Голодные девяностые

В начале 80-х годов кинорежиссёр Андрей Кончаловский уехал покорять Голливуд. Кто-то его научил, что у творца должны быть на подхвате "три А": агент, адвокат и бухгалтер (по-английски Аgent, Аttorney, Аccountant). Нашли и представили ему этих А, пожали руки, подписали контракты. Ну, он по привычке советского тусовщика раз в недельку заглядывал к ним узнать, как идут дела, накоротке общнуться...
По итогам месяца все три А выставили Кончаловскому счета с почасовой тарификацией каждого его визита.

Помню как по дороге на дачу мы остановились в местной кафешке, батя ещё тогда у них из толчка украл 6 рулонов бумаги. Через 2 дня, по дороге домой, он захотел в нужник и остановился как раз в той кафешке где он бумагу и украл, а новую туда ещё не положили. В итоге подтирался носками.

Тружусь сисадмином в одном местном компьютерном клубе, где посетители могут большой компанией поиграть в "Танчики", "Counter-Strike" и т.д. Конец рабочего дня, начинаю собирать свои вещи перед уходом домой, как вдруг, заходит молодой парень и с довольно серьёзным выражением лица, начинает говорить мне: "Возьмите у меня мои отпечатки пальцев и отправьте их по почте куда я вам скажу, после чего, сотрите у меня их". Сказать, что я сильно удивился, это значит ничего не сказать, сначала подумал, что это какой-то розыгрыш, пранк или прикол, как на ютубе сейчас всякие блогеры, на подобии Эдварда Билла, снимают. Но нет, он был вполне серьёзен в своих намерениях. Одним из главных его аргументов было то, что у нас в конторе стоит лазерный принтер, а лазеры, как ему откуда-то стало известно, стирают отпечатки пальцев. Вот такая история. В общем, сезон весенних обострений у ряда граждан, можно объявить официально открытым, господа.

Анекдот из 80-х:
Марья Ивановна, ткачиха, передовик производства, стала валютной проституткой. На фабрике смятение, решили устроить товарищеский суд.
Председатель профкома:
— Марья Ивановна! Как же так? Вы ведь у нас передовик производства, неоднократно становились ударником Коммунистического труда, депутатом всех созывов, наставницей... Как же вы смогли стать валютной проституткой?!
Марья Ивановна:
— Ну что я могу сказать? Повезло...

Есть у меня хобби, сесть на лисапед и поехать в дачи. Свежий воздух, велик, где с горки, где в горку, где сожрать ягодное, что торчит из забора. Это важно! Ибо отчасти я сельский и правило "что за забором, то общее" помню.
Вишня войлочная стоит, приморцы поймут)) Ну, я её люблю больше чем курить. А тут прямо свисает за изгородь. Стою, жру, млею.
— Ты её сажал, чтобы жрать???!!! (Бабка лет 170-ти, злющая как сатана, злобно смотрит прямо в дно моей души)
— Драсти! Нигде такой вкусной не пробовал, как у Вас! У вас баночки не найдётся (показываю 200 рублей), я сам наберу?! Без вишни не уеду!
Пауза, у бабки процессор ещё угольный, думает...
— Нету банки! Так жри!

Из театральной жизни ещё дореволюционной. В провинциальном театре ставят «Цезаря и Клеопатру», нужна массовка в виде легионеров. Пригласили местную пожарную команду, и режиссёр объясняет: «Цезарь выходит из шатра, и легионеры должны издать гул. Чтобы получился гул, каждый должен произносить: "Что говорить, если нечего говорить?"» Начался спектакль. Перед шатром – бравые легионеры, появляется Цезарь. Брандмайор громким шёпотом скомандовал, и легионеры в один голос: «Что говорить, когда нечего говорить?» Цезарь от хохота свалился в шатёр.

— Как-то, — рассказывал Чарли Чаплин, — я ехал в нью–йоркском метро. Придя домой, обнаружил в кармане золотые часы. Ума не мог приложить, как они попали ко мне. Решил отнести их в полицию. На следующий день принесли письмо:
«Дорогой мистер Чаплин! Пишет вам профессиональный карманник. Вчера в метро я украл у одного господина золотые часы, но, увидев Вас, решил сделать подарок и опустил их в Ваш карман».
Прошёл год. Полиция не нашла вора, не нашла и хозяина часов, и поэтому переслала часы обратно мне. В газетах писали об этом, и вот через некоторое время я получил второе письмо:
«Дорогой мистер Чаплин! Год назад я ехал в метро, и у меня украли часы. Я прочёл в газетах, что какой-то карманник подарил их Вам. Пусть мои часы останутся у Вас, мистер Чаплин. А так как я не меньший почитатель вашего необыкновенного таланта, чем вор–карманник, то посылаю к часам и золотую цепочку».

Французский физик Поль Ланжевен обладал даром говорить понятно о самых сложных вещах. Однажды он сделал во Французской академии блестящий доклад – образец истинного популярного изложения. После доклада коллеги окружили Ланжевена и попросили объяснить, в чём секрет его успеха.
— Это очень просто, – ответил учёный. — Во время лекции я выбираю среди слушателей самое тупое лицо и объясняю до тех пор, пока оно не просветлеет.
В это время к Ланжевену подошёл президент академии:
— От души поздравляю вас, коллега! – воскликнул он. — Но скажите, ради Бога, почему вы не сводили с меня глаз?

Это случилось в одном из московских концертных залов, где блистал тогда Театр Сатиры. Легендарный конферансье Алексеев — мастер импровизации и острослов — объявлял публике любимца Москвы, артиста Владимира Хенкина.
Алексеев вышел на авансцену, привычно окинул зал улыбчивым взглядом и звучно произнёс:
— А сейчас, дорогие зрители, перед вами выступит артист Владимир Хренкин…
По залу пробежал сдержанный смешок. Алексеев спохватился, картинно приложил ладонь ко рту и поправился:
— Ой, простите, Херкин…
Зал уже откровенно захихикал. Конферансье смущённо замахал руками, изобразил полную растерянность и выпалил:
— Ой, простите… ну, вы же меня поняли!
И тут из-за кулис, как всегда сияя ослепительной улыбкой, выбежал сам Владимир Хенкин. Он подошёл к микрофону, дружески подмигнул залу и громко заявил:
— Дорогие друзья! Моя фамилия не Херкин и не Хренкин, а Хенкин!
Товарищ конфедераст ошибся!

Мой младший брат 20 лет живёт в Калифорнии. Калифорния — традиционно демократический штат. Аризона — традиционно республиканский. У брата в Сан-Франциско, средь бела дня, на стоянке, 2 негра спилили глушитель. Он видел, как они убегали, пытался что-то там орать им в след. Обратился к ближайшему полицейскому, тот сказал, что нет смысла за ними гоняться. Всё равно за это им ничего не будет так как ущерб небольшой, и вообще полиции — это не интересно.
Через пару дней, по телефону, он общается с коллегой из Аризоны. Тот коренной американец. Оба математики и работают в одной фирме удалённо.
Дальше с его слов диалог:
— У меня вчера на глазах 2 негра спилили глушитель и убежали.
— Кому это вообще может прийти в голову? Зачем им это надо было???
— Ну, наверное, продать.
— Кому можно продать спиленный глушитель?
— Не знаю, наверное, другим неграм, которые приварят его на какую-то старую машину.
— А, ну ну... продолжайте голосовать за демократов.
— А у вас там что? в Аризоне глушители не спиливают?
— Да нет, нё слышал о таком.
— Ну а что бы ты сделал если бы у тебя на глазах было такое?
— Просто пристрелил бы...

В лагере у нас в отряде был один мальчик по имени Стёпа. Деревенский. Было у этого мальчика шесть маек. На трёх из них – на спине нарисован тигр (все майки одинаковые), а на трёх других – на груди Виктор Цой.
И была ещё одна. Парадная, как он её называл. На спине – тигр, а на груди Виктор Цой.