В Москве Лексика

Бордюбрик — средняя географическая точка между Москвой и Санкт-Петербургом.

В последнее время, я всё чаще задумываюсь над тем, что произошло с теми людьми, которым я однажды показал дорогу...

Да, у меня проблемы с доверием. В самолёте я не сплю, потому что кто-то должен держать машину в воздухе силой своего ужаса.

Три итальянца пили в железнодорожном баре кьянти. Заметив, что поезд отходит, они бросились за ним вдогонку. Двое ухитрились схватиться за поручни и влезли в вагон. Третий остался на шпалах и расхохотался. Подошедший полицейский поинтересовался причиной его веселья. Немного отойдя от смеха, тот, наконец, произнёс:
— Дело в том, что они провожали меня!

В Москве провели социологический опрос "Как вы относитесь к приезжим в столице?"
10% ответили: "Понаприезжают, шагу ступить негде!"
20%: "Лишь бы вели себя нормально".
70%: "Пускай приезжяют в наш красывый сталица! Пачиму нэт!?"

Диктор ж/д вокзала ненавидит свою работу!
Повторяю: Диктор ж/д вокзала ненавидит свою работу!!!

— Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?
— А куда ты хочешь попасть?
— Мне всё равно...
— Тогда всё равно, куда и идти.

Путь в тысячу миль начинается с первого шага, только надо сделать его...

Три воронки отчаяния в Москве: Тиндер, Хэдхантер, Циан.

Если в Москве полностью отключить метро, то многие жители столицы не найдут свой дом.

Приезжает мужик к себе в село, и рассказывает какие вежливые и культурные сотрудники полиции в Москве, всех по фамилиям и на Вы называют.
— Вот перешёл я дорогу в неположенном месте, подходит ко мне сотрудник полиции и говорит: «Ведь для Вас же Козлов переход сделали!».

Недавно, отправилась с работы в отпуск и решила поехать отдохнуть на море. Ехала в плацкартном вагоне, мужчина на соседней полке ужасно храпел, да так, что просто невозможно было уснуть. Настолько он меня довёл своим храпом, что я, сама того не желая, с горяча, пнула его ногой. После этого он храпеть перестал, но как оказалось не на долго. Спустя несколько минут, он снова начал сопеть - я решила пнуть его ногой ещё раз, на этот раз, уже посильнее. Всё равно храп продолжился. Подняла на него глаза, а он лежит и пристально смотрит на меня недоумевающим взглядом. И тут я начинаю понимать, что храп доносится с нижней полки, где едет, какая-то старая бабка...

Современные реалии: молодая девушка приезжает из села в столицу для того, чтобы осуществить свою давнюю мечту и стать уже наконец-то безработной москвичкой.

Очень мне в этой вашей Москве понравилось. Не город, а большая деревня. Все меня знают. По фамилии обращаются. Для вас, говорят, Козлов, подземных переходов понастроили.

У нас один из коллег по работе, добирается до своего рабочего места на личном автомобиле и обратно с работы до дома, так же на авто, хоть и живёт ближе всех к месту работы.
Придёшь пораньше на работу — Лёха уже в офисе.
— Ты чего сегодня так рано? Неужели что-то по работе не успел вчера доделать?
— Да не! Просто пораньше, чтобы пробки дорожные проскочить!
— А... Понятно.
Вечером уже все по домам разошлись, а Лёша всё ещё на своём рабочем месте.
— Ты всё ещё здесь? Что-то по работе?
— Да не! Просто жду пока пробки на дорогах рассосутся!
— А... Ясно.
И так ежедневно. Вроде, всё логично...

Мальчик Витя получил сотрясение мозга на вокзале, пытаясь посетить Хогвартс.

Московские учёные недавно открыли, что пятница была признана рабочим днём по ошибке. А понедельник вообще ошибочно считается днём недели.

В Махачкале спрашиваю у прохожего, как пройти.
Прохожий объясняет:
— Прямо, налево, потом пойдёшь по улица, немножко параллельный этот дорога.
— Немножко параллельно – это в каком смысле?
— В эвклидовом!

Если вы идёте через ад, продолжайте идти.

— Вы из Москвы, не так ли?
— Да, а как вы угадали?
— У вас лицо офигевшее.
— Но у вас же тоже лицо офигевшее!
— Я знаю, я тоже из Москвы.

— А давайте сочиним стихотворение про Бирюлёво, только чур без мата. Я начну и каждый кто захочет может добавлять в рифму по строчке. Например:
На окраине Москвы, прямо возле МКАДА...
— Есть уютненький такой Филиальчик Ада.

— Офигеть в Москве цены! Посмотреть Щелкунчика – миллион рублей!
— А кто такой Кунчик, где у него щель и зачем на неё смотреть?

— Какие два самых распространённых вопроса в нынешней Москве?
— Первый: «Ты откуда?» и второй: «А это где?».

Одесса. Прохожий интересуется у местного жителя:
— Вы не знаете, как пройти до Дерибасовской?
— Шо? Вы говорите, я не знаю за дорогу до Дерибасовской?! Это вы не знаете за дорогу до Дерибасовской!!!

Мы всегда знаем, какой путь является самым лучшим, но следуем по наиболее привычному.

Это же надо так, идти из ниоткуда в никуда и при этом, каким-то образом умудряться ещё и плутать по пути...

Поехал в Москву. Постоял, посидел. Заправился.
Поехал обратно. Поиграл у торгового центра сначала в «Ёжик в тумане», потом искал лошадку брелком от сигналки.
Приехал домой. Копал минут сорок хотя бы одно свободное место. Громко искал цензурные эпитеты к слову «дворник».

Автомобильные GPS навигаторы, установленные на немецких автомобилях, прекращают выстраивать маршрут и показывать дорогу после Волгограда.

В самолёте:
— Стюардесса, почему мы летим и так трясёмся?
— А кто вам сказал, что мы летим? Полоса вся разбитая, взлететь не смогли. До Самары всего сотня километров – и так доедем.

Москвичи считают, что на первом свидании должны платить регионы.

Что-то подсказывает мне, что в далёком будущем, через много-много сотен лет, археологи по количеству слоёв обнаруженной плитки, смогут уверенно подсчитать, сколько лет Сергей Семёнович Собянин руководил Москвой.

Пользуясь случаем, хотелось бы обратиться к жителям Москвы и Санкт-Петербурга, я конечно не особо разбираюсь в том, что у вас за жизненные ценности, но как по мне, кофе за 700 рублей должен как минимум подаваться в красивой чашке и с 600 рублями сдачи...

Недавно вернулся из славного города Москвы. Ездил туда в командировку по работе. Это действительно удивительный город. Все жители, идя по улице - смотрят друг на друга и шепчут: «Понаехали тут…».

— Скажите, если я пойду по этой улице, там будет автобусный вокзал?
— Пойдёте вы по ней или не пойдёте, с нашим-то городским начальством вокзал там будет лет, этак, через сто.

Ha тpacce:
— Пoдcкaжитe, я в Bopoнeж пpaвильнo eду?
— Hу, этo твoё peшeниe. Я б нe exaл...

Берлинский железнодорожный вокзал, 50-е годы. По перрону с огромным чемоданом бегает пожилой еврей.
Он подходит к одному немцу и обращается к нему:
— Извините, что вы думаете о евреях?
Немец, озираясь по сторонам:
— Вы, что меня хотите спровоцировать? Это какая-то проверка? Я глубоко уважаю евреев, понятно вам? И мне стыдно за те зверства, которые немцы творили с евреями в годы войны…
— Спасибо, – прерывает его старик, — и убегает дальше.
Подходит к другому немцу и задаёт тот же вопрос.
Немец отвечает:
— Я считаю, что евреи — это великий народ! Столько прекрасных поэтов, писателей, учёных…
— Всё, всё, я понял, – отвечает старый еврей и убегает.
Подходит он к третьему немцу и снова интересуется его отношением к евреям. Немец:
— Вы знаете, я реваншист, фашист и националист. Я считаю, что надо построить новые концентрационные лагеря, всех евреев туда загнать и сжечь их в газовой печи.
— Вот вы, я вижу, честный человек! Посмотрите, пожалуйста, за чемоданом, мне надо сбегать в туалет.