Великие дела

Прежде чем научиться отпускать, научись удерживать. Жизнь нельзя брать за горло — она послушна только лёгкому касанию. Не переусердствуй: где-то нужно дать ей волю, а где-то пойти на поводу. Считай, что сидишь в лодке. Заводи себе мотор да сплавляйся по течению. Но как только услышишь прямо по курсу крепнущий рев водопада, выбрось за борт старый хлам, повяжи лучший галстук, надень выходную шляпу, закури сигару — и полный вперёд, пока не навернёшься. Вот где настоящий триумф. А спорить с водопадом — это пустое.

Поражение — всегда сирота, у которого есть мать и отец.

Российский еврей ведет с сыном воспитательную работу.
— Сынок, ты уже взрослый, тебе уже восемнадцать.
— Да, папа...
— А ты знаешь, сынок, что есть такая профессия, Родину защищать?
— Знаю, папа...
— Так запомни, сынок – ЭТО НЕ НАША ПРОФЕССИЯ!

Правильно или неправильно — это вопрос философский.

Сидят два червяка в навозной куче. Один другого спрашивает:
— Пап, а в яблоке хорошо жить?
— Да, сынок, хорошо.
— А в груше, пап?
— В груше, сынок, и того лучше.
— А в персике?
— А в персике — просто рай!
— А чего мы тогда в этой куче сидим?
— Понимаешь, сынок, есть такое слово — Родина...

Мы рождаемся с криком, умираем со стоном. Остаётся только жить со смехом...

— Вся наша жизнь — это всего лишь короткий отрывок чего-то большого и неизведанного, а вот искусство... искусство — оно вечно!
— Петрович, ты заколебал! Второй час забор никак докрасить не можешь! Давай шурей, погода портится, щас дождь ливанёт!

Китайский генерал, во время планирования наступления китайской армии на противника, говорит своим подчинённым:
— Мы будем атаковать противника небольшими боевыми группами, по 2 — 3 миллиона солдат.

В войне вообще не выигрывают. Все только и делают, что проигрывают, и кто проиграет последним, просит мира.

Как-то странно, что про любовь к Родине нам поют, и в кино показывают «брутальные мужики» ни дня на прослужившие в Армии.

В сорок втором дед в окопе сидел
Бои в окружении, есть захотел
«Сидор» на бруствере, боец потянулся
Снайпер простужен, чихнул, промахнулся.

Как любит повторять моя 90-летняя бабуля, после очередных ссор и недопонимания с домашними: «Мне на кладбище уже давно прогулы ставят, а я всё тут сижу — с вами...»

Мы живём поеданием друг друга.
В живых остались только толстокожие, не сдобные и несъедобные.

В армии солдаты роют окопы:
— Абрам! Зачем же вы так глубоко копаете окоп? Вы же не увидите неприятеля!
— А вы думаете — мне так интересно на него смотреть?

— Кукушкина, Кукушкина сколько мне жить осталось?
— Если будешь задавать такие вопросы, то недолго...

В разгаре арабо-израильский конфликт. Идет заседание ООН в Нью-Йорке. Председательствующий говорит: «Давайте рассмотрим вопрос о спорных территориях».
Первым поднимается представитель Израиля:
— Я бы хотел начать издалека.
— Хорошо, — говорит ему председательствующий, — только коротко.
— Я буду предельно краток. Когда Моисей вывел евреев из пустыни, они пришли на берега священной реки Иордан. Сняли одежды, чтобы омыть усталые тела в реке, и когда вышли, то увидели, что палестинцы стырили всю одежду...
Вскакивает представитель Палестины:
— Ничего подобного. Нас тогда там не было!
— Вот, — говорит представитель Израиля. — С этого я и хотел начать!...

— Человеку свойственно ошибаться... – командир воинской части издалека начал разговор с женой сапёра...

После смерти праведники попадают в рай, грешники в ад, а законченные мерзавцы — в американскую программу защиты свидетелей.

Умирает человек... Предстаёт перед апостолом Петром и происходит между ними такой диалог...
— Пётр, а в чём был смысл моей жизни?
— Не думаю, что тебе надо это знать.
— Но Пётр! Я же уже умер... Мне просто интересно...
— Ладно... Помнишь ты ехал в командировку во Владивосток?
— Это та, которая восемь дней в поезде? Я там вроде попросил пьяного машиниста сменить. Я что весь поезд спас?
— Да нет... Не спеши... Помнишь ты в ресторане познакомился с девушкой?
— Госоподи! Неужели у неё ребёнок от меня??? А я и не знал... Думал, что только моего оболтуса оставил...
— Говорю же не спеши!!! Ты помнишь как ты с ней познакомился?
— Смутно...
— Она попросила передать ей горчицу.
— Пётр, не отвлекайся, мы о смысле жизни говорим.
— Ты горчицу передал?
— Передал.
— Ну вот.

Разговор двух приятелей о жизни и её малоизвестных, но в то же время таких естественных аспектах.
— Слушай, а как ты относишься к людям, которые утверждают, что есть жизнь после смерти?
— Ты про загробную жизнь, что ли?
— Да, про неё.
— Никак не отношусь, потому как мне, с тем образом жизни, что приходится ежедневно вести, ни то, что о загробной, а о простой, обычной — человеческой, ровным счётом ничего неизвестно...

Советский Союз вторгается в Финляндию. Во время вторжения русский генерал со своими войсками подходит к холму. Они слышат финский голос, который кричит им:
«Один Фин может победить десять русских!»
Генерал смеётся над этим и посылает десять своих солдат убить всех, кто окажется на другой стороне холма. Спустя минуту раздаётся много шума и стрельбы, и через некоторое время наступает полная тишина, и никто из русских не возвращается.
Голос снова кричит:
«Один Фин может победить 100 русских!»
Генерал заметно расстроен, и на этот раз, он отправляет в бой уже 150 солдат. Снова раздаётся много шума и стрельбы, и снова никто из русских так и не возвращается.
Голос снова кричит:
«Один Фин может победить 1000 русских!»
Генерал в ярости посылает 1500 своих лучших солдат. На этот раз шум и стрельба длились намного дольше, и когда снова воцарилась тишина, показался один русский солдат, который весь израненный полз обратно с холма, и истекая кровью, он произнёс:
«Умоляю, не посылайте больше войск, это ловушка! Их двое!»

— Интересно, существует ли жизнь после смерти?
— Скорей всего, тоже нет..

— Глядя на этого безалаберного парня и на то, как он относится к своей жизни, у меня напрашивается всего один вопрос: Каким образом ему удалось дожить до своего возраста и почему он всё ещё жив?
— Ответ крайне прост — у него ипотека.

— Товарищ Рабинович, вы любите Родину?
— Конечно, люблю! От всей души!
— А вы готовы за неё жизнь отдать?
— То есть?
— Ну, умереть за неё готовы?
— Вы меня, конечно, извините, но кто же тогда будет Родину любить?

Вьетнам. Из рейда на базу возвращается сильно потрёпанный взвод американских морпехов. И сразу на ковёр к командованию.
— Что случилось?
— Как только высадились с вертолётов, на нас из джунглей напали вьетконговцы и всех отп*здили ногами.
— А почему ногами?
— А руками они глаза щурили.

Когда понимаешь, что ядерная война не за горами и начинаешь переживать по этому поводу, но спустя несколько минут вспоминаешь про свой кредит, разбитое сердце и нездоровое психическое состояние и с мыслями о том, что «всё что не делается — всё к лучшему», успокаиваешься...

Связист, весь в грязи, разматывая катушку с проводом, добрался наконец до разворачивающегося командного пункта.
— Где ваш Норман хотел бы установить телефон? – спросил он.
— Ты имеешь в виду нашего командующего?
— Командующим он будет после того, как я обеспечу его телефонной связью для передачи своих команд.

Хомяк живёт примерно 3 года, что позволяет использовать его не только в качестве питомца, но и как мотиватор для достижения жизненных целей.
Надо назвать хомяка поставленной задачей, например: Диплом, Работа мечты, Автомобиль.
Если хомяк умер, а цель не достигнута, вы проиграли.

Лучше я умру по-своему, чем буду жить, по-вашему.

— Здравствуйте, мы хотим поговорить с Вами о Боге. Вы не боитесь завтра умереть?
— Я живу в России. Я боюсь завтра жить.

Недавно, в Индонезии, не стало самого старого человека в мире. Мба Гхото умер в возрасте 146-ти лет. До самой своей смерти, он был заядлым курильщиком и при этом, ему удалось пережить четырёх своих жён, десятерых братьев и сестёр, и всех своих детей. Из этого можно сделать вывод, что курение убивает медленно, но неотвратимо.

— Визажист?
— Я за смэрт!

Все политики, как малые дети — когда им не нравится карта мира, они малюют на ней каракули войны.

Стоит рядовой солдат в карауле с автоматом — охраняет ангар.
Подходит к нему неизвестный мужик и говорит:
— Продай автомат.
Солдат ему в ответ:
— Да не, не могу – я тут ангар с двумя сверхсекретными самолётами охраняю.
Мужик снова:
— Ну, продай, не улетят же никуда твои самолёты.
Солдат упирается, не хочет никак продавать автомат:
— Вдруг что-нибудь начнётся, а я тут без автомата!
Мужик начинает его уговаривать:
— А если начнётся – ты просто палку возьми какую-нибудь и бегай с ней, стреляй, типа. Никто ведь и не заметит.
— Ну даже и не знаю... Ладно, держи.
Продал солдат автомат.
Через несколько дней началась война, солдат бегает вокруг ангара и кричит:
— ТЫШЬ! ТЫШЬ ТР-ТР-ТР-Р!
Открывается ангар и оттуда выбегают два лейтенанта:
— ВЖЖЖЖЖЖЖЖЖ...

Взрослым было интересно посмотреть что будет, если сильно расстроить ребенка... да, собственно, ничего не будет... и в первую очередь мира, в котором взрослые себе такое позволяют...

Я могу представить мир без войны, мир без ненависти. И тут же представляю, как мы нападаем на этот мир, потому что они этого совершенно не ожидают.

— Если у меня не раскроется основной парашют, а в след за ним и запасной не раскроется, то сколько я буду лететь до земли?
— Всю оставшуюся жизнь.

Как завелось у вас однажды,
Так, видно, будет и вперёд:
Хоть грабит патриот не каждый,
Но что ни вор, то — патриот.

— Пап, а сколько до Америки лететь?
— Минут двадцать, сынок.
Мама из кухни:
— Он тебя про самолёт спрашивает, а не про твои "Тополя"!

В разгаре Великой Отечественной войны, перед самым наступлением командир посылает через передовую группу разведчиков. Разведчики не возвращаются. Отправленная вслед на ней вторая группа тоже не выходит на связь. Ставка перед началом операции срочно требует разведданные.
Командир вызывает Рабиновича и говорит:
— Иди, на тебя вся надежда.
На следующий день Рабинович возвращается и передаёт командиру немецкие документы: схемы, карты, чертежи оборонительных сооружений и т.д., короче говоря полный комплект.
Ошарашенный от такого изобилия командир ничего не понимает:
— Ну ты даёшь! Как?! Как тебе это удалось? Рассказывай!
— Самое сложное было, – улыбнувшись отвечает Рабинович, – это найти еврея на той стороне. А дальше уже было просто – я ему схемы и планы укреплений нашей стороны...

Жизнь — это медленное сползание бирочки с руки на ногу...

Патриотизм — это чёткое, ясное, аргументированное объяснение, почему мы должны жить хуже других.

— У одной моей знакомой, родная бабушка, во время Великой отечественной войны, четверых детей похоронила (всего у неё было их семеро) от диареи.
— Вот уж и вправду — просрала детей...

— Товарищ Рабинович, вы любите Родину?
— Конечно, люблю! От всей души!
— А вы налоги платите?
— А я любовь за деньги, не признаю!

Торгаша Абрама призвали в армейские ряды и определили агитатором в учебный центр. Он должен был убеждать новобранцев покупать страховки для тех, кто проходит службу. Через какое-то время начальство заметило, что после агитации Абрама страховки покупают все солдаты, хотя у других, более опытных и матёрых агитаторов, приобретали их неохотно. И решил начальник Абрама посмотреть, как тот работает.
Пригнали новоприбывших солдат в актовый зал. Абрам вышел на сцену и обратился к ним:
— Ребятки, я уверен, что вам не хочется долго слушать всякую ерунду, поэтому быстренько вам расскажу про страховки. Их смысл прост: если её нет, и вас отправили в бой, и вы погибли там — правительство пришлёт вашим родным письмецо с соболезнованиями. Если она у вас есть — правительство вышлет вашим родным 50 тысяч долларов.
Тут Абрам замолчал, потом обвёл зал взглядом и спросил:
— А теперь подумайте, ребятки, кого при таком раскладе правительство пошлёт в бой первыми?

Три стадии жизни:
1. Рождение.
2. Что это за хрень!?
3. Смерть.

Америка, 70-е годы.
В инвалидной коляске американский летчик, ветеран вьетнамской войны.
Рассказывает местным школьникам:
— Вступаю в бой с превосходящими силами вьетнамской авиации. Одного сбил, потом второго. Слышу переговоры на русском: «Нгуен, прими вправо, я х*йну!». Вот этот Х*й Ну меня и сбил, сделав инвалидом...

Истинную красоту можно только почувствовать. Никакие эпитеты, метафоры не смогут передать значения совершенства. Возможно, люди изначально не были ценителями прекрасного, раз уж не смогли придумать ничего более точного, чем пустые слова, произнося которые, теряется весь смысл.

Война не решает, кто прав, а кто нет. Война решает, кто останется.

Когда в 65 лет друзья и родственники мне говорят: «У тебя всё ещё впереди», мне кажется, они подразумевают похороны…

Умирает старый профессор. Его встречает ангел:
— Куда меня сейчас отправите?
— В рай, к сожалению, не получится. Вы не стремились избавиться от грехов и занимались только мирскими делами.
— Так что, теперь в ад?
— Нет. Всю жизнь вы честно работали, не совершали ничего ужасного. Так что ад вам не грозит.
— Но куда же тогда?
— На Землю. На пересдачу.

Время не только расставляет все по своим местам, но и раскладывает всех ровненькими рядами на кладбище.

Идёт шестидневная война (арабы против евреев). Сидят евреи и арабы в окопах друг против друга.
Долго идёт затишье. Наконец евреям оно надоедает, и они кричат:
— Мухаммед!
— Я. (вскакивая).
Бах! Готов. Арабы решили повторить тот же опыт:
— Рабинович! (молчание)
Спустя некоторое время:
— Кто звал Рабиновича?
— Я…

— Абрам, что может быть такого прекрасного в похоронном марше?!
— Пока я могу его слышать — абсолютно всё!

Русский и еврей смотрят телевизор, в какой-то момент, встревоженная ведущая новостей объявляет, что началась война. Еврей хватается за голову.
— Это ж такие проблемы, такие проблемы, ой-ой-ой. Надо семью отправить в Казахстан, упаковывать вещи, потом самому туда уезжать, как-то там устраиваться. Такие проблемы на мою голову.
Русский отвечает:
— Да, и не говори, война — это действительно большие проблемы.
— Ой, да не смеши меня, какие у тебя-то могут быть проблемы – винтовку в руки и на фронт.

Нападение инопланетян на Землю:
— Атакуем для начала Польшу!
— Почему Польшу?
— Не знаю, на этой планете так принято.

Бездарных несколько семей
Путём богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!»

Небеса. Рай. Вокруг тишина, благодать и безмятежность. В райском саду, под райской яблоней, лежат трое святых. Вдруг откуда ни возьмись появляется какой-то мужик и, подбежав к яблоне, начинает с жадностью срывать и поглощать одно яблоко за другим. Святые, недоумевая, спрашивают его:
— Куда ты так торопишься? У тебя же вся вечность впереди!
Мужик, пережёвывая яблоко:
— Это у вас вечность, а меня сейчас опять в реанимацию повезут!

Заключённое на днях в Карабахе перемирие между Арменией и Азербайджаном слышно на весь мир.

Кошки приходят в ваш дом, чтобы научить вас любви, они уходят, чтобы научить вас утрате.

Земля и ресурсы принадлежит богатым, а Родина — бедным.

Совсем ещё молодой солдат, сильно взволнованный и напуганный, подбегает к монахине и говорит:
— Пожалуйста, разрешите мне спрятаться под вашей юбкой? Я вам позже всё объясню.
Монахиня согласилась.
Через минуту к ней подбежали двое военных полицейских и спросили:
— Сестра, вы не видели здесь солдата?
Монахиня ответила:
— Да. Он побежал туда.
После того как военная полиция убежала, солдат выполз из-под её юбки и сказал:
— Я крайне благодарен вам, сестра. Спасибо! Видите ли, всё дело в том, что я не хочу отправляться на войну в Сирию.
Монахиня сказала:
— Я вас прекрасно понимаю.
Солдат добавил:
— Надеюсь, я не сильно груб с вами, но я обратил внимание на то, что у вас достаточно накачанные ноги!
На что монахиня ответила:
— Если бы ты посмотрел немного повыше, ты бы увидел ещё и пару «шаров»... Ведь я тоже не хочу ехать воевать в Сирию.

— Никто не может подсказать мне самый действенный и реальный способ суицида? Желательно, как можно менее болезненный.
— Самый действенный и стопроцентный способ — это дождаться окончания жизни.

У рядового Иванова умер отец. Пришла телеграмма в часть.
Полковник вызывает старшину и говорит:
— Слушай, такое дело, ты скажи как-нибудь Иванову поделикатней.
Старшина выстраивает роту и говорит:
— У кого живы отцы ШАГ ВПЕРЁД. Иванов! А ТЫ КУДА ПРЁШЬ!