😄 Анекдот — В очереди за молоком
Анекдоты:
Просмотры 2663   Комментарии 0

В очереди за молоком

СССР. Зима. Лютый мороз. Перед магазином очередь за молоком. Выходит директор магазина:
– Всем молока не хватит, евреи пусть уходят!
Вскоре он снова появляется:
– Все равно молока не хватит, пусть уйдут беспартийные!
Потом он выходит к оставшимся коммунистам:
– Товарищи, только вам, как наиболее сознательным, я могу сказать всю правду: молока сегодня не привезут!
Среди коммунистов ропот.
– Вот жиды! – со злобой говорит один. – Уже больше часа, как они греются дома!

Теги Дата 04.11.2016  не будет, очередь, СССР, евреи, молоко, Мороз
Код:
Похожие материалы:

    С утра во дворе появилась надпись: "ВСЕ МУЖИКИ СВОЛОЧИ!!!!...." ниже дописали:.. "ВЫ, ФИРА СОЛОМОНОВНА, ТОЖЕ НЕ ПОДАРОК......".

    — Хаим, мальчик мой, я слышал, ты женился?
    — Да, дядя Абрам, месяц назад.
    — И что, тебя всё ещё можно поздравить?

    Хоронят старого еврея. Ребе говорит:
    - Пусть кто-нибудь скажет добрые слова о покойном.
    Все молчат.
    Ребе:
    - Пусть кто-нибудь скажет добрые слова!
    Молчание.
    Ребе:
    - Кто-то обязательно должен сказать!
    Oдин, наконец, соглашается:
    - У усопшего был брат. Так тот был ещё хуже!

    — Натан, шо вы делаете на работе?
    — А на работе я таки только устаю за такие деньги.

    — Софочка, вы таки спите с Изей?
    — Ой, таки не выдумывайте, мы просто дружим.
    — Вы так громко дружите, что об этом вже знает вся Пересыпь.

    Такси. В автомобиле, расположившись на пассажирских сидениях, едут трое: араб, русский и еврей. Автомобиль едет на огромной скорости по извилистой дороге и спустя какое-то время, водитель не справляется с управлением, автомобиль заносит и он вылетает с серпантина прямо в глубокое ущелье. Во время полёта в бездну, араб тут же начинает читать молитвы, русский кроет всех и всё двухэтажным матом, а еврей кричит таксисту, который весь оцепеневший от страха, вцепился в руль и никак не может его отпустить:
    — Шеф, шеф! Отключай счётчик! Счётчик отключай!

    — Софочка, я не могу понять, как Вы живёте со своим Изей? Он же суёт свой нос буквально куда угодно!
    — Вы знаете, Сарочка, когда я была молодой, мне это нравилось.

    После очередной семейной ссоры, связанной с тем, что Абрам приносит домой слишком мало денег, Сара принялась делать вид, что совсем не замечает своего бедного мужа. Абрам, в свою очередь, решил хоть как-то примириться с Сарой и подойдя к ней поближе, начал совершать робкие попытки приобнять свою любимую жену, но та отталкивает его от себя и говорит:
    — Отойди от меня, голодранец!
    — Сара, но что ты такое говоришь? Иди ко мне, я тебя обниму и всё будет, как прежде...
    — Абрам, не подходи ко мне! Я не хочу, чтобы моё тело трогали руки, которые совершенно не способны зарабатывать деньги!

    — Абрам, как по-вашему мнению, газетные объявления, вообще дают хоть какие-нибудь результаты?
    — Ещё какие результаты! В прошлую среду мы дали объявление, что к нам на предприятие срочно требуется сторож, а уже в четверг нас ограбили!

    - Сара Моисеевна, все вокруг только и говорят о вашем заливном судаке. Раскройте секрет, как вы его готовите?
    - Всё предельно просто. Идёте на привоз. Покупаете треску, а потом всем заливаете, что это таки судак...

    В адвокатскую контору «Абрамович—Голдберг—Рабинович—Лейбман—Шеленберг и Иванов» заглянул мужчина. Категорически требуя, чтобы его дело вёл ни кто иной, как адвокат по фамилии Иванов!
    — А почему не кто-нибудь из остальных компаньонов компании? – С удивлением спрашивает секретарша.
    — Вы знаете, – говорит мужчина, — я как—то больше доверяю деловой хватке человека, сумевшего пролезть в ТАКУЮ «тесную» компанию…

    — Абрам Соломонович, как там успехи в учёбе у вашего сына Хаима в школе?
    — Уже получше. Но пока продолжаю ходить на родительские собрания под чужой фамилией.

    Мужик умер и попал на небеса. Видит, стоит столб, а на нём две таблички. На левой написано: "Ад коммунистический", на правой – "Ад капиталистический". Мужик думал–думал, куда идти и наконец придумал: "Из коммунистического ада я только что пришёл, теперь нужно пойти и посмотреть на капиталистический", и пошёл по правой дороге. Навстречу ему попался другой мужик:
    — Ты новенький? Куда идёшь?
    — В капиталистический ад.
    — Лучше иди в коммунистический, в капиталистическом тебя сразу поймают и в котёл вариться посадят. А в коммунистическом то уголь не подвезут, то черти перепьются...

    Как говорит опытная Циля Абрамовна, умную женщину мужчина почти не ощущает на своей шее...

    Пожилой еврей целыми днями сидит на базаре и торгует орехами.
    — Покупаю стокилограммовый мешок орехов за сто рублей, — рассказывает он соседу, — иду на базар и продаю их по рублю за килограмм. В итоге, имею сто рублей.
    — Ну и какой в этом смысл?
    — Люблю шорох орехов...

    У одной папы долгое время не было детей. В какие только клиники они не ходили — всё безрезультатно. Отчаявшись, они решили проконсультироваться у секcопатолога, хотя и знали, что здесь у них всё нормально. Выслушав их обоих, врач посоветовал мужчине как-нибудь "овладеть" женой в самый неожиданный момент, тогда, по его словам, возможно, произойдёт зачатие.
    Через 4 месяца счастливая папа вновь приходит к врачу, чтобы поблагодарить его за совет, который действительно помог. Затем врач попросил мужчину задержаться и спросил его, как ему удалось так неожиданно "овладеть" женой, что она забеременела. Тот отвечает:
    — Она что-то искала в холодильнике, а я подкрался к ней сзади, приподнял юбку и... это...
    — М-да, наверное, она очень удивилась.
    — Да она-то ладно, видели бы вы лица покупателей в супермаркете!

    — Рабинович, вы должны мне тысячу рублей ещё с лета. Когда вы, наконец, собираетесь мне их вернуть?
    — Так, дайте-ка я посмотрю в своей записной книжке… Ага, Кацман — вычеркнут, Зильберман — вычеркнут, Кацман — есть. Вот видите, всё правильно: Кацману — тысячу рублей. Всё в порядке, не беспокойтесь.
    — Да, но когда же я получу свой долг?
    — Не волнуйтесь, всему свой черёд.
    Через пару месяцев:
    — Рабинович, наконец-то! И долго же мне ждать своих денег?!
    — Так, обождите секундочку… Посмотрим: Кацман — вычеркнут, Зильберман — вычеркнут, Кацман — есть. Вот видите, вы — есть. У меня так и записано: Кацману — сто рублей! Чего же вы горячитесь?
    — Да плевать я хотел на ваши записи, Рабинович! Гоните деньги!
    — Знаете, что я вам скажу, Кацман? Если вы будете мне грубить, я ведь вас тоже вычеркну!

    — Абрам, вы куда идете и что у вас в этой большой сумке?
    — Грязная туалетная бумага.
    — Куда же вы ее несете?
    — В химчистку.

    Хаим, после долгого и изнурительного пребывания в постели с Соней, лежит без чувств и мечтает в слух:
    — Ой, как бы мне хотелось иметь целый гарем!
    — Шо, гарем? Зачем тебе гарем кобель ты этакий? Ты же не мусульманин.
    — Зачем?.. Таки гарем — это же потрясающая вещь! Первой жене я скажу, шо пошёл ко второй, второй — шо пошёл к третьей, третьей — шо отправился к первой. А сам, как султан, идёшь себе спать.

    Вот выходишь ты такой весь радостный на улицу, а там солнце светит, птички поют, прям чувствуется, что весна совсем скоро, если бы не -20...

    Идёт заседание ЦК. Министр сельского хозяйства зачитывает доклад о том, что в колхозах болеют коровы. Никто не знает, как лечить.
    Брежнев:
    — Нарисуйте перед каждой коровой зелёный ромбик.
    Ну, издали постановление, во всех коровниках кампания по рисованию.
    Следующее заседание. Всё равно коровы болеют.
    Брежнев:
    — Нарисуйте перед каждой коровой фиолетовый треугольник.
    Ну, опять кампания, доярки в художниц переквалифицируются...
    Опять заседание.
    Министр докладывает, что все коровы подохли.
    Брежнев:
    — Жаль. У меня ещё много идей было...

    — Ребе, тут в Торе пропуск!
    — Не говори чепуху!
    — Посмотрите сами, тут написано: не пожелай жены ближнего своего. А почему нигде нет: не пожелай мужа ближней своей?
    — Ну-уу... Пускай она даже пожелает – ему-то всё равно нельзя!

    Абрам потерял кошелёк. Сара с юмором:
    — Абрам, первый раз наблюдаю такую щедрость к незнакомым людям!
    — Сара, таки переживи эту премьеру молча!

    Сидят за столом русский, француз и еврей.
    Француз:
    — Моя жена Лили такая чистоплотная, меняет трусики раз в два дня.
    Американец:
    — А у моей Хилари вообще на трусиках дни недели расписаны. Меняет каждый день.
    Еврей:
    — А у моей Сарочки одни рейтузы, месяц носит, потом вывернет, ещё месяц носит, потом мотню вырежет и мне футболочка.

    Телефонный звонок в квартире Абрама:
    — Извините, пожалуйста, вас беспокоит Соня.
    — Пожалуйста, только Соня меня не беспокоит.

    — Хаим, ты хоть раз говорил Софе всё, что ты о ней думаешь?
    — Говорил… Хочешь, шрамы на голове покажу?

    Стоят два еврея на Таймс-сквер и ведут беседу:
    — Соломон Маркович, я думаю, здесь было бы уместно поставить статую Арафата.
    — Почему, Изя?
    — Во-первых, летом она давала бы тень, во-вторых, зимой она закрывала бы от ветра, а в-третьих, дала бы голубям возможность высказать всеобщее мнение...

    Встречаешь на кладбище девушку: общительная, интересная, красивая, инициативная, энергичная, искренне интересуется твоей личной жизнью, работой, планами на будущее, наличием икон в доме. Все идёт отлично, а потом ты замечаешь, что на улице —19°, а у неё пар изо рта не идёт...

    — А как это вы втроём, два мужика и одна баба на одном необитаемом острове уживаетесь???
    — Да запросто! Понедельник, вторник и среда – она моя жена и его любовница. Четверг, пятница и суббота – она моя любовница и его жена.
    — А по воскресеньям вы что делаете?
    — А по воскресениям мы её вдвоём мудохаем за распутство!

    Приходит еврей в синагогу и говорит:
    — Ребе, я согрешил, я отымел жену в зад. Это большой грех?
    — Большой! – говорит Ребе.
    — Как мне его искупить?
    — Только одно средство: берёшь автомат, идёшь на арабо-израильскую границу и убиваешь одного араба, – грех тут же списывается.
    На следующей неделе приходит снова этот еврей:
    — Ребе, я снова согрешил, я снова взял жену аналом.
    — Ну, а чего ты ко мне пришёл? Иди на границу, убей араба – грех автоматически спишется.
    Прошло пару месяцев. Приходит к ребе жена того еврея и спрашивает:
    — Скажите мне, ребе, почему вы таки-решили урегулировать арабо-израильский конфликт через мою жопу?

    Абрам у окошка обменного пункта:
    — Девушка, как же вы можете утверждать, шо купюра в двадцать долларов поддельная, если вы сами мне только шо сказали, что никогда такой не видели?

    Жуков выходит из кабинета Сталина и говорит: "ууу, сссука усатая!".
    Берия подслушал и доложил Сталину.
    Сталин вызывает Жукова и Берию к себе и спрашивает:
    — Товарищ Жуков, вы когда сказали "сука усатая", кого вы имели ввиду?
    — Как кого, товарищ Сталин? Конечно, Гитлера.
    Сталин:
    — Правильно, товарищ Жуков. А вы товарищ Берия кого имели ввиду?

    — Хаим, что это у вас за бланш под глазом?
    — Да представляете, Фима, вчера сидели всей кафедрой филологии в ресторане, спокойно отдыхали. Все — интеллигентные люди: И тут пришёл муж Татьяны Валерьевны — бывший военный — и влез в разговор: Говорит: "Был у меня один х... в роте... ". Я, конечно же, поправил: "Не в роте, а во рту"...

    Софа говорит своему ухажёру:
    — Абрам, милый! Когда ты уже наконец прекратишь тратить на меня своё драгоценное время и начнёшь тратить свои финансовые накопления?

    Изя жалуется судье, что Хаим угрожает набить ему морду.
    Судья:
    — У вас есть свидетели?
    — А зачем? Я ему и так поверил!

    — Абрам, а правда говорят, что Рабинович вчера отвесил вам смачную оплеуху, а вы на это его действие, ну совершенно никак не отреагировали?
    — Разве это можно назвать "не отреагировал"? Ещё как отреагировал! Вы бы только видели, как эффектно я упал!

    — Представляете, Абрам на днях умер, причём неожиданно, прямо накануне своего юбилея.
    — Да-а… И чего только не придумаешь, лишь бы не тратиться.

    — Боже мой, Софа, ты в очередной раз погладила мои брюки лишь внизу!
    — Изя, сколько раз я просила тебя удлинить шнур утюга.

    Два католика сидят в кафе напротив борделя.
    Входит в бордель православный поп.
    — Какой позор! – сказали католики, — А ещё в рясе.
    Через некоторое время в бордель входит раввин.
    — Ага, – сказали католики, — Евреи тоже не выдерживают искушения!
    Наконец, в бордель входит католический священник.
    — Наверное, случилось несчастье и кто-то серьёзно пострадал, раз ему пришлось прийти прямо сюда, – сказали католики.

    Вечер в гостях у Абрама и Сары. Сара подносит одной из гостий тарелку с пирожными.
    — Спасибо, я уже съела одно.
    — Ну, допустим, не одно, а три, но кто вам считает?!

    — Сара Абрамовна, Вы в пятницу до скольки заняты будете?
    — Хаим, я в пятницу я буду занята до понедельника.

    Абрам жалуется Хаиму:
    — Эти врачи рецепты пишут словно курица лапой, а потом разобрать ничего невозможно.
    — Не знаю, не знаю … — отвечает Хаим. — Я по своему рецепту полгода бесплатно ездил в общественном транспорте, два раза удалось сходить в театр, а на прошлой неделе — не поверишь — обменял на акции.

    Старый доктор оставил вместо себя сына, недавно окончившего мединститут, и уехал в отпуск.
    Возвращается, а сын ему заявляет:
    — Я тут Павла Моисеевича вылечил. Ты его тридцать лет лечил, а я его – за один месяц вылечил!
    — Идиот! Я на его почках тебя выучил, машину купил, дачу построил... А ты его... вылечил!!!

    Поймал еврей золотую рыбку.
    Рыбка молвит человеческим голосом:
    — Выпусти меня, исполню три твоих желания!
    Еврей:
    — Хочу виллу на берегу океана, пять миллионов баксов на счету в банке, красавицу блондинку. Это значит раз,....

    Нет, всё таки имеются у меня в наличии еврейские корни, иначе как ещё можно объяснить моё постоянное нежелание работать по субботам...

    Маленький мальчик по имени Абрам заглянул в комнату, где мать принимала любовника, пока отец был на работе. Абрам спрятался в шкаф, и оттуда подглядывал. Внезапно домой пришёл отец мальчика.
    Жена тут же начинает прятать любовника в шкаф, не зная, что её сын уже сидит там в темноте.
    Абрам:
    — Темно здесь.
    — Да.
    — У меня есть футбольный мяч.
    — Это хорошо.
    — Вы не хотите его купить?
    — Нет, спасибо.
    — Мой отец снаружи.
    — Сколько?
    — 250 долларов.
    Спустя несколько недель Абрам и мужчина снова встречаются в шкафу.
    Абрам:
    — Темно здесь.
    — Да.
    — У меня есть кроссовки.
    Помня прошлый раз, мужчина спрашивает:
    — Сколько?
    — 750 долларов.
    — Идёт.
    Спустя несколько дней отец предлагает Абраму поиграть в футбол.
    — Я не могу, я продал мяч и кроссовки.
    — За сколько?
    — За 1000 баксов.
    — Но это намного больше, чем они стоят! Это грех, ты должен пойти к раввину и рассказать об этом.
    В синагоге Абрам зашёл к раввину, закрыл дверь и сказал:
    — Темно здесь.
    Раввин:
    — Абрам, вот только не начинай!

    В одесский театр оперы на гастроли приехала Монтсеррат Кабалье. Хаим хочет вечером пойти в оперу.
    — Сто долларов, — говорит девица в кассе.
    Абрам отшатывается.
    — Ну да, — говорит девица, — если вы хотите попасть на Монтсеррат Кабалье, то это стоит именно сто долларов.
    — Я вас умоляю не городите чепуху, — краснея, говорит Абрам, — я же хочу её только послушать!

    — Абрам Семёнович, разрешите поинтересоваться, а шо, конкретно вы, предпринимаете для сохранения чистоты нашего чёрного моря?
    — Для сохранения чистоты нашего чёрного моря, мы с моей женой Фирой туда ничего не "предпринимаем".

    — Сколько еврейских матерей необходимо для того, чтобы поменять лампочку?
    — О... Не стоит беспокоиться, я просто посижу здесь в темноте...

    Сидят два еврея в окопе. Одному, Хаиму, только-что прострелили зад.
    — Изя, пристрели меня. Так больно, сил нету!
    — Нет, Хаим, не могу я.
    — Изя, ну, пожалуйста!!!
    — Не могу, Хаим – у меня патроны кончились.
    — Ну так купи у меня!..

    — Хаим, два миллиона ливанцев вышли на протест против коррупции. Как ты думаешь, возможно такое в России?
    — Абрам, подумай сам, ну откуда в России два миллиона ливанцев?

    — Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех – это злорадство. Если у соседа сдохла корова – не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех – это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и даёт мало молока – не унывай, а радуйся, ведь у кого-то даже такой коровы нет...
    Голос из толпы:
    — Ребе, но ведь радоваться, что у кого-то нет коровы – это же злорадство, страшный грех – вы же сами только что сказали.
    Раввин:
    — Третий грех, евреи – это занудство.

    Старый еврей, владевший антикварной лавкой в Бердичеве, решил нанять себе помощника и подал объявление в местной газете. Пришёл наниматься молодой человек. Антиквар поднял с пола щепку, положил её на подушечку из красного бархата и спросил:
    — Что это?
    — Это зубочистка, которой пользовался сам Наполеон! – ответил молодой человек.
    — Верно, – кивнул антиквар. — Завтра таки жду тебя в своей антикварной лавке.

    Трамвай идет по Ленинграду. Кондуктор объявляет остановки.
    — Площадь Урицкого!
    — Бывшая Дворцовая, - комментирует старый еврей.
    — Улица Гоголя!
    — Бывшая Малая Морская.
    — Проспект 25 Октября!
    — Бывший Невский.
    — Замолчите, наконец, товарищ еврей, бывшая жидовская морда.

Загрузка материалов...