Отделение – отсечение

Девочки в поле цветы собирали.
Рядом мальчишки в индейцев играли.
Маша нагнулась – в попе топор:
метко метает индеец Егор!

Папа–мясник старичка потрошил.
Сын раздражённо ему говорил:
«Деда давно надо было кончать –
падаль пойдёт лишь по рубль двадцать пять».

— Сколько младенцев поместится в двухместную детскую коляску?
Ответ: А это, смотря как нарубить…

У нас есть шутка про одного жителя Санкт-Петербурга, но она состоит из нескольких частей...

Устроился мясник подрабатывать санитаром в роддом.
Врач принимает роды, отдаёт ему ребёнка и говорит:
— Пойди, взвесь.
Спустя некоторое время тот возвращается и, устало вытирая пот со лба, говорит:
— Кило семьдесят без костей.

— Мама, мама – ну почему я опять должен спать с дедушкой?!
— Потому что у нас нет денег его похоронить!

Мальчик Мишаня нашёл хлеборез,
тихо в квартиру директора влез.
Быстро свершилося чёрное дело –
в ванной нашли расчленённое тело.

Тех, кто часто нервничает, хорошо успокаивает мелкая моторика рук. Например, фигурное вырезание внутренних органов, какого-нибудь идиота.

Если так-то посмотреть, то в Питере всё расположено достаточно близко друг к другу, буквально на расстоянии выкинутой руки.

На одной из набережных Санкт-Петербурга:
— Какая чудовищная бездуховность, как можно выбрасывать в реку труп целиком!
— Наверняка, приезжий, из Москвы какой-нибудь.

Ночью к соседям забрался Егор.
Вор у подружки игрушку упёр.
Куклу не вынесет он за забор, –
Метко Наташа метает топор.

— Это твой бывший?
— Да.
— А в другом пакете что?

По психушке бежит пациент с окровавленным топором в руках и смеётся:
— Вот смеху-то будет! Васька проснётся, а у него голова в тумбочке.

— Человек не может одновременно находиться в нескольких местах!
Жители Санкт-Петербурга:
— Ну-да, ну-да...

— Мне, пожалуйста, один билет до Санкт-Петербурга.
— Пакет брать будете?
— Давайте два.

Закинул Старик невод в море и довольный пошёл домой: невод спутан хорошо, Старуха из него не выберется...

Пока вся страна переходит на удалёнку, наша северная, она же — культурная, столица переходит на расчленёнку.

У дачника в руках пакет с викторией и у жителя Питера в руках пакет с Викторией. Но есть нюансы.

Сидят москвич с петербуржцем в баре, пьют.
Петербуржец смотрит на часы и тяжко вздыхает.
— Что такое? – спрашивает москвич.
— Да вот, пойдём мы с тобой по домам поздно и пьяные. Тебя твоя жена дома за это пилить будет и меня моя пилить будет. Но есть нюанс...

Сидят москвич и петербуржец в баре, выпивают. Петербуржец смотрит на часы и тяжко вздыхает.
— Что такое? – спрашивает москвич.
— Да вот, пойдём мы с тобой по домам поздно и пьяные. Тебя твоя жена дома за это пилить будет и меня моя пилить будет. Но есть нюанс...

Как говорили индейцы: уходить надо всегда с высоко поднятой головой врага.

— У меня друг из Питера.
— Весь?

Я в пилу заправлю
свеженький бензин
много ходит целых
мало половин.

Про Фантомаса увидев картину,
выстроил дома малыш гильотину,
остренький ножик он вставил умело –
даже не дёрнулось кошкино тело!

Железный Дровосек:
— Мне необходимо сердце!
Страшила:
— А мне нужны мозги!
Элли:
— Отлично, друзья. Следуйте все за мной.
Все хором:
В Изумрудный Город?
Элли:
— Нет. В Санкт-Петербург!

— Будет так, как я скажу, потому что я – король.
— А я – туз, – промолвил палач и сделал своё дело.

В последнее время, в жителях Санкт-Петербурга наблюдается всё меньше и меньше какой-то цельности, что ли..

Не подъезд, а парадная!
Не бордюр, а поребрик!
Не расчленитель, а Наполеон!

Нож-финка или, как говорят
петербуржцы — подребрик

— Повинную голову не секут...
— Голову нет... а вот задницу ещё как...

Совершенно ничего не предвещало трагедии: ни народ, что собрался на площади, ни палач, стоявший на эшафоте, ни топор, сверкающий в его руках.

Не стоит обзывать меня маньяком. Скажите просто: «обыкновенный питерский интеллигент».