Вороны и орехи

Ночью соловьи песни свои репетируют на дереве. Потом с рассветом вороны мордобой устраивают. И где то с 6 утра одни и те же собаки при встрече матом друг друга крыть начинают. И так каждый летний день.

— Сарочка, ты женщина моей мечты — красивая, веселая…
— Яша, ты хочешь со мной переспать?
— И умная!

На суку дерева сидит обкуренная ворона. Под одним крылом пакет с планом, под другим с динамитом держит.
Подлетает воробей и спрашивает:
— Ворона, у тебя есть дурь? Дай раскуриться?
Ворона решила приколоться, дает ему с динамитом и говорит:
— Ты только повыше взлетай, чтобы получше зацепило!
Воробей так и сделал. БАХ! ВЗРЫВ!!!
Ворона, затягиваясь:
— Бл* буду, Челенжер...

Умна та женщина, в обществе которой можно вести себя как угодно глупо.

Сокращение чиновников в России — борьба со стаей ворон: согнали с одной ветки, они перелетели на другую.

Метро. Пересадка. Передо мной парень идёт с открытым портфелем. Я тюкаю его по плечу и сообщаю ему эту новость. Он остановился, закрыл портфель:
– От блииин, кошелька нет…
И через пару секунд он меня по плечу тюкает:
– И у тебя тоже.

Знакомый работает в психушке. Как-то снял домик в деревне, решил немного отдохнуть на выходных. А соседний домик свободен. Слышит, туда кто-то въезжает. Дай, думает, познакомлюсь с соседом.
Выходит — а это его пациент, только выписавшийся, бывший параноик.
Ну как бывший... с тех пор он больше не верит врачам, что за ним не следят...

Шестилетнюю девочку, мама приводит в школу. Школьный директор интересуется у неё, сколько времён года она знает.
Девочка на мгновение задумывается — и уверенно отвечает:
— Шесть!
Директор пытается тактично ей намекнуть:
— А если ещё немного подумать?
Девочка снова задумывается — и говорит:
— Честное слово, больше не ногу вспомнить… Шесть!..
Директор выразительно смотрит на смутившуюся мать девочки, покашливает и отправляет их на минуточку в коридор…
Там мама возмущенно спрашивает дочку:
— Ну, Света, ты чего?!
— Мама, мама… — со слезами на глазах отвечает дочка, — я и правда не помню больше никаких «Времен года», кроме Вивальди, Гайдна, Пьяццола, Лусье, Чайковского и Глазунова!..
Мама:
— Света! А как же Десятников, а Кейдж!?

Возраст: немного за пятьдесят.
На работу не берут, потому что я типа — старый.
Пенсию не платят, потому что я типа — молодой.
Что делать-то?

Циля имела такой склад ума, что хоть сторожа нанимай.

Есть у меня хобби, сесть на лисапед и поехать в дачи. Свежий воздух, велик, где с горки, где в горку, где сожрать ягодное, что торчит из забора. Это важно! Ибо отчасти я сельский и правило "что за забором, то общее" помню.
Вишня войлочная стоит, приморцы поймут)) Ну, я её люблю больше чем курить. А тут прямо свисает за изгородь. Стою, жру, млею.
— Ты её сажал, чтобы жрать???!!! (Бабка лет 170-ти, злющая как сатана, злобно смотрит прямо в дно моей души)
— Драсти! Нигде такой вкусной не пробовал, как у Вас! У вас баночки не найдётся (показываю 200 рублей), я сам наберу?! Без вишни не уеду!
Пауза, у бабки процессор ещё угольный, думает...
— Нету банки! Так жри!

— Что такое – сидит на дереве, чёрное и каркает? На букву Ш.
— Ворона. Почему на Ш? Потому что шлангом прикинулась.

Готовится к запуску новая американская ракета большой дальности.
На дереве у стартовой площадки сидят две вороны:
— Взлетит, – говорит одна.
— Не взлетит, – говорит другая.
— А я говорю, взлетит.
— А я говорю, не взлетит.
Происходит запуск, ракета взрывается не взлетев.
— Ну что, накаркала?
— Служу Советскому Союзу.

Иду утром на работу, темно и холодно. Смотрю, мужик бежит с двумя пакетами к мусорке. С размаху закидывает первый, потом зависает, чешет репу, закидывает второй, достает первый и убегает.