🖼️ Прикольные мемы — свежие картинки
Мемы:
Теги Дата 14.09.2024  газ, черный юмор, печи, комментарии, евреи
🖼️ Текст на изображении (раскрыть)
– Я вот панически боюсь печей и газа. – Если аватарку сменить, страх проходит?
Комментарии к анекдоту:
Лучший комментарий
14.09.2024 00:00 #
Так под внимание к аватарке и нику была закидушка.
Код:
Похожие материалы:

    Сара Моисеевна отчитывает сноху:
    — Полы подметать не умеешь, еду плохо готовишь, сына моего пилишь, шо ты за женщина?! Вот я в твои годы…
    — Вы в мои годы, мама, уже третьего мужа похоронили…

    Фиме хотелось петь и танцевать.
    Но мешал давивший на плечо гроб с тёщей.

    Бабуля звонит в МосГаз и говорит:
    — Сынки! Газ не горит… С самого утра включила, так до сих пор и не горит…
    — Бабуль, вы спичку подносить не пробовали?
    — О, сынки спасибо! Пойду поднесу!

    Встречаются вождь индейцев и вождь папуасов:
    Вождь папуасов:
    — А как у тебя еврейский вопрос решается?
    Вождь индейцев:
    — А очень просто: у меня евреев нет – и вопроса нет! А у тебя?
    Вождь папуасов:
    — А у меня плохо: сколько я ни объясняю своему племени, что евреи – такие же люди, как и мы – всё равно НЕ ЕДЯТ !!!

    Одесса. По Дерибасовской движется похоронная процессия.
    Жара. Пыль. Оркестр фальшивит. Безутешная вдова переругивается с родственниками. Дети играют в "догонялки". В задних рядах рассказывают анекдоты.
    Случайный прохожий видит: на катафалке гроб, в нём сидит, скрестив руки на груди Рабинович!
    — Изя, это ты?
    — Я!!
    — А кого хоронят?
    — Меня!
    — Но ты же живой!!!
    Рабинович, показывая на идущих за катафалком:
    — А кого это волнует?!

    Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника. На одном написано — «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон». На другом — «Или здесь», на третьем — «А может здесь».

    Старый Натан в загсе просит сменить фамилию.
    Все в шоке, мол, зачем тебе, дедуля, все равно уже скоро туда…
    Натан: «Да плиту могильную нашел готовую, шо ж добру пропадать?»

    Умер старый еврей. Его родственник Хаим звонит его племяннику Абраму:
    — Абрам, приезжай, твой дядя умер.
    — Извини, Хаим, я не могу приехать на похороны… Ты подари ему что-нибудь – а счёт направь мне.
    — Хорошо.
    Похороны прошли нормально. Через неделю Абраму приходит счёт на 200$. Ещё через неделю – снова счёт на 200$. Ещё через неделю – опять счёт на 200$… Абраму это надоело, он звонит Хаиму:
    — Хаим – что ты подарил дяде? Мне каждую неделю приходит счёт на 200$.
    — Я взял ему смокинг напрокат...

    На Западной Украине партизаны освободили село, но перед отступлением фашисты успели расстрелять почти всех евреев. Около братской могилы был устроен траурный митинг. У склонённого знамени стоит батька – командир, мнёт папаху в руке:
    — Глядите, хлопцы, шо гады – фашисты с нашими евреями сделали! Ну ничего, вот дойдём до Берлину, мы с ихними жидами ещё не то сделаем!

    — Сотрудник Почты России выбросился из окна и упал через шесть дней.
    — Пока он падал, его по пути распечатали и положили камней вместо внутренних органов.
    — Просто он выбросился не в то окошко.
    — В другом окошке был обед.
    — Когда долетел, оказалось что уже закрыто и что необходимо будет снова падать завтра.

    Встречаются как-то два давних друга еврея после долгих лет разлуки, глядят — у друга Хаима руки нет, ни фига себе – думают.
    — Хаим ты что на фронте был, где руку-то потерял?!
    — Да нееет! В армию тянули… оторвали…

    Абрам подходит к начальнику и просит дать ему отпуск на несколько дней, чтобы съездить на похороны своего отца.
    — Абрам Израильевич, вы меня конечно извините, но уже в третий раз за этот месяц, когда вы отпрашиваетесь на похороны отца.
    — Я таки тоже немного призадумывался на этот счёт. Действительно, а не симулирует ли папаша?

    — Скажите, ребе, а в субботу с парашютом прыгать можно?
    — Прыгать можно, но парашют открывать нельзя.

    — Софа, наша тетя Сара умерла, вот письмо из Америки.
    — Ой, какое горе, какое несчастье!
    — Погоди. Она завещала нам десять тысяч долларов…
    — Ой, дай ей Боже здоровья!

    — Фирочка! Вы уже три года, как вдова… Я тоже один… Не такой молодой, но, таки, очень небедный… Вы понимаете, на шо я намекаю?
    — Абрам Израилевич! Та я с удовольствием готова стать и вашей вдовой тоже!

    Хоронят известного одесского врача. Люди подходят, бросают пригоршню земли. Вдруг всех расталкивает Абрам и устремляется к могиле.
    — Абрам, ви шо, дикий? Станьте в очередь!
    — Ой, та я только спросить!

    — Изя, ты таки собираешься, в конце концов, писать завещание?
    — Сонечка, но я ещё молодой и здоровый?!..
    — За это не переживай.

    — Как вы думаете, ребе, какой гроб лучше?
    — Трудно сказать, Сара Моисеевна, цинковые долговечные, однако деревянные таки полезнее для здоровья.

    — Абрам, когда вы мне отдадите занятые 100 долларов?
    — Изя, извините, но я очень сильно болею, сейчас отдать не могу.
    — Абрам, тогда если что, то будем считать, что это я вам скинулся на похороны.

    Я зашёл в бар, в котором оживлённо о чем-то спорили Сталин и Гитлер. Я поинтересовался у них, о чём они спорят. Адольф ответил:
    — Я тут планирую уничтожить всех евреев и троих клоунов...
    — Каких клоунов? – Перебил его я.
    Он с азартом посмотрел на Сталина, и воскликнул:
    — Видишь, Иосиф, я же говорю, всем нас#ать на евреев.

    — Доктор, ну шо там у меня?
    — Да, Абрам Соломонович, вот тут на снимке мы обнаружили у Вас какое-то образование…
    — Шо значит какое-то?! Не какое-то, а высшее юридическое!

    Одесская семья:
    — Абрам, на могилку чаще цветы приносят, чем ты мне...
    — Соня, я не понял! И таки что ты предлагаешь?!..

    Семён говорит своей жене:
    - Фира, знала бы ты, как сильно мне неудобно перед моим другом Хаимом..
    - Что именно тебе неудобно, Сёма?
    - Да понимаешь, он меня уже второй раз на похороны своей тёщи приглашает, а я его ещё ни разу...

    Ломовые извозчики играли в карты. Один проиграл 100 рублей и от огорчения умер. Стали обсуждать кому идти сообщать жене.
    Один говорит:
    — Я пойду! Я знаю как сказать.
    Приходит и спрашивает ничего не ведающую вдову:
    — Софа, что бы ты сказала своему Изе, если бы узнала, что он проиграл в карты 100 рублей?
    — Чтоб ты сдох!
    — Уже!

    Похороны Рабиновича. Собрались все его близкие и родные.
    У могилы стоит раввин, который зачитывает все его заслуги:
    — Сегодня мы провожаем в последний путь знаменитого писателя Рабиновича.
    Крайне удивленный Абрам спрашивает у Сары - жены покойного:
    — Сара, а почему писателя? Я никогда не видел его книг или статей!
    — Абрам, шо ты такое говоришь?! Знаешь, какое гениальное он написал завещание!

    В море близ Одессы раздаются крики: «Help me! Help me!». Мимо идёт пожилая еврейская пара. Женщина говорит своему супругу:
    — Моня, ты только посмотри! Когда вся Одесса училась плавать, этот идиот учил английский.

    Пожилой еврей говорит своей жене:
    — Софа, знаешь, если кто-нибудь из нас однажды умрёт, то я, скорее всего, уеду жить в Израиль…

    Русская баба, проходя мимо еврейского кладбища, глянув на заботливо ухоженную могилу, произнесла с завистью – «Эх, живут же жиды!»...

    Хоронят известного одесского врача. Люди подходят, бросают пригоршню земли. Вдруг всех расталкивает Кацман и устремляется к могиле.
    — Яша, вы шо, дикий? Станьте в очередь!
    — Ой, та я только спросить!

    Хоронят старого еврея. Перед смертью, он завещал родственникам, чтобы после того, как его не станет, к нему в гроб положили тысячу долларов мелкими купюрами из его сбережений. Родственники запихивают купюры в гроб, они вываливаются наружу, их снова засовывают обратно… Тогда подходит старый раввин и спрашивает:
    — Ну шо же вы делаете?
    — Покойный завещал положить ему в гроб деньги.
    — Я говорю, шо вы делаете?! Выпишите ему чек!

    Пожилой еврей стоит при входе в телестудию. Администратор интересуется у него:
    — Что вы хотели, уважаемый?
    — Это вы давали телевидению рекламу "Газпром — национальное достояние?"
    — Ну, да.
    — Таки я могу уточнить, о какой национальности идет речь?

    Одесская квартира. Муж приходит домой:
    — Софа, выключи телевизор, я имею сказать тебе новость!
    Софа выключила.
    — Абрам, и шо случилось?
    — Дядя Хаим отмучился!
    — Шо, дядя Хаим таки умер?
    — Нет! Дядя Хаим таки живой! Это тётя Сара умерла!

    Милый Изенька, я долго пожил на этом свете и хочу таки Вам заметить, шо принять женщину такой, какая она есть, может, разве что, земля.

    — Абрам Маркович, вчера случайно обратил своё внимание на то, что у подъезда вашей тёщи, стоял катафалк. Вас что, можно таки поздравить?
    — Ой, что вы, Семён Соломонович! В этом доме около трёхсот квартир, это такая лотерея.

    Сидят в приёмной роддома немец, еврей, пакистанец и ждут когда им детей вынесут.
    Выходит медсестра, и со всеми возможными извинениями объясняет что их детей перепутали, соответственно просит помочь разобраться.
    Заходит Пакистанец:
    — Я своего узнаю, он самый волосатенький.
    Через минуту возвращается, не смог определить.
    Заходит Еврей:
    — Я своего узнаю, он самый смышлёненький.
    Через минуту возвращается, не смог узнать.
    Заходит Немец, тут же возвращается и сообщает двум другим где чьи дети.
    Те с удивление:
    — Как тебе это удалось?
    Немец:
    — Да я просто зашёл, сказал – «Зиг хаиль», мой сразу руку поднял, еврей обосрался, а пакистанец за ним убрал.

    На похоронах одного богатого и известного еврея, один из собравшихся проводить его в последний путь, с виду бедный и оборванный еврей, идёт за похоронной процессией и рыдает.
    — Вы наверное приходились родственником покойному? – спросил его шёпотом, оказавшийся рядом знакомый покойного.
    — Нет, – всхлипывает еврей. — потому я и плачу.

    Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника.
    На одном написано:
    — «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон».
    На другом:
    — «Или здесь».
    На третьем:
    — «А может здесь».

    Старый еврей лежит, чуть слышно дышит, помирает. Вдруг открывает глаза и говорит стоящему рядом внуку:
    — Моня, я чую запах фаршированной рыбы, принеси мне кусочек.
    Внук возвращается через пару минут и говорит:
    — Бабушка сказала: — Никакой рыбы, это на похороны!

    Еврейская семья, глава семьи Изя читает маленькому Абраму «Му-му». Прочитал, а у Абрама глаза полны слёз.
    Изя спрашивает:
    — Что, собачку жалко?
    — Конечно жалко! Её же ещё можно было продать.

    Умирает старый еврей и диктует завещание.
    — Все своё имущество, я завещаю моей жене Софе, но при условии, шо она опять выйдет замуж.
    — Какой в этом смысл? – спрашивает его нотариус.
    — Таки я хочу, шобы хоть один человек во всем мире от души пожалел о моём уходе из этого мира!

    — Абрам Моисеевич, а вы чего без маски на улицу выходите гулять? Неужели ничего не слышали о новом коронавирусе из Китая? Не боитесь заразиться?
    — Соломон Маркович, мне уже 70 лет, у меня тахикардия, мерцательная аритмия, простатит, сахарный диабет, камни в почках и желчном пузыре, плюс аллергия на собак. Я Вам так скажу, тут такая конкуренция среди стремящихся меня отправить на "тот свет" болезней, что даже если в мой организм этот коронавирус и попадет, то он просто встанет в очередь.

    В результате несчастного случая, на рабочем предприятии погиб Рабинович. Нужно уведомить жену.
    — Это надо сделать осторожно… как-нибудь постепенно… — говорит один приятель.
    — Постепенно? — задумчиво спрашивает другой.
    — Тогда надо послать Изю, он заикается.

    Старый еврей приходит в паспортный стол и просит поменять ему фамилию. Ему говорят:
    — Абрам Моисеевич, вы чего? Вам уже 96 лет, скоро умирать. Зачем вам это нужно?
    — Ой, да плиту могильную готовую нашёл. Что зря деньги тратить?

    Германия. Наше время. Едет полный автобус евреев на экскурсию в Бухенвальд. За рулём — немец. Неожиданно автобус ломается, а водитель его не может починить. Видит недалеко немецкая деревушка. Идёт в неё и стучится в крайней дом, а вдруг кто поможет.
    Дверь открывает старый-престарый немец:
    — Чего тебе, сынок?
    — Понимаешь, отец, я тут евреев в Бухенвальд везу, а у меня автобус сломался. Не поможешь ничем?
    — Извини, сынок, у меня только микроволновка.

Загрузка материалов...