Штирлиц выглянул в окно

Штирлиц всю ночь топил камин. Наутро камин наконец утонул.

Штирлиц приготовился к бою, а пришла гёрл...

Штирлиц гладил котёнка. Котёнок впоследствии умер. Штирлиц удивленно выключил утюг.

В дверь сильно постучали.
— Кто там? – спросил Штирлиц.
— Здесь мы задаем вопросы! – раздалось из-за двери.
«Коучи» – подумал Штирлиц.

К даче Штирлица подъехала бронетранспортёр. Вышел Мюллер и взвод гестаповцев. Мюллер позвонил. «Кто там?», – спросил Штирлиц. «Мне нужен Штирлиц», – ответил Мюллер. «А меня нет дома!», – ответил Штирлиц. Мюллер выругался и уехал. Так разведчик уже третью неделю водил фашистов за нос.

«Представляете, Штирлиц», – в ужасе произнёс Мюллер: «Мне такой кошмар сейчас приснился: будто сейчас 2015 год, канцлер в Германии — баба в красном пиджаке, вместо факельных шествий — гей-парады, мы платим деньги евреям и выполняем команды негра из Америки!».

Штирлиц сел в машину и поехал в Берлин со скоростью 100 км/ч. Рядом бежал Мюллер, делая вид, что прогуливается.

Фашисты обложили все выходы. Штирлиц ушёл через вход.

На стене туалета корявым почерком Бормана было написано: «Штирлиц скатина и русский шпиён!» Штирлиц достал карандаш и переправил "шпиён" на "разведчик".

— Штирлиц, вы польский еврей? – спросил Мюллер.
— Нет! Я русский, – с достоинством ответил Штирлиц.
— А я немецкий, – усмехнулся Мюллер.

Предательски хрустнули доски сортира... Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу.

Штирлица Мюллер зверски пытал –
Нюхать портянки свои заставлял.
К счастью, неведомо было уродине:
Штрилицу нравились запахи Родины

— Штирлиц, говорят, что вы голубой, – сказал Мюллер.
— Я? – покраснел Штирлиц. — А теперь?

Поздно вечером в доме Штирлица раздался телефонный звонок. Подняв трубку, он услышал томный голос радистки Кэт:
— Штирлиц, вам, наверное, одному не спится?
— Отчего же, спиться я могу и один, – ответил Штирлиц и налил очередной стакан водки.

В спортзале Штирлиц тоскливо выполнял упражнения на бревне. Ему давно что-то не попадались темпераментные женщины.

Штирлиц встретил на улице двойника Мюллера.
«Двойник» – подумал Штирлиц.
«Сволочь!» – подумал Мюллер, заметив Штирлица в отражении витрины.

Лампа светила, но света не давала. Штирлиц погасил лампу и Света дала.

Штирлиц и пастор Шлаг играют в гольф. В очередной раз промазав, Штирлиц воскликнул:
— Чёрт побери, опять промахнулся!
Пастор:
— Не чертыхайтесь, Штирлиц, не то вас Бог накажет!
Раздаётся удар грома, сверкает молния и поражает пастора.
Голос сверху:
— Чёрт побери, опять промахнулся!

— Что Адольф Гитлер, сообщил игрокам немецкой-фашистской сборной по футболу, после их очередного крупного поражения?
— Ничего страшного, всё нормально. А теперь, всем принять душ.

Штирлиц шёл по коридору. Вдруг за его спиной раздались вкрадчивые шаги.
— Это Мюллер, – подумал Штирлиц.
— Да, это я, – подумал Мюллер.

Из кабинета Штирлица послышался пронзительный свист.
— Накипело, – подумал Борман.
— Вот же чайник! – подумал Штирлиц.

Адольф Гитлер отправляется к гадалке, чтобы узнать у неё дату своей смерти. Она посмотрела на него и сказала:
— Ты умрёшь в еврейский праздник.
— Ты точно в этом уверена? — поинтересовался Гитлер.
— Уверена на все сто процентов. Потому что, — ответила она, — абсолютно любой день, в который ты умрёшь, будет считаться еврейским праздником...

Машина Джеймса Бонда. Руль справа.
Машина Штирлица. Руль слева.
Машина агента Малдера. Руль где-то рядом.

В гитлеровском концлагере маленький мальчик обращается к эссесовцу:
— Дяденька, а где мой дедушка?
Тот кричит кому-то в сторону:
— Санитар, выдайте этому сопляку два куска мыла, чтобы он меня больше не доставал!

Штирлиц собирался впопыхах. Через 15 минут в деревню «Попыхи» ворвались немцы.

Штирлиц ночью тайно пересёк швейцарскую границу.
Об этом он узнал из утренних газет.

Обожая Машу, Дубровский сдерживал себя в руках.

Другом Обломова был Штирлиц.

Раскольников распечатал письмо, но не на принтере.
Принтера у него не было.

Лев Толстой жил в деревне, поэтому у него был гигантский склад ума.

— Штирлиц, закройте окно, дует, – раздражённо сказал Мюллер.
— Ду ит ёселф, – обиделся Штирлиц.

Одесса. Платный туалет. Заходит мужик. Никого нет, только в дальней кабинке слышится натужное кряхтение... Зашёл в кабинку, совершил своё дело, встал, выходит. На выходе по привычке ударяет рукой по выключателю.
В темноте раздаётся дикий вопль:
— А-а-а-а!!!
Дрожащей рукой включает свет.
Возглас из дальней кабинки:
— Фу-у-ххх... А я уж было подумал, что глаза лопнули...

Мужчина лежал на полу с ножом, торчащим из спины.
— Застрелился, – догадался Штирлиц.

Штирлиц бежал по лесу скачками… Выбежав на поляну Штирлиц прибавил ходу… качки отстали...

Мне врач сказал, что я страдаю паранойей. На самом деле он мне этого не говорил, но я точно могу сказать, что он об этом подумал.

Входит Штирлиц в кабинет Мюллера и видит: тот лежит на полу бездыханный.
— Отравился, – подумал Штирлиц и погладил рукоятку топора, торчащего из спины Мюллера.

Штирлиц вошёл в комнату, из окна дуло. Штирлиц закрыл окно, дуло исчезло.

Штирлиц сел в машину и сказал шофёру — трогай. Шофёр потрогал и офигел.

Штирлиц спустился в подвал. Там было темно. Он быстро овладел собой.

Штирлиц встал спозаранку.
Румынская разведчица отвернулась к стенке и заснула.

Штирлиц решил обменять валюту. Он подошёл к обменнику, снял фальшивые усы и сказал:
— Меняю доллары на рубли.
«Браво, майор!», – подумал кассир.

Штирлиц сунул руку в карман. «Это конец», – подумал разведчик, пистолет был в другом кармане.

Штирлиц настоял на своём. Вкус получился специфический.

Штирлиц выстрелил Мюллеру в голову. Пуля отскочила. «Броневой», – подумал Штирлиц и тихо вышел. «Тихонов», – подумал Мюллер.

В наше время было всё предельно просто: были скинхеды и эмо — одни хотели убивать, другие — умирать.

Штирлиц долго смотрел в одну точку. Потом в другую.
— Двоеточие, – наконец-то догадался Штирлиц.

Штирлиц шёл по улицам Берлина и ничто не выдавало в нем русского разведчика: ни рация за спиной, ни волочащийся сзади парашют, ни болтающийся у бедра ППШ.

Штирлиц бежал вприпрыжку. В «Припрыжке» сегодня давали свежее пиво.

На Западной Украине партизаны освободили село, но перед отступлением фашисты успели расстрелять почти всех евреев. Около братской могилы был устроен траурный митинг. У склонённого знамени стоит батька – командир, мнёт папаху в руке:
— Глядите, хлопцы, шо гады – фашисты с нашими евреями сделали! Ну ничего, вот дойдём до Берлину, мы с ихними жидами ещё не то сделаем!

— Штирлиц, – устало сказал Мюллер. — Вы отвертелись, когда мы обнаружили ваши пальчики на чемодане русской пианистки. Вы отвертелись, когда мы нашли их на трубке телефона правительственной связи. Но сейчас вам не отвертеться: почему ваше удостоверение пахнет русской водкой?!
— Видите ли, Мюллер, – не менее устало отвечал Штирлиц, — когда Шелленберг ставил печать на моё удостоверение, он сперва на неё подышал.

Забираю я вчера сына из садика. Пришёл немного пораньше, сижу жду. А воспитательница им в процессе игры задаёт вопрос:
— Дети! Кто мне скажет, что такое стопка?
У меня – вихрь мыслей. Младшая группа, водку вроде не пьют. Да как можно спрашивать-то такое. Только рот открыл для протеста, как вдруг тонкий голос:
— Татьяна Александровна, стопка — это когда много друг на друга сложено!
— Правильно, дети!
Мне стыдно.

В 8:30 Штирлиц вошёл в машбюро. Он знал, что в это время здесь всегда можно было разжиться каким-нибудь секретным документом: все машинистки уходили смотреть «Богатые тоже плачут».

Штирлиц кормил немецких детей украдкой. От украдки дети пухли и дохли.

Штирлиц упал с четырнадцатого этажа.
Так широко раскидывать мозгами ему ещё не приходилось.

Мюллер:
— Штирлиц, а какой прививкой Вы прививались?
Штирлиц:
— Спутником V.
Копелян:
— Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу. Но он не доверял Пфайзеру.

Штирлиц проводил Кэт до подъезда. Кэт сказала:
— Давайте встретимся завтра, у роддома...
Штирлиц поднял глаза и увидел в окне свет – урод действительно был дома.

Штирлиц спросил Кэт:
— Вы любите фильмы про любовь?
— Бесспорно! – ответила Кэт.
— А я с порно, – признался Штирлиц.

Конец 1930-х годов в Нацистской Германии, один еврей сидит в ресторане и читает нацистскую газету. Его друг, проходивший в этот момент мимо, заметив это странное явление, сильно расстраивается и подойдя поближе к читающему газету еврею, говорит:
— Абрам, ты что, с ума сошел? Зачем ты читаешь эту нацистскую газету?
На что Абрам ответил:
— Я пробовал читать еврейскую газету, но что я там обнаружил? Евреев преследуют, евреи исчезают в результате ассимиляции и смешанных браков, евреи живут в бедности. Поэтому я переключился на нацистскую газету. Что же я наблюдаю теперь? Евреи владеют всеми банками, евреи контролируют средства массовой информации, евреи все богаты и могущественны, евреи правят миром. Признаться честно, эти новости мне нравятся куда больше.

Штирлиц стрелял с двух рук по очереди. Очередь быстро таяла.

Проснулся Штирлиц с сильного похмелья в камере и размышляет: «Если за мной придут в серой форме, то я штандартенфюрер Штирлиц. Если в зелёной форме, то я полковник Исаев». Пришли в синей форме. «Ну и нажрались же Вы вчера, товарищ Тихонов!».

Штирлиц спал как убитый. За это время его машина трижды пересекла двойную сплошную, проехала на красный свет и совершила наезд на пешехода.
Но ровно через пятнадцать минут Штирлиц проснётся и, ни о чём не подозревая, помчится в Берлин.

Жило было в синем море Чудо-Юдо и раз в сто лет всплывало оно из воды и поедало сто прекрасных девушек стоявших на берегу и продолжалось так много веков, но вот однажды всплывает оно и глядь, а вместо девушек стоят сто юношей, обрадовалось Чудо-Юдо, подумало ну шас съем, но тут один из юношей и спрашивает:
— А вы кто тут вообще будете-то?
— Я ???? — Чудо Юдо !!!
— Vas ?, yoden ?!, Soldatten ! Foier !!!!!!!!!

— Дедушка, а правда, что большевики верующих убивали?
— Правда.
— А как они их отличали?
— У верующих на пряжке было написано «Gott mit uns» (С нами Бог).

— Ты знаешь, я могу контролировать себя как Штирлиц.
— Как это?
— Вот сегодня, проснулся в 6 часов утра, а в 6:30 опять заснул.

Штирлиц выстрелил в упор. Упор упал навзничь. Взничь вскочил и бросился наутёк. Утёк защищался как мог, а Мог был крепким парнем.

Антифашист радостно рассказывает:
— Сегодня скинхедов ловили.
— И что, били?
— Хуже! Волосы на голову пересаживали.

Штирлиц и радистка Кэт прогуливались в парке. Вдруг раздался выстрел и радистка Кэт упала, истекая кровью. Штирлиц насторожился.

Дети на стройке в Нюрнберг играли –
утром с верёвки рабочего сняли.

Штирлиц сидел в кафе «Элефант» и помешивал кофе вилкой. Он знал, что невероятно рискует, но ему очень хотелось хоть пять минут ощутить себя на Родине.

Проходит аттестация в гестапо. Вызывают по одному.
— Назовите двузначное число.
— 27.
— А, может быть, 72?
— Ну, может быть 72.
— Хорошо, идите.
В досье пишется: Истинный ариец, характер нордический. Мягкий. Склонен к сомнениям.
— Следующий!
— Назовите двузначное число.
— 54.
— А, может быть, 45?
— Нет, 54!
— Хорошо, идите.
В досье пишется: Истинный ариец, характер нордический. Твёрдый. Не склонен к сомнениям!
— Следующий!
— Назовите двузначное число.
— 33.
— А, может быть...? Это Вы, Штирлиц? Идите уже, не мешайте работать!

— Штирлиц, Вы купили для рейх канцелярии рейх канцелярские принадлежности?
— Да, штандартен фюрер, я купил штандартен циркуль!

«Совершенно секретно! Лично в руки! Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру! Рейхсфюрер!..» Штирлиц отложил ручку и задумался: «А может всё-таки написать по-немецки?»

Штирлиц нёсся скачками. Качки тяжело дышали в спину, но никак не отставали.

Штирлиц сел в раскорячку, завёл её и поехал на загородную виллу.

Штирлиц шёл по лесу, вдруг из кустов послышалось шипение. Штирлиц выпустил в кусты обойму. Профессор Плейшнер так и не научился свистеть.