхающих. Одни принадлежали пастве священника, другие — раввина. Священник и раввин оставили свою одежду на другой стороне озера, и у них не было времени, чтобы забрать её, поэтому они вышли из озера, в надежде убежать. Бегущий священник, закрыв руками гениталии, смотрит на раввина, который бежал, закрыв лицо руками.
— Рабби! Что ты делаешь? — Спросил он.
Раввин ответил:
— В моей общине меня узнают по лицу!

— Абрам Моисеевич, вы меня совсем позабыли!
— Сара, шоб вы себе знали, вы у меня из головы даже покурить не выходите!

— Когда мой Фимочка играет на скрипке, я всегда плачу.
— Аналогичная история. Правда, мой Шмулик играет на бирже, но тоже одни слёзы.

Надпись на надгробии, расположенном на одном из одесских еврейских кладбищ:
Здесь, 15.07.2011 года, обрёл свой последний приют известный одесский стоматолог Марк Израилевич Рабинович. А его сын Яша, принимает в его кабинете на Дерибасовской 26.

Берлин, 1933 год. Египетский посол подвергся хулиганскому нападению из-за своей семитской внешности. Он показывает документы, и нацисты, которые на него напали, приносят свои извинения.
Один из них говорит:
— Знаете ли, евреев необходимо уничтожить!
— Не тешьте себя иллюзиями, — грустно отвечает египтянин. — Мы попытались это сделать ещё четыре тысячи лет назад...

— Было время, когда наш Изя Шниперсон гримел таки на всю Одессу!
— Шо, таким большим человеком был?
— Ой, шо ви, он таки имел самый большой барабан!

— Роза, представляешь, я вчера за один только вечер сожгла 1000 килокалорий!
— Ой, Сара, я тоже хочу! Дай мне рецепт!
— Да простой рецепт! Поставила куриную грудку в духовку и забыла.

— Софочка, шо я те6е имею сказать... Ты, конечно же, сегодня произвела на пляже фурор, но... Стринги таки нужно надевать узкой полоской назад!

— Изя, нужно что-то сказать за покойного.
— Ну что я могу сказать за Хаима – вот у него брат был, так то ещё хуже!

Реклама одной еврейской стоматологической клиники:
«Совершенно бесплатное лечение зубов!»*

Умер старый богатый еврей. Вся семья собралась у нотариуса, чтобы узнать завещание. Нотариус зачитывает:
– Я, Гоцман Давид Ааронович, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, все деньги потратил перед смертью.

— Софочка, хотите пойти со мной в музей?
— Абрам! Вы шо, слово «рэсторан» не выговариваете?

— Абрам! Наш сын Изя окончил институт с красным дипломом. Надо ему что-то подарить!
— А шо, красный диплом был плохой подарок?

Абрам предлагает молодому человеку жениться на Софии.
— Но ведь она таки слепая!
— Так и шо? Это же хорошо! Ты сможешь делать у неё на глазах всё, шо захочешь.
— Но она к тому же ещё и немая.
— Отлично, ты не услышишь от неё плохого слова в свой адрес.
— И глухая.
— Превосходно, говори ей, шо хочешь, она не услышит.
— И хромая.
— Тем удобнее тебе будет гоняться за юбками.
— Но у неё ко всему прочему ещё и прыщи по всему лицу!
— Ну, мой дорогой, а ты бы хотел, что бы у девушки были одни лишь достоинства?

— Софочка, на твоём дне рождения ты была самой красивой.
— Спасибо! Я старалась!! Главное тетя Фира, — тщательно гостей подобрать!

Ранний вечер. В квартире Рабиновичей, раздаётся телефонный звонок. Софа снимает трубку телефона.
— Алло!
— Это квартира Рабиновичей?
— Таки да, что вы хотели?
— Вас беспокоят из больницы. Дело в том, что вашего мужа сбила машина!
— О Господи! Какой ужас! Скажите, а он таки яйца успел купить?!

— Скажите, где тут поезд на Одессу?
— Уже таки ушёл!
— Наше Вам здрасьте! И куда?

Абрам чувствовал себя самым счастливым мужчиной на свете, ведь у его Сары была сильнейшая аллергия на цветы, духи и меха.

Одесса. Объявление газете: «Выйду замуж за еврея любой национальности».

— Простите, а Вы таки случаем не еврей?
— Нет, это у меня просто лицо такое... интеллигентное...

— Представляете, Абрам на днях умер, причём неожиданно, прямо накануне своего юбилея.
— Да-а… И чего только не придумаешь, лишь бы не тратиться.

Встретились два… одессита. Один попросил другого рассказать анекдот, но «только не про евреев».
— таки хорошо, вот тебе анекдот не про евреев.
Встречаются японец с негром. Японец спрашивает: «Иосиф, где ты так загорел?» А негр отвечает: «Изя, тебе к врачу срочно надо, у тебя желтуха!»

Когда Абрам узнал, что его мама проголосовала за Джо Байдена, он перестал навещать её могилку...

Один из двориков в Одессе:
— Абрам, сынок, иди домой — кушать!
— А я уже покушал, мам, у Серёжи!
— Ой, ну это не ребёнок, а просто золото!

— Так, Абрам, немедленно замолчи!
— Но Сонечка, я и так молчу, как рыба...
— Таки ты думаешь всякие дурные мысли. И это меня раздражает!

Одесский телефонный разговор.
— Алло! Вы не скажите, куда я попал?
— Я извиняюсь спросить, а куда вы целились?

— Абрам, вот вы, например, как относитесь к окружающим людям?
— Так же.

— Слушайте, Абрам Самуилович, шкатулка из слоновой кости, которую вы мне продали несколько дней назад, оказалась подделкой! Она из пластмассы! Немедленно верните мне мои деньги!
— Хмм… Даже и не знаю, что вам на это сказать. Может, у слона был вставной бивень?

Абрам со своей женой бродят по Лувру. Подходят к картине Пикассо «Нищий и мальчик».
Абрам говорит:
— Да-а-а… Нищий-то он нищий, а вот портрет у самого Пикассо заказал…

— Абрам, если бы у тебя был миллион долларов, что бы ты делал?
— Ничего.
— Как ничего?
— А зачем?

— Шмуля, представляешь, наша соседка - Сара Соломоновна, решила на старости лет начать худеть, вот бабе заняться нечем...
— Роза, при всём моём уважении к тебе, но у тебя ведь тоже лишний вес имеется?
— Запомни раз и на всегда, Шмулик! Это не лишний... Это запасной!

— Сонечка, как вы относитесь к любви за деньги?
— Сколько?
— 100$ устроит?
— Ой, у меня столько нет.

Во времена Второй мировой войны, поляки очень не плохо прятали польских евреев от немецких карателей, они делали это на столько мастерски, что спрятанных евреев, даже после окончания войны, так найти и не удалось...