Внучка и её похожесть на бабушку

Беременная еврейка приходит на приём к гинекологу.
Он её осмотрел и говорит:
— У вас неправильно расположен плод: он повёрнут.
— Доктор, что же мне делать?
— Отец ребёнка тоже еврей?
— Да.
— В таком случае не волнуйтесь: ребёнок выкрутится.

Если бы бабка узнала сколько мы сэкономили на её похоронах, она бы перевернулась в канаве.

Ночью в поезде.
Голос с соседней полки:
— Мамаша, ну, сколько же можно: «Сёма, пись-пись, Сёма, пись-пись!»???
— А шо я могу таки сделать? Ребёнок никак пописать не может сходить!
— Зато я уже 10 раз сбегал!

— Изя, вы слышали, что в Израиле нашли древние рукописи, которые утверждают, что при жизни у Иисуса была жена и двое детей?
— То есть, другими словами, он страдал ещё больше, чем мы думаем?!

Бабушки и дедушки как правило хорошо ладят с внуками, потому что у них есть общий враг.

Мальчик Яша пришёл с папой в гости к тёте Пёсе.
Та говорит:
— Подставь ладошку, я тебе орехов насыплю.
— Нет, лучше папе насыпьте.
— Ты что, не любишь орехов?
— Люблю, но у папы ладонь больше.

— Сёма, не ешь так много мороженого!
— Почему?
— Пукнешь – отморозишь себе ноги!

Беседуют два одессита.
— Хаим, что вы таки думаете за ceкс с любимой женщиной?
— Ой, Сёма, не морочь мне голову! У меня семеро детей – мне некогда заниматься теорией.

— В чём заключается схожесть детства и старости?
— Может быть в том, что как в детстве, так и в старости тебя катают на коляске?

— Где же это мы его так проморгали? – Мучительно думали родители маленького Абрама, слушая, как сын виртуозно играет на балалайке.

Однажды, когда мне будет уже немало лет и у меня будут подрастать внуки, я расскажу им о том, что я старше чем интернет. Вот они удивятся.

Вопрос:
– Что такое еврейский свитер?
Ответ:
– Это то, что надевает еврейский ребёнок, когда его маме холодно.

Дача, бабушка с внучкой пьют чай. На столе стоит варенье, к которому с разных сторон ползут муравьи. Девочка, недолго думая, раздавила одного. Бабушка давит на жалость ребёнка:
— Лизонька, ты что, как же так можно! Муравьишки тоже ведь живые, им больно! У них детки есть! Вот представь: сидят они дома и ждут свою маму. А мама не придёт.
Лиза (давя пальчиком очередное насекомое):
— И папа тоже не придёт...

— Чем отличается еврейская мама от арабского террориста?
— С террористом всё-таки можно договориться...

— Здравствуй, мальчик, а твой папа дома?
— Таки, мне нужно знать, кто вы?
— В каком смысле?
— Если вы из налоговой – папа пошёл собирать бутылки, чтоб нас прокормить; если вы Семён Маркович, которому он должен деньги – его два дня, как похоронили; если вы Хаим Семёнович, который должен ему – то он, таки, дома.

В еврейской семье ребёнок до девяти лет писался в кровать. Продолжалось это пока отец не сделал туалет бесплатным.

Бабушка — это единственный человек, которому можно бесконечно жаловаться на родителей.

— Мама, ну хватит-таки уже по ночам укрывать меня одеялом!
— Сыночка, ты же можешь простудиться…
— Но вы же раскрываете мою жену!

У знакомых дочка растёт, девочка 5 лет, приносит недавно бабушке своих кукол и говорит: "Посмотри за моими детьми, а я сейчас с девчонками покурю и на работу".

— Сима, я тебе так скажу. Детям нужно отдавать всё лучшее! Вырастут — всё равно отнимут!

В одесской школе учитель обращается к детям:
— Дети, берите пример с Васечкина. Он вроде и русский, а таки учится неплохо.

Бабушка в роще поганку нашла:
"Съешь её, внучка!" – сказала она.
Быстро Танюша схрумкала гриб –
Живой не увидит внучку старик.

Как любила повторять мудрая тётя Фира:
— Для того шоб поставить детей на ноги, таки надо снять их со своей шеи...

— У тебя 6 конфеток, сколько останется если я одну попрошу?
— Шесть.

— Однажды ты оторвёшь взгляд от своего смартфона и поймёшь, что твои дети сдали тебя в дом престарелых…

Внуки — это цветы жизни, за которыми ты уже знаешь, как ухаживать.

Одесский дворик:
— Абраша – домой!
— Мама, я замёрз?
— Нет – ты хочешь кушать!

— Запомни, Сонечка: дети наша радость, а мужчины наша слабость. Таки вот, один раз расслабишься — всю жизнь потом радуешься.

Маленький Абрам интересуется у своего папы:
— Папа, а таки каким евреем мне лучше стать, английским, американским, одесским или русским?
— Богатым, сынок!

— Изя, сынок, не корчи рожи, а то все подумают, что ты похож на папу!

Как только учительница произнесла фразу: «Два пишем, три в уме...» — Мойша сразу понял, что математика ему нравится.

Урок в еврейской школе.
— Сонечка, что ты делала вчера после школы? – спрашивает учительница.
— Играла в песочек.
— Сонечка, выйди к доске и напиши слово песочек.
Соня выходит, пишет "песочек".
— Молодец Сонечка, садись, пять. А ты Хаимчик, что вчера делал после школы?
— Я вместе с Сонечкой играл в песочек, и у меня был совочек.
— Хаимчик, иди к доске и напиши слово "совочек".
Хаим выходит, пишет "совочек", и получает пятёрку.
— А что вчера делал ты, Муталиб Саид ибн Ахмет Бей?
— Я хотел поиграть в песочнице с Соней и Хаимом, но они назвали меня черномазым бараном и забросали песком.
— Это вопиющая несправедливость и унижение человеческого достоинства, – воскликнула учительница, — Муталиб Саид ибн Ахмет Бей, выйди к доске и напиши сто раз, что бы все видели, "Вопиющая несправедливость и унижение человеческого достоинства".

— Шмулик, угости Софочку конфеткой.
— Она не хочет.
— А ты спрашивал?
— Та шо я так не вижу?

Прожив и проработав в "Поднебесной" несколько приятных и весёлых лет своей жизни, я сделал для себя множество интересных и забавных наблюдений, одно из которых, заключается в том, что все китайцы вовсе не на одно лицо. Как по мне, так у них имеется, как минимум порядка трёх-четырёх возможных вариаций лиц, при чём это точно!

— Сарочка! Иде ж ми его таки упустили? – такой вопрос задал Рувим Исаакович своей жене Саре Моисеевне, узнав, что их сын Моня поступил в музыкальную школу и выбрал класс... балалайки.

— Яков Израилевич, как обстоят дела у вашего сына в школе?
— Уже лучше… Но пока всё ещё хожу на родительские собрания под чужой фамилией.

Дети — цветы жизни. Продам семена под рассаду.
Абрам.

В корпоративном чате:
– Здравствуйте, укажите инфу, пожалуйста, составляем списки детей сотрудников. Покупаем подарки к праздникам.
– У меня кот, я к нему отношусь, как к сыну.
– Нужен документ, подтверждающий родство.
– Сейчас отправлю.

— Абрамчик, сыночек, сходи в магазин за хлебом.
— А деньги?
— Не надо. Только хлеба.

Брякнешь своей маленькой дочурке какую-нибудь ерунду, чтобы она поскорее от тебя отстала со своими глупыми вопросами, а спустя много лет эти слова превратятся в прекрасное воспоминание об отце, которое она будет рассказывать твоим внукам.

Страшно отправлять ребёнка к бабушке — сплошная утечка информации...

— Скажите, вы случайно не сын старика Калмановича?
— Да, сын, но что «случайно», я слышу впервые.

Дедушка был неграмотный, поэтому расшалившихся внуков сразу бил, а не считал до трёх.

— Мама, мама, а я сегодня опять видел нашу бабушку!
— Ну сколько раз тебе повторять, не копай так глубоко в песочнице!

Дети Петровых всегда играли с детьми Рабиновичей.
Но однажды Александр Петров говорит, что они больше не будут дружить с евреями.
— Почему? — спрашивает его маленький Абрам.
— Нам папа сказал, что вы евреи распяли нашего Христа.
— Таки нет! — кричит Абрам. — Это не мы! Это, наверное, Шниперсоны с третьего подъезда!

У одного еврейского мальчика была мечта — в день своего 18-летия прыгнуть с парашютом. На сэкономленные на завтраках деньги, он приобрёл абонемент в местном аэроклубе. В день рождения он пришел в клуб, его поздравили, но в прыжке категорически отказали, сославшись на слабые мышцы ног. В другом клубе ему отказали по причине излишнего веса. Еврей объездил все аэроклубы Израиля, но ему везде отказывали. То сердце слабое, то зрение плохое. Из последнего клуба он вышел со слезами на глазах.
За ним вышел инструктор и спросил:
— Вы таки очень хотите прыгнуть?
— Да, очень.
— Я дам вам совет, при условии что он останется между нами. На севере Израиля есть один очень маленький аэроклуб, буквально два человека его содержат, он совершенно не рекламируется.
— Вы думаете, я смогу там прыгнуть?
— Я думаю, что ваша мама про него не знает.

— Мама, купи собачку.
— Нет.
— Мам, ну купи!
— Я сказала же — нет!
— Ну купи!!!
— Изя, отстань! Попробуй продать её кому-нибудь другому.

Одного мальчика спросили:
— Слушай, Мойша, как ты можешь есть этот рыбий жир? Он же такой невкусный.
— А мне мама каждый раз, как я выпью ложечку рыбьего жира, даёт один червонец. — Сказал Мойша.
— И что же ты делаешь с этим червонцем? — Спросили Мойшу.
— А я кладу его в копилку. — Сказал Мойша.
— Ну, а потом что же? — Спросили Мойшу.
— А потом, когда у меня в копилке накапливается достаточная сумма денег, — сказал Мойша, — то мама вынимает их из копилки и покупает мне опять бутылочку рыбьего жира.

— Папа, нам на дом сочинение задали написать "О семье". Как лучше написать: "Отец много работает" или "Отец много зарабатывает"?
— Вовочка, пиши как хочешь, но обязательно добавь: "А на ремонт класса денег больше нет!".

— Боже мой, кого я вижу! Абрам Самуилович
— Меня зовут Самуил Аркадьевич.
— Вы мне будете рассказывать, как вас зовут?! Я вашего папу с детства знал! Он был таким красивым, кудрявым!
— Ничего подобного. Мой папа был маленький и лысый.
— Ай, идите к чёрту, вы не все знаете за своего папу!

— Соня, дорогая, почему ты не носишь мой подарок…
— Он уже сам ходит…

- Я приехала в Израиль только ради своих детей! Теперь они очень счастливы!
- Вы живёте с ними вместе?
- Нет. Они остались в Одессе.

Мама на кухне готовит обед.
Вдруг вбегает сын Изя и начинает ныть:
— Мама, купи собаку...
— Изя, не мешай, я всё равно не куплю, – отвечает мама.
— Мама, ну купи собаку, пожалуйста, – не унимается и хнычет Изя.
— Я же сказала нет, не куплю! И вообще иди во двор и там продавай.

Маленький Абрам сидит на скамейке и поглощает конфеты из большого пакета, одну за одной. К нему подходит добрый дяденька и говорит:
— Мальчик, а ты знаешь, что конфеты есть вредно. Станешь толстым и зубы все пожелтеют.
— А мой дедушка дожил до 100 лет.
— И что, он тоже каждый день ел конфеты?
— Нет, он не лез не в своё дело.

СССР. В одесском роддоме всеобщее возмущение: к еврейским роженицам врачи и персонал относятся явно лучше.
Главврач обращается к скандалящим женщинам:
— Товарищи мамаши, будьте таки сознательными гражданками! У них вся продукция идет исключительно на экспорт!..

Роддом. В одно время рожают немка, русская и еврейка. Врачи, в суете принимающие роды, путают детей, и матери не знают, как определить где чей ребёнок.
Немного подумав, немка говорит:
— «Sieg Heil!» и один из детей вскидывает правую ручку.
Удовлетворённая немка забирает ребёнка и уходит.
Русская молча подходит и забирает ещё одного ребёнка.
Еврейка спрашивает:
— Постой, а как ты узнала, что это именно твой ребёнок?
Русская ей отвечает:
— Да очень просто – когда немка сказала «Sieg Heil!» мой ребёнок кулачки сжал, а твой обосрался.

Большая еврейская семья готовится ужинать. Маленький Изя в ужасе подбегает к маме:
— Мама, мамочка! Я только что проглотил муху!
Мама поворачивается к младшей дочери:
— Софочка, убери одну тарелку, Изенька уже покушал.

Поздний вечер. Звонок в дверь.
— УРА! Ну наконец-то она приехала! Наша самая любимая, самая долгожданная мама! – бежала бабушка, по коридору, обгоняя своих маленьких внуков и кота.

Еврейская мама кричит сыну с балкона:
— Изя, давай домой!
— Мама, я, что замёрз?
— Таки нет! Ты хочешь кушать!

— Абрам, почему вы при заполнении анкеты указали, что детей у вас нет? У вас же их четверо?
— Та, разве ж это дети? Это ж какие-то махновцы!

В еврейской семье. Мама кладёт кусок торта на тарелку маленькому Абраму.
— Мама, я хочу два куска. — Возмущается Абрам.
— Абрам, не делай маме нервы. Возьми нож и разрежь на пополам.

— Понравились вашему сынишке подарки?
— Ой… Разбил Яшенька все подарки… И машинку, и танк, и ёлку разбил, и все игрушки на ёлке…
— И мой подарок разбил?
— Да нет, Изя, ваш молоточек целый…

— Мама, кажется я порэзал яйца!
— Изя, таки не пугай маму! Ты на кухне или в ванной комнате?

Если ты вырастишь и воспитаешь детей — ты можешь баловать внуков. Но если ты разбалуешь детей, то тебе придётся растить и воспитывать внуков.

— Как заставить группу евреев начать сражаться?
— Достаточно бросить один пенни прямо перед ними.
— Как заставить группу католических священников сражаться?
— Достаточно бросить маленького мальчика перед ними.