Интернет в глубинке 16+

Для более качественного замедления иностранных мессенджеров в Роскомнадзор требуются на работу эстонцы.

«В 2026 году не придется платить за интернет, потому что его запретят». – РКН порадовал россиян.

Объявление в сельском клубе: «Только сегодня вечером!! На сцене — Рамштайн!!».
Собирается полный зал бритых, мускулистых мужиков в кожанах, все в предвкушении. Открывается занавес, на сцену выходит худенький очкастый дедушка со скрипкой:
— Таки здравствуйте, очень рад вас видеть, меня зовут Исаак Моисеевич Рамштайн.

Девушка интересуется у своего знакомого парня-программиста:
— Как ты считаешь, у тебя в жизни достаточно любви, интимной близости и романтических отношений с противоположным полом?
Тот улыбаясь, отвечает ей:
— Как по мне, два жёстких HDD-диска по терабайту каждый, наполненные этой самой интимной близостью, мне вполне хватает.

Акция: при покупке смартфона в салонах сотовой связи бумажная карта города бесплатно!

А хорошо ли сейчас иметь дурдомик в деревне?

Деревенская изба. Молодая женщина в полном соку — кровь с молоком — хлопочет по хозяйству: моет, стирает, месит тесто, печет пирожки... в углу на лавке спит тщедушный мужичонка и постоянно нервно во сне вздрагивает. Женщина трясёт его за плечо. Он, испуганно вскакивая, просыпается:
— Что?! опять тpaхацца?!
Женщина с улыбкой:
— Пирожка поешь, ебaка грозный.

Идут две бабы с сенокоса. Мимо пролетает парень на мотоцикле... без головы.
Одна:
— Кино, чёль, снимают?
Вторая:
— Ты бы косу на другое плечо переложила...

— А что нам дадут сети 5G?
— Ну как же: колёсико ожидания загрузки видосика из YouTube будет крутиться в 10 раз быстрее.

Молодожёны приехали к её родителям в деревню погостить. Заперлись на верхнем этаже, да и не вылазили оттуда трое суток. Вылезли и спрашивают их:
— Чем же вы питались, миленькие?
— Плодами любви!
— Хорошо, хорошо. Только шкурки от плодов в окно не выкидывайте, гуси давятся.

Из новостей: «В Северной Корее произошёл масштабный сбой в работе интернета».
Так мир узнал, что в Северной Корее есть интернет!

— Дорогой, а почему у нас такие большие счета за интернет?
— Это потому, любимая, что у кого-то слишком часто болит голова!

Мальчик в овраге нашёл пулемёт,
больше в деревне никто не живёт:
кроме деда Архимеда,
у которого торпеда:
кроме бабки–паразитки,
у которой две зенитки.

Пожилая женщина мужу:
— Дед, внуки звонили, сказали, что не смогут на выходных помочь с огородом — очень устали на работе. Просили передать что-нибудь вкусненькое с дачи.
— Ага, передай им жаркий летний привет!

Мне одному кажется, что реклама по ТВ операторами связи своего безлимитного интернета, сейчас выглядит как издевательство?

Совсем немного и фраза: «С подключением!» будет лишена сарказма и станет звучать как тост или поздравление.

Что за жизнь пошла. Открываешь приложение, а оно не работает, потому что vpn выключен, открываешь другое приложение, а оно не работает, потому что vpn включён.

— Помню, у нас в деревне, в старом доме, домовой жил. Однажды я его даже видел.
— Ну не знаю... Я с самого детства, сколько себя помню, боюсь всяких домовых, вурдалаков, призраков, вампиров и прочей нечисти...
— И почему ты их боишься?
— В смысле? Их, вообще-то, все нормальные люди боятся.
— А чего их бояться-то, чего они плохого тебе сделали?

Коллега по работе начал рассказывать, как на выходных гостил у родственников в деревне. Весь офис заржал с первой же фразы:
— Несут, значит, меня пьяного драться...

Украинская деревня... Ночь... Звёзды... В стогу сена Василь и Маруся. Он её по всякому, долго и со смаком, а она лежит и ни звука не произносит.
Он, слегка расстроенный, спрашивает:
— Маруся, в тебе хоть матка э?
Она ему:
— Ни, я кругла сирота.

«Раньше вы мечтали поехать куда-нибудь, где нет связи и интернета. А теперь и уезжать не нужно». – РКН порадовал россиян.

Работа порно актёра — это почти единственный случай, когда твое занятие доставляет тебе и деньги, и удовольствие.

Сидит дома композитор. Работы нет, денег нет, кризис… И тут — звонок. Звонит приятель‑режиссёр:
— Слушай, мне тут к фильму темка нужна на финальные титры. Сбацаешь что-нибудь простенькое? Премьера через две недели, погибаю, спасай!!!
— Да ни вопрос! Расскажи только, о чём фильм, чтобы я с музыкальной темой не промахнулся.
— Да в нём вообще музыки нет! Тема только для титров нужна. Ну представь себе: с сухого дерева лист медленно, зигзагом, падает на мокрый асфальт, и как только долетает до земли — начинается твоя тема и титры.
— Ок. Через неделю сделаю!
И композитор, «с голодухи», накреативил неимоверно красивую, дивную музыку — хоть сейчас на «Оскара». Ну и отправил режиссёру. Тот ответил, мол, всё ок, и пригласил на премьеру.
Приходит композитор — зал пустой. Только на галёрке парочка пожилая сидит — обоим далеко за восемьдесят. Ну, думает композитор, ясное дело — драма нынче не в цене, никого, кроме старичков, не интересует. Сел он, свет погас — и началось…
На фоне природы мужик самозабвенно имеет тёлку с огромными, как баскетбольные мячи, сиськами. Дальше — больше: ещё парочка подошла, поменялись… Потом ещё негры, калеки, карлики — уже вся эта кодла в экран не помещается! Потом вообще собака прибежала! Сначала собака всех отодрала, потом все собаку имели…
И тут камера берёт крупный план, наезжает на сухое дерево, на лист; лист срывается и медленно, зигзагом, падает на землю — звучит неземная, дивная тема, и идут титры. Зажигается свет…
Композитор сидит в шоке, красный как помидор от стыда. Думает: «Ну, сука, режиссёр, ну удружил! Что обо мне люди подумают!» Встаёт со своего места, с этими мыслями идёт к выходу и тут замечает, что пожилая парочка в предынфарктном состоянии сидит и на него смотрит… И он ничего лучшего не находит, как сказать:
— Музыка моя!..
А они, продолжая смотреть стеклянными глазами на пустой экран, отвечают:
— …А собачка наша…

Наверное самое вредное для нервной системы — это медленный интернет.

К 55-ти годам Сергей Петрович понял, что смотреть на голых женщин в интернете намного безопаснее для здоровья, чем смотреть новости.

Хочу в деревню! Ходить в старом, растянутом барахле, валяться весь день на раскладушке под яблоней, слушать радио и бухать самогон, а на работу завтра не хочу.