Волкодав

Собака любит тебя просто так. Особенно, если ты с сосиской.

Многие бы занервничали, если бы в вечернее время суток в пустынном парке к ним подошёл растерянный мужчина с поводком и намордником в руках и спросил:
— Извините, вы здесь американского стаффордширского терьера не видели?

Жили две собаки. Одна утонула, вторая сгорела. Получается бульдог и хот-дог.

Ветеринар учит помощника, как нужно правильно давать лошади слабительное:
— Берёшь вот эту трубку, засовываешь ей наполовину в рот, закладываешь таблетку пургена и дуешь. Понял? Иди, сделай.
Через два часа, пошатываясь, появляется помощник.
— Ну что, дал лошади слабительно?
— Не успел – лошадь дунула первой...

Замучили одного пастуха волки, что ни день, то овцы пропадают. Как-то случайно пастух увидел объявление в газете: «Продаётся храбрый пёс Бандос — гроза волков, Цена: 5 000$».
— Деньги немалые, но ради такого дела не жалко... – подумал пастух и всё же купил себе этого пса.
Ночь, волки крадутся к овчарне. Вдруг оттуда раздается тихий измученный лай.
Один из волков:
— Братцы, атас! Храбрый пёс Бандос!
И все дёру назад.
Но одного юного волка любопытство заело, и посмотрел он назад, а там за ним маленькая шавка бежит.
Волк этот догнал вожака и говорит:
— Слушай, вожак, какого чёрта «Храбрый пёс Бандос»? видел я его. И чего мы от него бежим? Что он может нам сделать? Разве что в задницу целовать!
На что вожак ему:
— Эх, юноша, знал бы ты какие у него холодные губы...

Женщина-врач никак не может заснуть — в ней борются совесть и разум.
Совесть: «Нельзя спокойно спать после того, как изменила мужу!».
Разум: «Это смотря какому! Если муж вечно занят, на ceкс у него не хватает времени — тут и святая изменит. Правильно, что изменила... баю-баюшки-баю...»
Совесть: «Измена измене рознь! Совокупляться с пациентом — нарушение врачебной этики!»
Разум: «Да, но вспомни Иванову из 25-й поликлиники. Она регулярно занимается сексом с пациентами — все довольны, всем хорошо».
Совесть умолкает.
Женщина проваливается в сон... и вдруг — совесть едким шёпотком: «Да, но Иванова-то — не ветеринар»..

Главные русские вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?»
Главные вопросы владельца собаки: «Что ты жрёшь?» и «Где ты это взял?»

Муж приходит с работы домой и застаёт дома жену, которая купила несколько увлажнителей воздуха и заливает в них воду. На немой вопрос она отвечает:
— Сегодня к врачу ходила, он сказал, что нос очень сухой.
Муж:
— Ты к ветеринару ходила?

Объявление на двери магазина: «Вход с собаками приветствуется. Штраф 1000 рублей».

Ситуация в ветеринарной клинике:
— Понимаете, недавно в лесу подобрал какую-то странную собаку, она всё время ходит туда сюда.
— Похоже, что ваша собака — walk.

— Встаю с петухами, пашу как лошадь, аппетит — волчий, сплю как сурок, но чувствую себя всё равно плохо!
— Ты бы к ветеринару сходил, проверился.

Откуда вы знаете что у собак нет заикания?
Собачка говорит "гав-гав", а на самом деле пытается сказать "говно-говно".

Говорят, что собака — друг человека. Надеюсь, этот огромный ротвейлер без намордника бежит, чтобы узнать, как у меня дела.

Говорят, что собаки очень сильно похожи на своих хозяев. Если это действительно так, то моя собака — жратвейлер!

Для домашнего зверья
Люди вроде Бога.
Только кот. Как понял я,
Атеист немного.

Новый «Чаппи» со вкусом академика Павлова — для собак, которые помнят.

— Пап, купи мне маленькую собачку!
— Нет!
— Ну, па-а-а-а-ап, ну хотя бы чихуяхуёныша!

Если бы собаки говорили, люди потеряли бы последних друзей.

— Кто умнее, животные или человек?
— Конечно животные!
— А чем докажешь?
— Когда я говорю со своей собакой, она всё понимает, а когда она говорит со мной, я ничего не понимаю!

Сидит дома композитор. Работы нет, денег нет, кругом кризис. И тут — звонок.
Звонит приятель-режиссёр:
— Слушай, мне для фильма тема нужна на финальные титры. Сбацаешь что-нибудь простенькое? Премьера через две недели, я погибаю, спасай!
— Да ни вопрос! Только расскажи, о чём фильм, чтобы я с музыкальной темой не промахнулся.
— Да в нём вообще музыки нет! Тема только для титров. Представь: с сухого дерева лист медленно, зигзагом, падает на мокрый асфальт. И как только долетает до земли — начинается твоя тема и титры.
— Ок. Через неделю сделаю!
И композитор с голодухи сочиняет неимоверно красивую, дивную музыку — хоть сейчас на «Оскара». Отправляет режиссёру. Тот отвечает: «Всё ок», — и приглашает на премьеру.
Приходит композитор в зал — а там пусто. Только на галёрке сидит пожилая парочка, обоим далеко за восемьдесят.
«Ясное дело, — думает композитор, — драма нынче не в цене, никого, кроме старичков, не интересует».
Сел он, свет погас, началось кино.
На фоне природы мужик самозабвенно трахает тёлку с сиськами размером с баскетбольные мячи. Дальше — больше: подошла ещё парочка, поменялись… Потом негры, калеки, карлики — вся эта орава уже в экран не помещается! А потом вообще собака прибежала! Сначала собака всех отодрала, потом все трахнули собаку…
И тут камера берёт крупный план, наезжает на сухое дерево, срывается лист и медленно падает зигзагом на землю. Звучит та самая неземная, дивная тема — и идут титры.
Зажигается свет. Композитор сидит в шоке, красный как помидор от стыда. Думает: «Ну, сука, режиссёр, ну удружил! Что обо мне люди подумают?!».
Встаёт с места и с этой мыслью идёт к выходу. И тут замечает, что пожилая парочка, в предынфарктном состоянии, сидит и смотрит прямо на него.
И он ничего лучше не придумывает, как сказать:
— Музыка моя!..
А они, продолжая смотреть стеклянными глазами на пустой экран, отвечают:
— … А собачка наша…