Родина, как размытый гуманитарный термин

Штирлиц был извращенец. Поэтому во Вращенцах ему поставили памятник.

— Товарищ прапорщик, есть такая профессия — защищать Родину. А есть профессия, чтобы Родина защитила меня?
— Есть! Если станешь памятником — будешь под охраной государства.

Чужой земли мы не хотим ни пяди — но и своей вершка не отдадим!

Штирлиц взглянул на стол На нём была расстелена карта. Почти до самой Москвы доползло отвратительное коричневое пятно. Никогда ещё отважного разведчика так неудержимо не рвало на Родину.

— Абрам Самуилович, а как вы узнаёте время? Вы таки носите наручные часы или смотрите в смартфон?
— Ни то и ни другое! Я определяю время по солнцу.
— Ха! Так ведь сегодня пасмурно!
— Сарочка, солнце моё, скажи, сколько уже времени?

— По каким критериям можно определить, является ли Google женщиной?
— Google постоянно заканчивает все начатые тобою предложения, ещё до того момента, как ты их успел закончить.

Порой становится немного обидно от того, что в твоей родной стране может произойти практически всё что угодно, кроме чего-то хорошего...

— Как можно определить возраст гуся?
— По зубам...
— А разве у гусей бывают зубы?
— У гусей нет, у меня есть.

Андрей Малахов не имеет ни малейшего понятия, о чём вообще можно разговаривать с обычными, нормальными и порядочными людьми.

— Как бы вы могли охарактеризовать себя, всего одним словом?
— Гуманитарий!

Штирлиц сидел в кафе «Элефант» и помешивал кофе вилкой. Он знал, что невероятно рискует, но ему очень хотелось хоть пять минут ощутить себя на Родине.

Прелесть икебаны корова может определить только на вкус.

Счастье — это когда все про тебя всё понимают, но ничего с тобой поделать не могут.

Не знаю, как обстоят дела у вас, но лично у меня, одно из самых значимых событий года, это посещение своего родного города. Стоит мне здесь всего один день отдохнуть, как я начинаю твёрдо и чётко осознавать, что полученного заряда энергии и впечатлений, мне хватит на долгие годы усердной и плодотворной работы где угодно, только бы не здесь...

Кто может мне сказать, что делать, когда ты находишься на территории США, в одном из районов Лос-Анджелеса, а именно — в Голливуде и чётко понимаешь, что тебе очень сильно хочется в Ашан!?

Вы спросите меня, за что я люблю свой родной город? Отвечаю: за то, что только здесь я могу наблюдать воочию, как на остановке стоят молодые и гламурные девушки с сумками Том Форд, на шпильках и с очень серьёзными лицами, а мимо них, по центральной улице вышагивает лошадь и тащит за собой повозку с каким-то пьяным дедом и параллельно справляет "малую нужду" прямо себе под копыта.

Сперва, ты с явной издёвкой и неуважением посмеиваешься над гуманитарием, а после, этот самый гуманитарий проводит лингвистическую экспертизу твоих комментариев для предстоящего суда.

Из Берлина пришла радиограмма «Штирлиц, Вы болван!» Все ржали. И только майор Исаев понял, что на далёкой Родине ему дали звание полковника.

Афоризм от мадам Шнеерзон:
Любовь — пятое время года, никогда не знаешь, что надеть и придётся ли раздеваться.

Набоков не хотел посетить Россию, понимая, что это уже не та страна, какую он знал, а Бродский не хотел навестить её, будучи уверен, что это та же самая страна, из которой он уехал!

Время — это мера отставания разума от мышления.

— Да ты хоть понимаешь, что именно я тебе говорю?
— Конечно понимаю, о чём речь вообще.

— Как узнать, что факс был прислан блондинкой?
— На нём почтовая марка.

— Рядовой, какая основная задача солдата в бою?
— Погибнуть за свою Родину, товарищ прапорщик!
— Нет. Главная задача солдата - сделать так, чтобы противник погиб за свою родину.

Если в течение тридцати минут вы не можете определить, кто лох, значит это вы.

— Ох, кажется я перенедоел.
— Это как?
— Съел больше чем мог, но меньше, чем хотел.

Штирлиц занёс бутылку коньяка над головой Холотоффа и... заснул. «Ровно через двадцать минут он проснётся и продолжит свою нелёгкую работу на благо Родины!»

Интернет полон людей, которые готовы исправлять твои грамматические ошибки, потому что эти гуманитарии никак не могут найти себе работу.

Определения тоже важны: роза ветров в жопе мира – не то же, что и роза в жопе.

Никогда этого не понимал, люди, как вы по вкусу пальца определяете направление ветра?

— Абрам Самуилович, a какой термин вы, как врач, используете для синдрома: «седина в бороду бес в ребро»?
— Я это называю: «предынфарктный кобелизм».

— Откуда ты родом, сынок?
— Из Канады, сэр, страны проституток и хоккеистов!
— Но.. моя жена из Канады!
— За какую команду она играет, сэр?

Земля и ресурсы принадлежит богатым, а Родина — бедным.

Моя дочь ищет летнюю работу. Она миллениал, поэтому надеется найти неполный рабочий день в качестве генерального директора.

Из милицейского протокола:
«... занимался любовью к Родине в общественном месте...»

Кто-нибудь в курсе, как вообще можно определить, что волынщик играет хорошо?

Едет мужик по холмистой дороге, смотрит, человек лежит в тени быка, который траву ест стоит. Ну решил поговорить.
— Здравия вам, не подскажете сколько сейчас времени?
Мужик тот протянул руку, потрогал яйца быка и говорит:
— Без 20 минут полдень, сэр!
У первого от удивления даже слов не осталось, точное сказал! Поблагодарил и дальше поехал. Через некоторое время едет обратно. Смотрит, мужик лежит всё там же, в тени быка. Дай, думает, проверю.
— Здравия вам, не подскажете который сейчас час?
Ну, мужик снова потрогал яйца быка и говорит:
— Пятнадцать минут первого, сэр!
— Да как так-то?! Минута в минуту! Что за бык такой, что за яйца у него?
— Всё очень просто, сэр, ложитесь на моё место... Так, теперь протяните руку, возьмите яйца... Вот, если их немного приподнять, то будет видно часы на вон той башне.

Штирлиц стоял, склонившись над картой мира. Его неудержимо рвало на Родину.

Не ребёнок должен вас понимать, а вы ребёнка. Просто потому, что вы ребёнком уже были, а ребёнок взрослым ещё не побывал.

Я из того времени, в котором, если парень говорил парню: «Надо тушь купить», то они не голубые, а студенты технического вуза.

Мой дедушка, родом из Ирландии, но по воле судьбы оказался в Англии. В тот момент, когда мои родители поехали с ним в Ирландию, где он не был уже 25 лет, первое, что он сделал, так это решил навестить свой любимый паб и повёл туда моих родителей. Когда они зашли в заведение, первое, что сказал парень стоявший за барной стойкой, так это:
— О Господи, он вернулся!

Прогуливаешься такой по прохладным уютным европейским улочкам, наслаждаешься видом цветущих садов и общим окружающим видом... Как вдруг, из приоткрытого окна доносятся крики:
"Ё*АНЫЙ КОМАР, С*КА! ПРЯМО В ВАРЕНЬЕ, ПАДЛА!"
Родина всегда где-то рядом...

Каждый год 9-го мая Штирлиц открывал сейф, доставал бутылку водки, стакан и балалайку. Наливал, выпивал и наигрывал на балалайке что-то родное, среднерусское. 9-го мая 1944-го года в сейфе нашлась только бутылка водки и стакан. «Где моя балалайка», – поинтересовался Штирлиц у Мюллера? «Не один ты, Максим Максимыч по Родине тоскуешь!».

Штирлица Мюллер зверски пытал –
Нюхать портянки свои заставлял.
К счастью, неведомо было уродине:
Штрилицу нравились запахи Родины

Говорить «дурак» — не политкорректность. Надо всегда говорить: «человек с гуманитарным складом ума».

— Встретился недавно с одной гипотенузой, показал ей свой корень, ну мы начали пересекаться, а потом я не успел извлечь, и теперь у меня синус.
— Теперь я знаю, как выглядит ад для гуманитариев...

Кирпич мокрый — идёт дождь.
Кирпич сухой — дождя нет.
Кирпич отбрасывает тень — ясно.
Кирпича не видно — туман.
Кирпич качается — ветрено.
На кирпиче что-то белое — снег.
Кирпич ходит вверх-вниз — землетрясение.
Кирпича нет — обновление данных.

Подобно тому как деньгами определяется стоимость товара, словами определяется цена чванства.

На самом деле, снег — это твёрдая форма жидкой субстанции, но в мягком виде.

«Сакральная жертва» — это же не природное явление. Значит это кто-то сделал, специально и для чего-то.

Гуманитарии — это такие люди, которые резко начинают дружить с цифрами, числами и суммами тогда, когда речь идёт о деньгах.