Всемирно известная группа Бины
Часто помогаю своей младшей сестре делать домашние уроки. И вот сидим мы с ней и выполняем задания по истории. Проходим первую мировую войну. — Ты же ведь знаешь кто такой Ленин? — Конечно, я уже слышала его музыку. Джон, кажется? Джон Ленин, да, именно так.
Девчонки, хватит ставить отфотошопленные фотки на аватарки! Государство из-за вас пенсионный возраст повышает!
Сегодня встретил человека, который не переделывал свою фотку в Барби. Мы обменялись телефонами и договорились, что будем держаться вместе.
— Маски в инстаграме накладывать крайне легко, сейчас покажу.
— Вау, ты тут выглядишь, словно собака!
— Погоди, я ещё не наложил.
Выходит Ленин на трибуну.
Толпа скандирует: «Леннон! Леннон!»
— Товагищи, я не Леннон, я Ленин.
— Леннон! Леннон!
— А, х*й с вами, ЕСТУДЭЭЭЭЙ!
Девушки, прекратите уже так сильно фотошопить свои фотографии. Представьте себе только, что будет, если вы вдруг, не дай Бог конечно же, потеряетесь? Как вас можно будет найти, если в инстаграме вы выглядите как Бейонсе, а в жизни словно Игорь Николаев.
Adobe: Фотошоп снова можно купить на территории России!
Россияне: В смысле, купить?
Этот неловкий момент, когда тебя сфотографировали на камеру мобильного телефона и ты такой: "покажи-покажи" с надеждой на то, что на снимке получилось другое лицо, но там снова твоё.
В детстве, когда я был совсем ещё маленьким, было мне лет пять наверное. Хотел я в те годы, научиться подкидывать конфету и ловить её ртом (вроде, как из сериала "Мистер Бин" я ухватил данную, поистине генеральную идею). Само собой, у меня не особо получалось преуспеть в этом увлекательном занятии, да и к тому же, как на зло, у меня закончились все конфеты. Тогда в ход пошло всё, что только росло на уличных деревьях: зелёные яблочки, какие-то ягоды, даже зелёные и кислые сливы нашёл. И вот, сам не знаю как, попала мне в руки "волчья ягода". Бросок, гол! Тут пошли смутные воспоминания о том, как моя бабуля говорила мне, что эти ягоды есть нельзя, и что от них можно умереть. Мне вдруг стало очень стыдно, и я решил идти умирать туда, где меня потом ни кто не найдёт – под кровать. Пролежал я там часа четыре, а может даже и больше, после чего встал, отряхнулся и побежал дальше тренироваться.