Памятники Кутузову в Питере

Кто сказал что у Кутузова не было одного глаза? Был у Кутузова один глаз!

Папа–мясник старичка потрошил.
Сын раздражённо ему говорил:
«Деда давно надо было кончать –
падаль пойдёт лишь по рубль двадцать пять».

— Доброе утро, дети, тема сегодняшнего нашего урока — река Фонтанка и её роль в творчестве... что такое, Вовочка?
— Марь Иванна, можно выйти?
— Можно, Вовочка, только побыстрее, пожалуйста. Одна нога здесь, другая там.

Где-то в Питере.
Встал за гаражами поссать.
Слышу сзади голос:
— Мы могли бы спросить дорогу у этого джентльмена, но он сейчас немного занят.

На одной из набережных Санкт-Петербурга:
— Какая чудовищная бездуховность, как можно выбрасывать в реку труп целиком!
— Наверняка, приезжий, из Москвы какой-нибудь.

Слышал одно интересное мнение, что в Санкт-Петербурге безжалостно высылают из города всех тех, кто пьёт эКспрессо на эКскалаторе.

В центре Москвы теперь лежит Владимир, сидит Владимир и стоит Владимир.

Говорят, что у М. И. Кутузова не было одного глаза. Неправда: один глаз у него был.

— Бэрримор, что за ужасный вой на болотах?
— Питерцам пришли квитанции за ЖКХ, сэр.

В Санкт-Петербурге проживают настолько культурные люди, что вместо того, чтобы сказать в ответ: «мне п#x#й» они, как правило отвечают: «Извините, но затронутая вами тема, слишком далека от сферы моих интересов».

— В Санкт-Петербурге был жёстко задержан мужчина, который одел медицинскую маску.
— Задержан за то, что просто одел маску?
— Да. Именно за то, что он её одел, а не надел.

Повариха из психушки была настоящей русской бабой и патриотом своей страны, поэтому Кутузовы у неё ели от пуза, а Наполеоны всё время недоедали.

У дачника в руках пакет с викторией и у жителя Питера в руках пакет с Викторией. Но есть нюансы.

В Питере, молодой человек идёт по улице. На встречу ему идёт бомж с книгой в руках.
— Молодой человек, не желаете ли Бродского томик стихов с автографом купить, всего 500 рублей!
— Конечно желаю! Но, как же, это Бродский, да ещё с автографом, Вам не жаль?
— Жаль конечно, но Бродского я знаю наизусть, а вот вкус Жатецкого Гуся нефильтрованного для меня до сих пор загадка!

Пользуясь случаем, хотелось бы обратиться к уважаемым сотрудникам МЧС, которые, то и дело, каждую неделю оповещают нас, жителей города Санкт-Петербург, посредством смс-сообщениями о том, что в ближайшие дни на улице ожидается серьёзный ветер, дождь и непогода в целом, поверьте, в данных оповещениях нет особой необходимости, ведь достаточно просто раз в год прислать сообщение следующего характера:
«Уважаемый абонент, вы проживаете на территории Санкт-Петербурга, а это может означать только одно — погода в ближайшее время, лучше уже не станет, смиритесь с этим!».

— Так кто ж его посадит? Он же памятник!
— Запомните, Рошфор, нет такого памятника, которого бы я не мог посадить.

Нож-финка или, как говорят
петербуржцы — подребрик

И тут из открытого окна донеслось: «Да завали наконец своё е▮ало! Дай послушать Рахманинова!»

— Чем ты сейчас занимаешься?
— Да я здесь по работе..
— А что ты делаешь?
— Кофе пью.

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

Не подъезд, а парадная!
Не бордюр, а поребрик!
Не расчленитель, а Наполеон!

В парадной на стене каллиграфическим почерком написано: «Татьяна— весьма ветреная женщина!».

У известного композитора спросили:
— Какое чувство вы испытывали после того, как вам при жизни был установлен памятник?
— Могу только сказать, что я стал смотреть на голубей совсем с другой стороны.