Еврей с золотыми зубными протезами на таможне

— Изя, держите себе таки в руках!
— Сара, я держу, но чувствую, что скоро вирвусь!!!

Как любила говорить моя тётушка Сара: «Человеку должно повезти три раза: от кого родиться, у кого учиться и на ком жениться».

— Вот, что я имею вам сказать, Абрам: не стоит надувать резиновую женщину слишком быстро. А не то может получиться так, что дама уже готова к близости, а у вас голова кружится...

— Сара, мы не можем больше с тобой встречаться — у меня появилась постоянная женщина, и это серьезно!
— Ой! Мама с дачи вернулась?

Надпись на иврите в туалете одной еврейской семьи: «Не сиди просто так, думай что-нибудь».

Абрам прогуливается со своей девушкой. Проходят мимо ресторана.
Сонечка говорит:
— Ой, как вкусно пахнет!
— Тебе понравилось? Хочешь, ещё раз пройдём?

В самолёте стюардесса подходит к командиру и говорит:
— У нас в салоне израильский террорист с бомбой!
— Чего он требует?
— Пока ничего. Просто продает парашюты.

Советская Россия. Только закончилась Гражданская война, дефицит продовольствия, строгие предписания относительно предельных цен на продукты. Гольфштейн продаёт гусей по 500 рублей за одного и процветает. Сосед хочет последовать его примеру и помещает в газете объявление. Тут же являются чекисты и конфискуют его гусей за спекуляцию.
— Фима, — спрашивает сосед, — почему ЧК не приходит к тебе? Ты ведь продаёшь своих гусей за те же 500 рублей.
— А что ты написал в объявлении?
— Я написал: продаю гусей по 500 рублей за штуку.
— Ты поступил очень глупо. Я всегда пишу так: «В субботу на Соборной площади потеряны 500 рублей. Нашедший получает в награду гуся». И на следующий день полгорода приносят мне потерянные 500 рублей...

В небольшом провинциальном местечке умирает старый богатый еврей и всё своё огромное состояние он завещает двоим сыновьям, но толковому и работящему Абраму оставляет одну лишь корчму, а беспутному и вечно пьяному Хаиму – всё остальное. Ребе, пришедший навестить умирающего, пытается наставить его на путь рассудительности:
— Это, конечно, не моё дело. Это твои деньги и твои сыновья. Но Хаим ведь пропьёт всё твоё состояние за полгода!
— Правильно! Но где он его пропьёт, если в округе всего одна корчма?!

— Софа! Никогда не спорь с мужем. Сразу закатывай истерику!

— Извините, Вы на следующей остановке выходите?
— Нет...
— Таки давайте меняться.
— И шо? Я выйду, а вы поедете дальше?

Пожилой Абрам Самуилович уже столько отложил себе на чёрный день, что таки ждал его с большим нетерпением...

— Боже мой, кого я вижу! Абрам Самуилович
— Меня зовут Самуил Аркадьевич.
— Вы мне будете рассказывать, как вас зовут?! Я вашего папу с детства знал! Он был таким красивым, кудрявым!
— Ничего подобного. Мой папа был маленький и лысый.
— Ай, идите к чёрту, вы не все знаете за своего папу!

— Сёма, сынок запомни: чтобы быть хорошим человеком, ты должен быть всегда пунктуальным и осторожным.
— А что значит пунктуальным?
— Это чтобы ты всегда выполнял то, что обещаешь.
— А осторожным?
— Чтобы никогда ничего не обещал.

Раввин собрал всех евреев города и сказал им:
— Знаете, почему нас русские не любят? Потому что мы водку пить не умеем. Приносите завтра по бутылке водки, мы их сольём в один чан и будем учиться пить.
Все согласились.
Один еврей подумал:
— Если все принесут по бутылке водки, и только я принесу бутылку воды, никто этого и не заметит.
На следующий день приходят все евреи с бутылками, сливают их в один чан.
Раввин наливает оттуда одну стопку, пробует и говорит:
— Вот за это-то нас русские и не любят!

Новый учитель, придя в класс, обращает своё внимание на то, что одного еврейского ученика дразнят Абрам-дурачок. На перемене он спросил у класса, почему они его так обзывают.
— Да он и вправду дурачок, господин учитель. Если дать ему большую монету в пять шекелей и маленькую в десять, он выберет пять, потому что думает, что она больше. Вот, смотрите…
Парень достаёт две монеты и предлагает Абраму выбрать. Тот, как всегда, выбирает пять. Учитель с удивлением спрашивает:
— Почему же ты выбрал монету в пять шекелей, а не в десять?
— Посмотрите, она же больше, господин учитель!
После уроков учитель подошёл к Абраму.
— Неужели ты не понимаешь, что пять шекелей больше только по своему размеру, но на десять шекелей можно купить больше?
— Конечно понимаю, господин учитель.
— Так почему же ты выбираешь пять?
— Потому что, если я выберу десять, они перестанут давать мне деньги!

Как любил говорить старый портной Лейб Ефимович: «Вам быстро или шоб рукава одинаковые?».

— В чём заключается разница между евреем и бойскаутом?
— Бойскаут возвращается домой из лагеря.

— Софочка, сердцу не прикажешь!
— Ой, я вас умоляю, Изя! Можно подумать, вы своей зaднице большой командир.

Взошёл Моисей на гору Синай. Через месяц спускается – небритый, глаза красные, под глазами синяки.
Евреи его обступили и спрашивают:
— Ну что, получил ты Завет от Господа?
— Ещё не весь... Пока добрались до 1549-й заповеди: «Порядок подтверждения права на получение возмещения при налогообложении по налоговой ставке ноль процентов».

— Фирочка! Вы уже три года, как вдова… Я тоже один… Не такой молодой, но, таки, очень небедный… Вы понимаете, на шо я намекаю?
— Абрам Израилевич! Та я с удовольствием готова стать и вашей вдовой тоже!

— Абрам Самуилович, только вчера вы выдали мне пиджак, а сегодня спина лопнула.
— Вот видите! Я же говорил, что пуговицы пришиты крепко!

— Скажите, ребе, одевать ли сорочку в первую брачную ночь?
— Надевать.
— Спасибо, ребе!

— Хаимчик, сыночек, шо надо делать, если ты идёшь с девушкой, а к ней начали приставать хулиганы?
— И шо?
— Бежать! И помни: красивых девушек много, а ты у мамы один!

— Натан, шо вы делаете на работе?
— А на работе я таки только устаю за такие деньги.

— Софочка, зря ви мне отказали, я ведь не каждой предлагаю...
— Видите ли, Сёмочка, я ведь тоже не каждому отказываю…

— Скажите! А почему Израиль такая маленькая страна, а евреи а ж по всему миру?
— Ой! Израиль это просто офис.

— Абрам, за что вы были осуждены?
— Представляете, какая вышла оказия, чисто случайно выяснилось, что оказывается государство выпускает точно такие же банкноты, как и я!

Даже в свои 80 лет Абрам исправно и регулярно выполнял свой супружеский долг: утром выносил мусор, а вечером мыл посуду.

Опаздывает еврей на крайне важную для него встречу. Подъезжает на машине к нужному зданию, а места на парковке нет.
— Господи, – взмолился он. — Дай мне место машину поставить, я опаздываю. Ну, дай! Я буду десятину платить! Я начну субботу соблюдать и в синагогу ходить! Ну, дай мне место машину поставить!
Тут, буквально перед ним отъезжает машина, освобождая место.
— Всё, Господи, спасибо! Уже не надо. Я сам...

Шоб ви таки знали, я мозги не выношу, я просто проверяю их наличие.

Профессора Рабиновича вызвали в КГБ.
— Нам стало известно, что вы изучаете иврит. Вы собираетесь уехать в Израиль?
— Вовсе нет. Я прочитал в Священном писании, что в раю говорят только на иврите.
— А если вы попадёте не в рай, а в ад?
— Так русский я уже знаю хорошо.

— Изя, у тебя всё равно рот открыт, позови Абрама со двора!

— Абрам, скажи мне сразу, у вас с Сонечкой всё серьёзно?
— Мама, таки да! Мы с Сонечкой ещё ни разу друг другу не улыбнулись.

— Скажите, ребе, это большой грех, что у моей Софочки ребёнок родился до свадьбы?
— Какой там грех! Откуда ребёнок мог знать, когда свадьба?

Стоят два таможенника на границе. Видят – едет мужик на велосипеде, а на багажнике у него пачка "Мальборо".
— Вот гад, – говорит один, — подакцизный товар провозит.
— Ничего не сделаешь, для личных потребностей, можно без пошлины, – говорит второй.
На следующий день видят того же мужика на велосипеде, а на багажнике – пачка "Мальборо".
— Сволочь, я его сейчас штрафану.
— Да успокойся ты, он имеет право. Лично для себя.
Ситуация повторяется каждый день в течение двух месяцев. В итоге уже оба таможенника не выдерживают, подходят к мужику на велосипеде и говорят:
— Мужик, возьми наш грузовик, загрузи его там сигаретами и провези за раз. Мы тебя даже трогать не будем, только не доставай каждый день с пачкой.
— Что вы от меня хотите? Не нужен мне ваш грузовик, я уже все велосипеды перегнал...

1980 год.
Приходит мужик в церковь на исповедь и говорит батюшке:
— Согрешил я очень сильно... Во время войны еврея от немцев прятал у себя в подвале.
Батюшка говорит:
— Ну это же вовсе не грех, ты ему жизнь спас, это хороший поступок, праведный.
— А он за это мне за скотиной убирал.
— В этом нет ни чего плохого, он же должен отблагодарить как-то.
— А я с него по 100 долларов в день за это брал.
— Ну ничего страшного, его жизнь дороже.
— Батюшка, я вот думаю, сказать ему, что война уже закончилась?

Похороны Рабиновича. Собрались все его близкие и родные.
У могилы стоит раввин, который зачитывает все его заслуги:
— Сегодня мы провожаем в последний путь знаменитого писателя Рабиновича.
Крайне удивленный Абрам спрашивает у Сары - жены покойного:
— Сара, а почему писателя? Я никогда не видел его книг или статей!
— Абрам, шо ты такое говоришь?! Знаешь, какое гениальное он написал завещание!

— Фирочка, кажется я понял, что мне таки пора что-то в этой жизни менять!
— И шо теперь? Ты сядешь на телевизор и станешь смотреть на диван?

— Сёма, как вы смотрите на то, шобы выпить?
— Пристально.

— Вы кто по национальности?
— А как вы догадались?

Спорят два еврея:
— Чёрный — это цвет.
— Нет, черный это не цвет.
— Да говорю тебе, чёрный — это цвет.
— Да никогда в жизни!
— Точно говорю, чёрный — это цвет.
— Ничего подобного.
— Ладно, пойдём спросим у раввина, что Тора об этом говорит.
Пошли к раввину. Тот посмотрел в Торе и говорит:
— Да, в Торе сказано, что чёрный — это цвет.
— Вот! Что я тебе говорил? Чёрный — это цвет!
— Ладно, чёрный это цвет. Но не белый.
— Что? Белый не цвет? Белый — это цвет!!!
— Нет, белый это не цвет.
— Как так, белый не цвет? С каких это пор?
— Вот так, не цвет и всё.
— Ладно, пойдём спросим у раввина, что Тора об этом говорит.
Опять пошли к раввину. Тот опять посмотрел в Торе:
— Тора говорит, что белый — это таки тоже цвет.
Первый еврей, радостно:
— Ну? Что я тебе говорил? Я тебе продал цветной телевизор!

Новый раввин читает молитву. Половина синагоги встает.
Другая половина начинает шипеть: сядьте, сядьте!
На это первая половина: нет, вы встаньте!
Раввин пошёл к цадику за советом:
— Должны ли евреи стоять во время молитвы?
— Нет такой традиции, – ответил цадик.
— Вы имеете в виду, что есть традиция сидеть?
— Нет, такой традиции тоже нет.

Хотелось одному еврею эмигрировать и увидал он в порту стоит корабль, готовится к отплытию, на причале уже очередь на посадку образовалась. Ну он недолго думая пристраивается в конец этой очереди, а при входе на корабль каждого спрашивают:
— Ты кто?
— Я боцман.
— Проходи! (следующему) Ты кто?
— Я мичман.
— Проходи! (следующему) Ты кто?
— Я Кацман.
— Проходи!
Так еврей и оказался на корабле.

У Абрама умерла жена. Идёт он в газету давать некролог. Спрашивает, какой будет самый дешёвый.
Ему объясняют, что чем меньше слов, тем дешевле. Он диктует:
"Сара умерла". Ему говорят, что можно добавить ещё два слова, а стоимость будет та же.
Итоговый вариант: "Сара умерла, продам Москвич".

Одесса. На перекрёстке Ришельевкая — Троицкая перед светофором останавливаются “Жигули” и “Феррари”.
Водитель жигуля – пожилой еврей, покрутив ручку, опускает стекло и стучит в стекло к водителю “Феррари”. Тот нажимает на кнопку и с удивлённым видом тоже опускает стекло. Водитель жигуля спрашивает:
— Слухайте, молодой человек, а шо то за машина?
— Феррари!
— И шо, совсем плохая?
— ???
— Та я смотрю по дорогам — не больно-то её люди покупают.

Сара, читающая книгу, вдруг говорит Абраму:
— Абрам! Какой позор!!! Ты таки представляешь, какой-то наглый поц, по фамилии Лермонтов, опубликовал в своей книге стихи, которые ты посвятил мне, когда мы только начали с тобой встречаться!

— Фира, так вы согласны стать моей женой?
— Хаим, немедленно поднимитесь с колен, не мните наши бруки!

— Мама, а человек может выжить без зубов?
— Сёма, человек сможет, а вот твой папа – нет!
— А почему папа не сможет?
— Потому, что твой папа – зубной врач...

Владелец магазина Рабинович посылает телеграмму фабриканту Зильберману:
«Ваше предложение принимаю. С уважением, Рабинович».
Телеграфистка советует:
— «С уважением» можно вычеркнуть.
— Откуда вы так хорошо знаете Зильбермана? — удивился Рабинович.

— Абрам Моисеевич, и почему вас женщины любят?
— Потому шо я умный.
— А почему вы не женитесь?
— Фира Соломоновна, вы шо — глухая?

— Без окон, без дверей, а внутри сидит еврей? Что это?
Ответ: Сара беременна.

— Изя, дорогой, сколько лет, сколько зим! Может быть, по рюмочке коньячку за мой счёт?
— А почему бы и нет?!
— Ну, нет, так нет!

— Ребе у меня куры дохнут. Посоветуйте, что делать?
— А чем кормишь?
— Хлебом.
— Так, с сегодняшнего дня корми пшеном!
Через три дня приходит снова:
— Ребе, снова куры дохнут!
— Так, пшеном не корми – корми овсом!
Через неделю ребе сам приходит к еврею:
— Ну что Изя, дохнут куры!
— Не дохнут – все передохли...
— Жаль, у меня ещё столько вариантов было...

Пожилой еврей лежит, чуть слышно дышит, вот-вот умрёт. Вдруг открывает глаза и говорит стоящей рядом внучке:
— Хая, я чую запах фаршированной рыбы, принеси мне кусочек.
Внучка возвращается через несколько минут и говорит:
— Бабушка сказала: Никакой рыбы, это на похороны.

Один еврей очень сильно разбогател и приобрёл себе огромный дом. К нему пришёл приятель, и еврей водит его по своему новому особняку:
— Вот гостиная... Это спальня... Это мой кабинет... А в этой столовой могут одновременно обедать — не приведи Господь! — пятьдесят человек.

У моей Софочки идеальный слух. Она даже слышит, как на мою карточку приходят деньги.

— Здравствуй Сара, а где твой Боря?
— Дома. Как всегда, со своим четвероногим другом.
— Как, у вас есть собака?
— Не собака, а диван.

Компания: ООО "С гоем пополам".
Учредители: Гольдман и Петров.

— Абрам, ты чего такой грустный?
— Да понимаешь, Хаим, моя Сарочка с детьми уезжает к морю на целых две недели!
— Шо-то я тебя не понимаю…
— Так, если я не буду грустным, она же передумает.

— Доктор, ви меня попросили открыть рот и высунуть язык. Я таки уже 10-ть минут так сижу. Вы будете, меня ещё смотреть?
— Нет, мадам Либерман! Просто хотелось выписать рецепт в спокойной обстановке.

— Изя! Мне сегодня приснилось, шо на День рождения ты мне подарил бриллиантовое колье!
— Софочка, радость моя! Если ты будешь себя хорошо вести, то в следующем сне я подарю тебе «Мерседес».

Пришёл мужик в церковь к попу на исповедь и говорит:
— В страшном грехе должен признаться я батюшка, во время войны прятал у себя в подвале семью евреев.
Поп, выслушав его:
— Какой же это грех? Ты людей от верной смерти спас. Это благое дело а не грех. Иди отсюда.
Мужик в ответ:
— Так ведь я его не даром прятал, а брал по золотому червонцу каждую неделю.
Поп:
— Ну тебе же нужно было его кормить, поить, так что всё равно благое дело. Иди не доставай меня.
Мужик повернулся уходить и уже у двери обернулся и спросил попа:
— А может сказать ему что война уже закончилась?

— Сара, чего-то тянет шашлыками...
— Шлёма, с цигарки муху убери.

— Софа, теперь мы будем жить в дорогой квартире. Как ты и хотела!
— Изя как я рада! Мы покупаем квартиру?
— Нет нам повысили квартплату.

— Послушайте, Шниперсон, когда я смотрю на Вас, у меня складывается такое ощущение, шо Ваша мама не хотела, а папа не старался!

В купе поезда едут старый и молодой евреи. Молодой спрашивает у пожилого:
— Не скажете, который сейчас час?
Пожилой еврей молчит, демонстративно отворачивается и засыпает.
На следующий день поезд прибывает на вокзал, пожилой говорит молодому:
— Вы вчера спрашивали время, так вот: теперь полдень.
— А почему вы вчера промолчали?
— Мы бы тогда разговорились, оказалось бы что вам негде остановиться и я бы, как добрый человек, пригласил Вас к себе. А у меня дочка на выданье. Вы такой молодой и красивый её соблазнили бы, и как приличный человек женились бы на ней...
— А что в этом плохого?
— Да я подумал и решил: и нахрена мне зять без часов?

В магазин приходит маленький Мойша и протягивает банку продавщице:
— Мне три литра мёда.
Та наливает полную банку.
Мальчик:
— Папа придёт завтра и заплатит.
— Ну, уж нет, – продавщица забирает у него банку и выливает мёд обратно.
Мойша выходит на улицу, заглядывает в банку:
— Хм.., а папа был прав, здесь как раз хватит на два бутерброда.

Лежит Абрам с Софой в постели и говорит:
— Софа, мне плохо.
— Лежи, Абрам, сейчас, таки, всем плохо.
— Софочка, мне очень плохо!
— Абрам, сейчас всем очень плохо.
Наутро Софа просыпается, а рядом Абрам, уже холодный, и начинает причитать:
— Абрам, миленький, что же ты не сказал, что тебе хуже всех?!

Когда Изя узнал, что Роза продала букет цветов, накануне подаренный им, то сразу понял — это его женщина!

Два старых еврея сидят в парке на лавочке:
— Абрам, а ты помнишь, нам в армии давали какие-то капли для успокоения плоти?
— Как же ж... как же ж, помню.
— Я таки подозреваю, шо они начали действовать...

Абрам Рабинович и Фима Кацман идут по улице. Вдруг Фима поворачивается и говорит:
— Послушай, Абрам! А вот если у тебя было бы два «Мерседеса», ну таких, самых крутых, со всеми наворотами, знаешь, бар внутри и всё такое — ты бы мне дал один?
— Фима, дорогой! Сколько мы уже с тобой знакомы? Тридцать лет? Мы же с тобой друзья со школы. Так чего ты спрашиваешь? Конечно, если бы у меня было бы два таких «Мерседеса», один был бы точно для тебя.
Идут дальше. Опять Фима поворачивается:
— А вот, Абрам, представь, что у тебя две шикарные яхты, совершенно одинаковые. Ты бы одну мне дал?
— Фима, ну что ты задаёшь такие вопросы? Мы же с тобой как братья, ты у меня свидетелем на свадьбе был, и на бармицве у моего сына, и вообще... Конечно, если бы у меня было бы две яхты, одну я тебе бы отдал.
Дальше идут. Вдруг опять Фима поворачивается:
— А представь, Абрам, что у тебя было бы две курицы...
— Фима, ну это уже нечестно. Ты ведь прекрасно знаешь, что у меня есть две курицы.

— Сонечка, вы замужем?!!...
— Нет...
— А почему?!?...
— Та не знаю... И пробуют..., и хвалят..., а не берут!!!

В одесской квартире гости:
— Сонечка, дорогая, ты не стесняйся, угощайся – бери конфеты сколько хочешь, хоть все две.

— Имя?
— Изя.
— Отчество.
— Абрамович. Фамилию чего не спрашиваете?
— И так видно, что не Иванов.

Учительница предложила, чтобы завтра каждый из учеников пришёл в своей национальной одежде.
Русскому Васе мама достала из кладовки дедов картуз и стала ушивать косоворотку.
Украинке Оксане нашли бабушкину вышиванку.
Кавказцу Вазгену дали папаху, а на пояс повесили кинжал.
А когда еврейский мальчик Хаим сказал родителям за национальную одежду, то папа крикнул маме:
— Сара, нет, ты слыхала? Сопляк дублёнку просит!

Разгар семейной ссоры, Софа выговаривает с возмущением:
— Хаим! Я шо-то не понимаю, ты хочешь быть прав или счастлив?!

— Софа Моисеевна, у вас такие милые щёчки.
— Ой, Абрам, это не то! Таки это мешки под глазами!