Мудро

Порой бывает так тоскливо
Что даже чай — не лезет в глотку
А лезет в глотку только пиво
Которым запиваешь водку

Закружило лето
Тополиный пух.
Вытащить пытаюсь
Из ноздрей и ух.

Шёл Шива по шоссе,
Сокрушая сущее,
А навстречу Саша шла
Круглое сосущая

Налью себе, бывает, чаю,
Возьму из вазы леденец...
И так по виски заскучаю...
Пздец...

не курю не шляюсь
инстаграма нет
правда есть и минус
восемьдесят лет

Свои нелепые метания
Назвал он словом «суета»
Но мы-то чувствуем что буква
Не та

ведь можешь выглядеть прилично
в костюме и не с бодуна
шипела над покойным мужем
жена

ну вы в натуре охренели
кричит трясётся дирижёр
здесь на два такта три синкопы
а вы как суки напролом

Вениамин хотел жениться
Но так чтоб только секс и борщ
И без побочного эффекта
Без "хватит пить" и "денег дай"

Какое непростое время,
Всё чаще стал я замечать –
Мы перестали удивляться,
А стали лишь ох*евать.

“Свою жену не ругаю,
Её никогда я не брошу,
Это ведь со мной она стала плохая,
А брал-то я её хорошей”.

Одеяло убежало,
улетела простыня...
Подошел пододеяльник,
попросил набрать такси…

дрожа как лист от предвкушенья
по водосточной по трубе
я не заметил как поднялся
к тебе

утром не скучает
абстиненция
то склероз заходит
то деменция

Глаза – бездонны и безбрежны,
Кораллы губ, ресниц разлет...
— Вы сходите? – спросил я нежно.
Она в ответ: «Тебя е6***т?»

Товарищ знай: взойдёт она,
Звезда тотального контроля
И в рамках правового поля
Припомнят ваши имена...

Было у отца три сына:
Старший был почти машиной;
Средний – геносимбиот;
Младший был без улучшений –
Хомо сапиенс, урод.

если адекватность
не моя стезя
значит мне всё можно
что другим нельзя

Замрёшь бывает у кефира
Не жирный выбирая сорт
Хоп, а в корзинке
Пиво, сало и торт.

я дирижёр, а это значит,
что мне дозволено орать,
гримасничать, махать руками
и делать страшные глаза.

Илья старается скорее
Уравновесить зло добром,
Увидел — парни бьют мальчишку,
Красиво рядом станцевал.

никто не знает а мичурин
в научном рвении скрестил
с людьми культуры овощные
и их потомки среди нас

аннушка с бидоном
рыщет средь берёз
где тут сука рельсы
кто тут берлиоз

Оксана в шкаф Олега прячет
Настолько часто, что Олег
Завел там чайник пуфик книги
И шпингалетик изнутри

Маленький Петя по стройке гулял,
Сверху случайно топорик упал,
Долго смеялись над шуткою дети,
Справа пол Пети и слева пол Пети.

Шёл Шива по шоссе,
Сокрушая сущее,
А навстречу Маша шла
Круглое сосущая

— Висит на заборе колышется ветром
Колышется ветром бумажный листок
Пропала собака пропала собака
Пропала собака по кличке Дружок
— Молодой человек, вы бы не могли петь свои песни подальше от нашей чебуречной?

Нет, не потерял он тягу –
Верен градусу, как стягу.
Если вдруг приспустят стяг,
Спирт меняет на коньяк.

Наталья видит, что Олегу
Не очень нравится салат
И раскрывает главный козырь
Халат

анфиса буферную зону
имеет впереди себя
что крайне затрудняет доступ
к её загадочной душе

Природа пустоты не терпит.
Дурак набитым должен быть.

Павел Дуров завещал
«генокод» своим детишкам.
Этим руку накачал —
Может, даже слишком!

Я в пилу заправлю
свеженький бензин
много ходит целых
мало половин.

когда придавливает мира
несовершенная модель
берите свет и добавляйте
в тоннель

И несмотря на веянья стихий,
Литература нам всего дороже,
На доме Гоголя я видел слово ВИЙ.
C двумя ошибками, увы, но всё же.

Идет Пушкин по просёлочной дороге, догоняет его мужик на телеге.
Ну Пушкин ему и говорит:
— Подвези, мужик, до ближайшей деревни.
Мужик говорит:
— Садитесь.
Едут они, едут, ну и решил великий русский поэт удивить простого сельского мужика рифмой.
Спрашивает:
— Мужик, тебя как зовут?
— Иван.
— О, Иван, х*й тебе в карман.
Мужик обиделся на поэта и говорит:
— А тебя как зовут?
— Александр Сергеевич.
— Ну и слезай на х*й с телеги.

Я в субботу на работу на сухую не хожу.
То пивка глотну немножко, то винишка заложу.

Маленький мальчик за вишней полез,
Дед Афанасий схватил свой обрез,
Выстрел раздался, сдавленный крик,
«Сорок второй!» – усмехнулся старик.

мы в детстве так любили прятки
бывает глянешь за диван
а там в пыли десятилетний
иван

ты в нецензурном сарафане
идёшь по улице а я
немного злой но всё же гордый
моя

Спит корова, спит бычок,
Спит на удочке крючок,
Даже Ленин в Мавзолее
Повернулся на бочок

разбит весь лоб, ладони стёрты
стена вокзальная в крови
два дня уже олег не может
попасть на хогвартский экспресс