Стоя у картины Мане в Пушкинском музее

Музей. Экскурсовод, показывая лазерной указкой на статую девушки с копьём, говорит посетителям:
— А это статуя римской богини Минервы, которая чтилась как покровительница и отчасти изобретательница ремёсел и искусств. Она покровительствует шерстобитам, сапожникам, врачам, учителям, ваятелям, поэтам и, в особенности, музыкантам; она наставляет, учит женщин и руководит ими во всех их работах.
Один из посетителей:
— А это что за мужик рядом с ней? Муж её, что ли?
— Нет. У неё не было мужа. Она была древнеримской богиней мудрости.

Повторяю для тех, кто в танке: «Посетителям музея военной техники забираться в экспонаты запрещено».

— На моё творчество оказали влияние Рембрандт, Шагал и пары бензина в гараже.

— Опять ты мне эту икру поставила! Не могу я её каждый день, проклятую, есть!
— Жри, гад! Куда ещё эти кабачки девать?

Один кабачок за неделю может сменить до 8 хозяев.

Натурщица:
— Мои глаза прямо здесь.
Пикассо:
— Ну, это мы ещё посмотрим.

Оказывается, что Малевич — это не фамилия автора «Чёрного квадрата», а прозвище.

— У тебя мой портрет, как-то не очень вышел.
— Да ты и в жизни-то не очень вышел, если честно признаться, я чё сделать с этим могу?

В мире до сих пор нет ни одного завершённого натюрморта с названием «Холодное пиво и большие сочные креветки».

Сара и Абрам прогуливались по музею современного искусства и наткнулись на одну очень уж абстрактную картину какого-то известного художника.
— Пойдём-ка отсюда, Абрам, — беря под руку своего мужа, шепчет ему на ухо Сара, — ведь скажут ещё, что это мы сделали...

Поклонники Казимира Малевича довольно часто смотрят телевизор не включая.

Абрам купил в Италии ценную картину эпохи Ренессанса. Чтобы не задержали на таможне, попросил знакомого художника намалевать поверх картины какой-нибудь простенький пейзаж. Приехав домой, он сдал картину в реставрационную мастерскую, чтобы там смыли намалёванное сверху.
Через два дня реставратор звонит Абраму:
— Верхний пейзаж я смыл, вместе с ним сползла и картина эпохи Возрождения. Из-под неё показался портрет Муссолини. Продолжать работу или уже хватит?

Кольщик. Наколи мне огород.
Рядом небольшой хозблок с пристройкою.
Чтоб хранить садовый инвентарь.
С тяпокой. И косою звонкою.
Наколи мне грядок. Штучек пять.
Пусть растут там кабачки и руккола.
И теплицу — поликарбонат.
С дверцей на пружине. Чтоб не стукала.

Узнал тут интересную историю из сферы высокого искусства. В 1920 году Музейное бюро, в задачу которого входило приобретение картин для музеев, приобрело картину Василия Кандинского «Без названия». Заплатили 45 тысяч рублей, при том, что обычная цена тогда была от 5 до 15 тысяч. Конечно, картины Кандинского сегодня стоят миллионы, но тогда об этом ещё никто не мог знать. Однако Музейное бюро предугадало это!
Кстати, как раз Василий Васильевич Кандинский это самое бюро и возглавлял. Мог человек с первого взгляда определить настоящий шедевр!

Задержана банда пенсионеров, которые подбрасывали свои кабачки в овощные отделы ближайших магазинов.

«Я создал какую-то хрень! Но я — художник и я так вижу!»
— сказал Художник...
«Я не Художник, но вижу что что-то в этой хрени есть, ведь мне за это заплатили»
— сказал Критик...
«Понятия не имею, что это за хрень, но если она продастся...»
— сказал Инвестор...
«Пусть это и полная хрень, зато дорогая»
— сказал Коллекционер...
«Какая глубокая и изящная хрень»
— отметили Ценители на выставке...
«Что это вообще за бред такой и кому это вообще может быть интересным? Да ещё и за такие огромные деньжища?!»
— удивился обыватель, и отправился в нормальный музей.

С кабачками в России происходит что-то непонятное. В январе я с радостью готов купить в «Магните» кабачок по цене 300 руб./кг.
А в августе отчаянно отбиваюсь руками и ногами, когда мне его пытаются всучить бесплатно.

— Пап, а точно учителю на первое сентября дарят кабачки?
— Да, точно, такая традиция. Ну все, твой букет из 5 кабачков готов, ложись спать, а то свой первый класс проспишь, моя красавица. Закрывай глазки.

Как-то раз Владимир Маяковский прогуливался по художественной выставке и узрел картину Бориса Михайловича Кустодиева "Жатва".
— Боря! — Ошеломлённо молвил Маяковский, — Да ты хоть раз в жизни жал чего-нибудь, баб окромя?
— Я так вижу! — Ответил обиженный художник, важно поглаживая свою бородку.
— То есть ты меня сейчас на х... послал!?
— С чего ты так решил?
— Я так слышу!

Женщина наблюдает за тем, как её подруга накладывает еду своему мужу, и спрашивает:
— А чего это ты так по-походному, всё в одну миску, да ещё и шматками?
— Так он же у меня художник, если красиво разложить, то эта сволочь сразу сядет натюрморт рисовать.

— Ну, что там? Вы наконец-то дорисовали мой портрет?
— Да, вот теперь — всё!
— Хм.., но тут же просто написано "Мудaк"!
— Я художник, я так вижу...

— Бэрримор, что у нас на завтрак?
— Омлет с кабачками, сэр.
— Превосходно! Что у нас на обед?
— Фаршированные кабачки с гарниром из кабачков, запеченных с сыром, сэр.
— Ну ладно... А что у нас на ужин?
— Котлеты, сэр.
— Ура!
— Из кабачков.

— А что вы любите?
— Баклажаны, кабачки и лампочки.
— ???
— Я проктолог, чего только не нахожу!

Факт: После сбора урожая кабачков, один кабачок за неделю может сменить до 8 хозяев.

80-е годы, приходит мужик на выставку картин, в центре зала висит полотно с названием «Ленин в Польше». На картине изображён знаменитый Ленинский шалаш, из него торчит чей-то зад, у шалаша стоит Дзержинский в одних трусах и курит.
Мужик замечает стоящего возле картины автора и подходит к нему с вопросом:
— Скажите, но ведь это же не Польша! И при чём здесь Дзержинский?
— Всё очень просто, это действительно не Польша, а Разлив, Дзержинский как раз был в этих местах.
— А чей же зад тогда торчит из палатки?
— Надежды Николаевны Крупской, конечно.
Мужик уже потихоньку начинает закипать, но пытается докопаться до правды:
— Но позвольте, а где же Ленин?
Художник смотрит на мужика как на шизофреника и говорит:
— Вы что, не умеете читать? Написано же: «Ленин в Польше»!

Из разговора начинающих художников:
— Я нарисовал картину в стиле знаменитого художника.
— Клода Моне?
— Нет, Малевича.

Художник приходит к попу на исповедь:
— В чём твой грех, сын мой?
— С картиной живу, батюшка.
— Как так, сын мой?
— Я написал обнажённую красавицу в полный рост, прорезал холст, а за картину домработницу ставлю.
Батюшка огладил бороду и степенно ответил:
— Сын мой, твой грех велик, но идея хороша