Странный двор

Стоит панк и мочится на угол Русского музея.
Подходит к нему прохожий и спрашивает:
— Извините, как пройти к Эрмитажу?
— Зачем тебе к Эрмитажу? – удивляется панк. — Ссы здесь!

Санкт-Петербург встретил нас на столько приветливо, радушно и хлебосольно, что сразу же после вечеринки, все мы дружно отправились гулять с собакой... без собаки.

Приезжая в Питер, москвичи любят сравнивать Питер и Москву.
А сравнивать Питер и город, где они родились — не любят.

Недавно заполнял анкету. В графе: место рождения, написал — Ленинград, графу: место жительства, заполнил — Санкт-Петербург. Молодая девушка, на вид лет 18-20, читая мою анкету задаёт великолепный вопрос:
— А какова была причина Вашего переезда?
Пришлось сказать, что государственный переворот.
Она на меня так внимательно посмотрела и спрашивает:
— Беженец?

"Хр-р-рысь" – слышен звук на опушке лесной.
Ловко орудует мальчик пилой.
Папа ему не купил чебурашку –
Труп безголовый отыщут в овражке.

Есть мнение, что мосты в Санкт-Петербурге разводят лишь с одной целью — чтобы бомжи с разных районов не враждовали между собой.

В последнее время, в жителях Санкт-Петербурга наблюдается всё меньше и меньше какой-то цельности, что ли..

Санкт-Петербург – настолько культурный город, что птицы, пролетая над ним, не гадят.

— Бэрримор, что за ужасный вой на болотах?
— Питерцам пришли квитанции за ЖКХ, сэр.

В одной белой семье был чернокожий мальчик. Все в семье были белыми, а мальчик родился негром. Однажды этот мальчик, разглядывая себя в зеркало, задумался, почему он чёрный, когда все его родственники белые.
Подошёл он к матери и спрашивает:
— Мам, а почему ты белая, бабушка белая, дедушка белый... все белые, а я чёрный?
Мать вздыхая:
— Знаешь сынок, вспоминая ту вечеринку, скажи спасибо, что ты не гавкаешь...

Слышал одно интересное мнение, что в Санкт-Петербурге безжалостно высылают из города всех тех, кто пьёт эКспрессо на эКскалаторе.

Папа–мясник старичка потрошил.
Сын раздражённо ему говорил:
«Деда давно надо было кончать –
падаль пойдёт лишь по рубль двадцать пять».

Питер. Жара. В открытое окно высовывается мужик и кричит:
— Ёб твою мать, у кого, бл*дь, так воняет?!!!!
Из соседнего окна:
— Это у нас, мы готовим фондю...
Мужик:
— Пардон! Бон аппетит!

Культурная / Северная столица России. Санкт-Петербург. Местные националисты продолжают нападать на иностранцев. За прошедшую неделю еще двое москвичей обратились в местные лечебные заведения за оказанием медицинской помощи.

Железный Дровосек:
— Мне необходимо сердце!
Страшила:
— А мне нужны мозги!
Элли:
— Отлично, друзья. Следуйте все за мной.
Все хором:
В Изумрудный Город?
Элли:
— Нет. В Санкт-Петербург!

Сидят москвич с петербуржцем в баре, пьют.
Петербуржец смотрит на часы и тяжко вздыхает.
— Что такое? – спрашивает москвич.
— Да вот, пойдём мы с тобой по домам поздно и пьяные. Тебя твоя жена дома за это пилить будет и меня моя пилить будет. Но есть нюанс...

Рассказала сыну теорию струн. Пусть лучше от меня услышит, чем от пацанов во дворе.

Где-то в Питере.
— Дорогой, наш сын стал часто употреблять слово «отнюдь». Где он мог его подцепить?
— На улице!

Под питерским свинцовым небом
Среди парадных, как протест
Жил смелый и принципиальный
Подъезд!

И во дворе через дорогу
Роняя в лужи пьяных дур
Среди поребриков таился
Бордюр

А в середине переулка
Ларёк, и сразу за стеклом,
Под ценником со словом «Булка»,
Батон.