Искусство

Товарищи, искусство сопровождает нас на протяжении всей нашей жизни, начиная с искусственного вскармливания и заканчивая искусственным дыханием.

Было бы правильно, если бы мы сказали, что за каждым великим человеком стоит милый и нежный кот.

Порой, лишь только промахнувшись, понимаешь, как ты попал.

Есть люди, которые экономят на всём, особенно – на здравом смысле.

Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Как любит повторять моя 90-летняя бабуля, после очередных ссор и недопонимания с домашними: «Мне на кладбище уже давно прогулы ставят, а я всё тут сижу — с вами...»

Мы выбрали самое лучшее время, чтобы быть детьми, и самое тяжёлое, чтобы быть взрослыми.

Пока пил и выдавал высказывания, все знали, что это по пьяни. Когда поняли, что бросил пить, и болтаешь трезвый, то выгнали с работы, и сказали: нам дураки не нужны.

Человек всегда несёт в себе семя счастья и горя.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Преподаватель, объясняя студентам процесс решения задачи с угловой скоростью, говорит:
— И так, попробую объяснить вам данный процесс на примере. Для наглядности примера, нам понадобится нанести царапину на данной виниловой пластинке... Конечно же так делать нехорошо... Жалко царапать хорошую пластинку. Но мы можем представить с вами, что на ней записаны песни Ольги Бузовой. И вот, теперь нам куда проще исцарапать её. Можно нанести даже несколько царапин... лишним не будет.

Самое трудное в дружбе — держаться вровень с тем, кто ниже тебя.

Жители Псковской пятины очень уважали кинематограф. Это выразилось в топонимике таких деревень как Домкино и Госкино.

Любовь начинает проявляться, только когда мы любим тех, кого не можем использовать в своих целях.

Существует только два класса путешествий — первый и с детьми.

Если человек может жить не в принуждении, не автоматически, а спонтанно, то он осознает себя как активную творческую личность и понимает, что у жизни есть лишь один смысл — сама жизнь.

Скромность — это прекрасное подспорье для болванов; она заставляет человека говорить про себя, что он такой же болван, как и другие.

На экзамене:
— Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова?
— Я могу только предположить...
— Попробуйте.
— Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло...
— Постойте, я только валидол под язык положу...

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Кошачьи глаза способны говорить на прекрасном языке. Вы можете понять его, только если любите их.

Компетентная комиссия установила, что искусство хирурга Серокузовской районной больницы У. Кондрашкина требует жертв.

«Я создал какую-то хрень! Но я — художник и я так вижу!»
— сказал Художник...
«Я не Художник, но вижу что что-то в этой хрени есть, ведь мне за это заплатили»
— сказал Критик...
«Понятия не имею, что это за хрень, но если она продастся...»
— сказал Инвестор...
«Пусть это и полная хрень, зато дорогая»
— сказал Коллекционер...
«Какая глубокая и изящная хрень»
— отметили Ценители на выставке...
«Что это вообще за бред такой и кому это вообще может быть интересным? Да ещё и за такие огромные деньжища?!»
— удивился обыватель, и отправился в нормальный музей.

В начале жизни мне пришлось выбирать между искренней надменностью и ложной скромностью. Я выбрал искреннюю надменность и с тех пор ничего не менял.

Кошки — это ангелы с усами!

Люди всегда по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Грех простится, а глупость нет...

Нет такого осла, который, созерцая себя в реке, не смотрел бы на себя с удовольствием и не находил бы у себя черт коня.

Лучше быть одному, чем быть в плохой компании.

В кошке я нашла своего самого близкого и верного друга.

Вот что ты мне дал, то я и перепутал!

Иди по жизни с высоко поднятой головой, но не с высоко задранным носом.

Кошки знают больше, чем мы думаем, и думают больше, чем мы.

зачем ты рвешь мои шаблоны
зачем ломаешь трафарет
и почему приходишь пьяным
на курсы кройки и шитья

Женщины превозносят мужскую скромность, но не любят скромных мужчин.

Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся.

Московские школьники:
— Лина, в оперу хочешь сходить? В Большой.
— Опера хороша только на итальянском. В русском перекладе полная шняга. Чо там у тебя?
— Верди…
— Принимаю твоё приглашение.

Чем кто умнее, тем он скромнее.

Человеку обязательно отдохнуть надо. Человек всё-таки не курица. Курица — та может действительно в отпусках не нуждается. А человеку без отпуска немыслимо...

Все те вопросы, которые были поставлены, мы их все соберём в одно место.

Оригинальность — это хорошо, зато плагиат быстрее.

Тщеславие делает человека болтливым.

Жизнь — это кросс, в котором каждый стремится вырваться вперёд, чтобы прийти к финишу последним.

Обучение никогда не истощает психику.

Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство.

Жизнь — это миг. Её нельзя прожить сначала на черновике, а потом переписать на беловик.

Время — лучший лекарь для тех, у кого нет денег на лекарство.

Сегодня, если врач говорит, что вам нужно удалять почку, вы не знаете: действительно ли у вас всё так плохо, или врачу нужно расплатиться за ипотеку.

Если вы сбили кого-то с ног в Испании, сделайте вид, будто за вами гонится стадо быков.

Прекрасное, увы, недолговечно,
Живучи лишь обиды и увечья.

Моё мнение это не предмет для дискуссий, а руководство к исполнению...

В те времена, когда не было психологов, каждый сходил с ума самостоятельно.

Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.

— Очень хочется верить, что главные герои в конце все погибнут.
— Вообще-то мы смотрим рэп-баттл.
— Я это сразу понял.

Уборщице в художественной студии очень тяжело убираться, она то и дело спрашивает:
— А это искусство? Или можно выкинуть?

Скромен не тот, кто равнодушен к похвалам, а тот, кто внимателен к порицаниям.

Красивая женщина радует мужской взгляд, некрасивая – женский.

Новое правило: раз уж церковь не платит налоги, то она и не может вызвать пожарных при пожаре, например. Извините, отче, но пожарники содержатся за счёт налогоплательщиков. Я смогу вызвать пожарных, ведь я плачу налоги. А ты можешь ПОМОЛИТЬСЯ, чтобы начался дождь.

Если к кому-то потянулась душа, не сопротивляйтесь... Она единственная точно знает, что нам надо.

Даже разум глупца мирится с истиной.

Некрасивым девушкам легче вести скромную жизнь.

— Вся наша жизнь — это всего лишь короткий отрывок чего-то большого и неизведанного, а вот искусство... искусство — оно вечно!
— Петрович, ты заколебал! Второй час забор никак докрасить не можешь! Давай шурей, погода портится, щас дождь ливанёт!

Я не знаю, кому и чего Юля (Тимошенко) качать будет.

Алкоголь — это такая штука, которая отодвигает ощущение смерти подальше, а саму смерть поближе.

— Никогда не бойся высказывать своего мнения вслух.
— А что, если это мнение будет не принято собеседниками?
— Один мой хороший приятель, на столько сильно дорожил собственным мнением, что никогда не высказывал его вслух. И в конечном итоге, он прожил долгую жизнь, но никому так и не удалось узнать, каким же оно было — его личное мнение.

Каждый должен что-то оставить после себя. Сына, или книгу, или картину, или выстроенный тобой дом, или хотя бы возведённую из кирпича стену, или сшитую тобой пару башмаков, или сад, посаженный твоими руками. Что-то, чего при жизни касались твои пальцы, в чём после смерти найдёт прибежище твоя душа. Люди будут смотреть на взращённое тобою дерево или цветок, и в эту минуту ты будешь жив.

У гордости тысяча обличий, но самое искусное и самое обманчивое из них — смирение.

Депутаты все высказались, чтобы я шёл. Избирался, точнее.

Однажды, во время беседы о достижениях современной техники, Бернард Шоу сказал:
— Теперь, когда мы уже научились летать по воздуху, как птицы, плавать под водой, как рыбы, нам не хватает только одного: научиться жить на Земле, как люди...

Базар парламентского типа!