Штирлиц и Кэт в машине

– Штирлиц, – сказал Мюллер, – у меня к вам партийное задание...
– Я беспартийный, – прервал его Штирлиц.
– Странно: в вашем досье сказано, что вы член Национал–социалистической партии.
– А, вы про эту, – догадался Штирлиц.

Лампа светила, но света не давала. Штирлиц погасил лампу и Света дала.

— Штирлиц, вы польский еврей? – спросил Мюллер.
— Нет! Я русский, – с достоинством ответил Штирлиц.
— А я немецкий, – усмехнулся Мюллер.

Штирлица вызвали в налоговую инспекцию рейхсканцелярии и спросили:
— Штирлиц, на какие средства вы отгрохали себе такую роскошную виллу?
— Выиграл в русскую рулетку, – ответил Штирлиц невозмутимо.
«Всё-таки Штирлиц невозмутим» – грустно подумал налоговый инспектор. — Возмутим бы уже давно раскололся...

Штирлиц бежал, за ним летел свинец. Штирлиц свернул за угол, свинец с громким хрюканьем пролетел мимо.

Умерла у деда бабка. Дед её схоронил. Поминки, А это 80-е годы, борьба с алкоголем. Далее 9 дней, а на 40 дней (денег в деревне нет) затеял дед самогон. Кто-то по простоте душевной донёс участковому. Добрые люди деду тоже донесли, что у него будет обыск. Приходит участковый с понятым (сосед, который и «настучал»), а у деда посреди избы стоит фляга на 40 литров и она явно не пустая.
Участковый:
— Ну что дедушка, брагу затеял?
— Да нет, вода это!
— А зачем ты её посреди избы держишь? Брага!
— Да нет вода, едрёна мать!
Участковый не верит:
— Дед, дай кружку.
Дед нехотя даёт.
Участковый и сосед выпивают.
Участковый удивлённо:
— Точно, вода! А чего ты её посреди избы во фляге-то держишь?
— А как же ж?! Бабушка моя померла. Старухи её обмыли и сказани воду 40 дней не выливай!

Штирлиц сел на мотоцикл, хлопнул дверцей и уехал.

Штирлиц встретил группу людей в фуфайках и на лыжах. «Фуфлыжники» – понял Штирлиц.

"... После обыска у самогонщицы Анны Никифоровны, мы, вместе с местным участковым уполномоченным Андрейченко, никак не могли найти входную дверь. Когда Андрейченко устал от всех этих поисков и прилёг немного отдохнуть в туалете, дверь я всё же нашёл. Вот только зачем я принёс эту самую дверь в наше отделение, уже не помню..."

Дед говорит своему внуку:
— Хлебни-ка самогона моего, пока мамка не видит!
— Спасибо, дед, у нас в семье из-за твоего самогона уже никто ничего не видит...

Штирлиц вышел из дома и наткнулся на сук.
— Шли бы вы домой, девушки. – сказал им Штирлиц.

Штирлиц спал как убитый. За это время его машина трижды пересекла двойную сплошную, проехала на красный свет и совершила наезд на пешехода.
Но ровно через пятнадцать минут Штирлиц проснётся и, ни о чём не подозревая, помчится в Берлин.

Штирлиц увидел Мюллера с луже крови с топором в спине.
«Отравился, бедняга», – подумал Штирлиц.

Мюллер шёл по лесу и услышал стук.
«Дятел» – подумал Мюллер.
«Сам ты дятел» – подумал Штирлиц, сворачивая радиостанцию.

Штирлиц идёт по Берлину в будёновке. К нему подходит Мюллер.
— Штирлиц, вы бы хоть конспирацию соблюдали!
— И правда, – подумал Штирлиц и надел тёмные очки.

Штирлиц погладил кошку. Кошка сдохла.
«Странно», – подумал Штирлиц и поплевал на утюг.

Штирлиц с трудом открыл глаза и подумал: "Если я у них, то я штандартенфюрер Штирлиц, если я у нас, то полковник Исаев...".
— Ну и напились же вы, товарищ Тихонов.

Штирлиц на даче открыл дверь. Включился свет. Штирлиц закрыл дверь. Свет выключился. «Холодильник», – догадался он. Через месяц Ставка подтвердила его догадку.

Штирлиц открыл сейф и вытащил записку Мюллера. Мюллер орал и всячески пытался сопротивляться.

Один мужик рассказывает другому:
— Представляешь, вчера лёг около четырех утром, просыпаюсь, а одна уже куда-то слиняла...

Штирлиц бежал в лес скачками. Когда он выбежал на опушку — качки
отстали.

На стене туалета корявым почерком Бормана было написано: «Штирлиц скатина и русский шпиён!» Штирлиц достал карандаш и переправил "шпиён" на "разведчик".

Штирлиц шёл по городу в поисках явки, но попадались лишь "Прима" и "Родопи".

Штирлиц шёл по улице и услышал позади шаги.
«Это, наверное, Мюллер» – подумал Штрилиц.
«Да, это я» – подумал Мюллер.

Идёт совещание, вдруг заходит Штирлиц с подносом апельсинов, ставит апельсины на стол, залезает в сейф, берёт документы и выходит.
Гитлер Мюллеру:
— Это что сейчас такое было?
— А, это русский разведчик Исаев.
— Почему ж вы его не арестуете?
— Да он всё равно отмажется, скажет, апельсины приносил.

Штирлиц приехал на дачу, закрыл все окна и двери, выключил свет, подкрался к занавеске и... высморкался в неё! Ему хоть пять минут хотелось побыть полковником Исаевым.

Входит Штирлиц в кабинет Мюллера и видит: тот лежит на полу бездыханный.
— Отравился, – подумал Штирлиц и погладил рукоятку топора, торчащего из спины Мюллера.

Мюллер встретил Шелленберга:
— Знаешь, что Штирлиц орден Ленина получил?
— Да.
— Арестуй его!
— Зачем? Он же проставился…

Штирлиц сел в такси и широко расставил ноги. «Трогай!» – сказал он таксисту. Таксист потрогал. Штирлицу понравилось.

— Штирлиц, вы еврей! И прикажу вас расстрелять! – закричал Мюллер.
— Неправда, я русский, – ответил Штирлиц.

Штирлиц брёл в тумане к станции, с трудом разбирая дорогу. На утро Мюллеру доложили, что дорога разобрана на протяжении двух километров.

Мюллер:
— Штирлиц! Ваши соседи жалуются, что у вас утром гимн Советского Союза гремит на всю округу!
— А что ещё может поднять с постели советского человека в шесть утра?

Штирлиц сел в машину и поехал в Берлин со скоростью 100 км/ч. Рядом бежал Мюллер, делая вид, что прогуливается.

Мюллер раскрыл явку Штирлица, но получил по морде и больше не брал чужих сигарет.

Штирлиц работал в своём кабинете, как неожиданно в дверь постучали восемь раз. «Осьминог», – подумал разведчик.

Дедушка говорит внуку:
— На вот, хлебни немного моего самогона, пока мамка не видит.
Внук:
— Дед, у нас в семье из-за твоего самогона уже никто не видит!

— Штирлиц, – сказал Мюллер. — Вы, часом, не еврей?
— Ну да, мать русская, отец русский, а я почему-то еврей! – обиделся Штирлиц и подумал: «Не сболтнул ли я лишнего?»

Что детство кончилось, лично я понял тогда, когда родители начали прятать от меня самогон.

Штирлиц накачал мышь шприцем с бензином. Мышь пробежала 10 метров и упала замертво. Бензин кончился! Догадался Штирлиц.

Штирлиц всю ночь топил камин. Наутро камин наконец утонул.

Штирлиц шёл по лесу. Ему за шиворот упала гусеница.
— Где-то взорвался танк, – подумал Штирлиц.

Штирлиц долго смотрел в одну точку. Потом в другую.
— Двоеточие, – наконец-то догадался Штирлиц.

Штирлиц сидел на отшибе. Отшиб сильно болел — волкодавы Мюллера прекрасно знали свою работу!

У Штирлица сломалась машина. Он вышел и стал копаться в моторе.
— Штирлиц, вы – русский разведчик, – сказал проходивший мимо Мюллер. — Немец отдал бы свою машину в автосервис.

Штирлиц стрелял вслепую. Слепая упала как подкошенная. Подкошенную Штирлиц застрелил на прошлой неделе.

Штирлиц пёрнул втихаря. Тихарь икнул и упал в обморок.

Штирлицу постучали в дверь. На пороге стоял пастор Шлаг в фуфайке с лыжами подмышкой. Фуфлыжник, – подумал Штирлиц.

Штирлиц рассказал неприличный анекдот и вогнал Мюллера в краску.
«Стеснительный какой», – подумал Штирлиц, наглухо закрывая бочку.

В салоне сотовой связи к Штирлицу подошел симпатичный молодой человек и произнес условленную фразу: «Я могу вам чем-нибудь помочь?». Это «Связной», сразу догадался Штирлиц.

Штирлиц мчался вприпрыжку. В пивняк «Припрыжка» сегодня завезли свежее пиво!

Штирлиц толкнул дверь. Дверь не открылась. Штирлиц толкнул сильнее. Дверь даже не шелохнулась. Штирлиц ударил ногой. С тем же успехом.
— Штирлиц разбежался и бросился на дверь всем телом. Дверь не поддавалась. "Закрыто," – догадался Штирлиц.

Стоят рядом друг другом Билл Гейтс и Штирлиц и наблюдают, как фашисты сжигают книги.
— Цезура... – грустно подумал Штирлиц.
— Борьба с пиратством! – Радостно подумал Билл Гейтс.

Штирлиц хотел повесить занавеску, но сделать это было очень сложно. Занавеску визжал и отбивался плоскогубцами.

Подойдя чуть поближе к лесу. Штирлиц внезапно увидел перед собой голубые ели. Когда же он подошёл ещё ближе — то увидел, что голубые не только ели, но и пили.

Пьяный Штирлиц разложил карту СССР на столе и его безудержно рвало на родину.

В спортзале Штирлиц тоскливо выполнял упражнения на бревне. Ему давно что-то не попадались темпераментные женщины.

Штирлиц выстрелил в упор. Упор упал навзничь. Навзничь побежал вприпрыжку. В припрыжке давали пиво.

«Совершенно секретно! Лично в руки! Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру! Рейхсфюрер!..» Штирлиц отложил ручку и задумался: «А может всё-таки написать по-немецки?»

Штирлиц вздохнул с облегчением и попробовал слив. Слив не работал.

Штирлиц стрелял вслепую. Слепая отпрыгнула и стала отстреливаться.

«Юстас, ты дурак. Алекс» — над этой шифровкой три дня смеялся весь абвер.
И только Штирлиц понял, что ему присвоили звание Героя Советского Союза.

Просыпается Штирлиц с тяжелейшего бодуна и не понимает, где он и что с ним было. Думает: «Если сейчас со мной заговорят по-немецки – я в Берлине, если по-русски – я в Москве».
Заходит доктор с капельницей:
— Ну и нажрались же вы, товарищ Тихонов!

Штирлиц вышел из кабака, упал в лужу и уснул. Он знал, что проснётся через полчаса. Это была привычка, выработанная годами.

Штирлица Мюллер зверски пытал –
Нюхать портянки свои заставлял.
К счастью, неведомо было уродине:
Штрилицу нравились запахи Родины

За Штирлицем следили. Их было семеро: Мюллер и шестёрка Айсман.

Штирлиц подвёл итоги. Больше Киселёв ему руки не подавал.

Штирлиц сидел в задумчивости. В задумчивости сильно пахло хлоркой.

Штирлиц собрал все свои вещи и сел в судно. Но вдруг неожиданно судно перевернулось, и Штирлиц полетел на пол, хватаясь руками за стоящую рядом кровать. Больные в палате заржали в голос.

Штирлиц шагал по узкому коридору. Вдруг, впереди оказалась дверь. Он подёргал её за ручку, дверь не открывалась. Пнул её ногой, дверь не открывалась. Штирлиц разбежался и ударил дверь плечом — дверь не открылась. «Заперто» – подумал Штирлиц.

Когда на Берлин опускалась глубокая ночь, Штирлиц садился в свой Гелендваген и гонял по пустынным улицам. Эту привычку он приобрел в Москве, в разведшколе, и уже много лет не мог от нее избавиться.

Борман ехал по трассе на своём любимом «Мерседесе» со скоростью 120 км/ч.
Рядом бежал Штирлиц, читал газету и делал вид, что никуда не спешит...

Штирлиц находился в одном из берлинских кафе. Вдруг какой-то пьяный эсэсовец, зигуя и прыгая, закричал на всё кафе:
— Русские – гады!
Все с укоризной посмотрели на этого офицера и про себя, каждый из присутствующих, подумал:
«Как же он мог такое сказать при Штирлице?»

Штирлицу объявили, чтобы в субботу он прибыл на субботник. Штирлиц в тихом ужасе. Провал, меня спалили! И решил сознаться лично Мюллеру в том, что он русский шпион. «Штирлиц, ну это уже какие-то детские отмазки! Что-нибудь поновее придумайте!».